Перезапись
Шрифт:
– Лиз, а зачем? – вывел меня из глубин космоса, такой простой вопрос.
– Занадом! – я встал и отряхнул юбку – со мной какую то хрень сотворили при перезаписи. Я вообще теперь вся та максималках, даже боли не чувствую.
Мало кто может понять, каково это просто выговориться человеку, которому доверяешь. Этот простой человек, прошедший войну и самое дно общества, стал мне очень дорог. Он молча выслушал меня, почесал затылок и глубокомысленно изрек, что мол такой подарок грех не использовать и он будет лично меня тренировать. Делать шатальную машину так сказать. Еще он почему то огорчился, что я боли не чувствую. Про этот момент я не понял, но то, как он садистки улыбался при этом, меня не прельщало. Полужопицы чуя неладное, крепко сжались.
Глава 15
– Алло, Канцелярия? Код 992 831 зима, соедините меня с Жуковским Самуилом Яковлевичем – я только пришел со школы и собирался потратить свои несколько минут свободы с пользой.
– Ожидайте – услышал короткий ответ.
… Длинные гудки казалось, проникали в голову и резонировали уже там. Если не возьмет трубку, придется ехать во Дворец и копать уже там…
– Да? Я слушаю!
– Это Лиза…
– Ой! Здравствуйте Елизавета! Рад, что вы мне позвонили! Очень рад! Как там у вас? Все хорошо? Простите, что сам не смог заехать и проведать, круглые сутки занят по вашему вопросу…
– Может я могу узнать как-то, что вы сотворили с моим телом? Тут трындец…
– Простите, но нет. Хочу, но не могу, поймите меня правильно! На самом деле все сложнее чем кажется. Простите!
– Куда блин сложнее то? – почти взвыл я – скажите хоть, чего употреблять надо, чтоб кости лучше срастались! Меня тут пожевало немного, два ребра в минус…
– Какой кошмар! Сильно болит? – голос у ученого стал взволнованным.
– Да не-е! Щекотно только немного, когда смеюсь, а так нормально!
– Все шуточки ваши! Кости еще наберут прочность, все таки вы только несколько месяцев такая. Еще через некоторое время кванты в ваших глюонных цепях сублимируют межатомные связи и… Гкхх… Аарр Ххх – я услышал грохот трубки о пол и звуки ударов чем-то тяжелым. Словно человек бьется в эпилептическом припадке.
– Яковлич! Яковлич хер ты старый! – закричал я.
– П-прости, со мной бывает – спустя секунд двадцать услышал тихий голос ученого – прошу забудь. Хорошо?
– Забудешь тут, один черт ничего не запомнил. С вами точно все нормально?
– Более чем. В плену у меня с десяток раз такое было, прежде чем освободился.
– Вы там себя не ушатайте случайно!
– Да все в порядке! Пейте больше молока и продуктов содержащий кальций. Организм сам разберется.
– Буду иметь ввиду. До встречи.
– Всего доброго! – ученый отключился.
С-странный человек, вот чес слово! Но переживать не стоит, он во Дворце обретается, а там с того света вытянуть могут и заодно втащить чертям, что вцепятся в его душу.
Я хотел еще немного поваляться, чтобы получить медаль "Труженик диванных войск" но на пороге гостиной, где я возлежал, заявился мой персональный мучитель:
– Елизавета! Пора на тренировку!
– А можно не нада? – просипел я – лучше добей! У меня после вчерашнего в двух ребрах трещины!
– Тяжело в учении, легко в гробу! Сама же говорила!
– Я много чего говорила! А сейчас говорю, что не пойду! Оставь меня, я в печа…
Договорить я не успел, поскольку майор высыпал пакетик с чем то прямо на меня.
Где он нашел муравейник с красными муравьями осенью я не знаю, но эти сволочи легко обошли мою нечувствительность к боли, заменив его на жуткий зуд.
– Какого! – взвизгнул я, взвился с лежбища и принялся отплясывать зажигательный танец индейцев Маракуйя с похлопываниями по всем частям тела, включая сломанные ребра. Больно не было, а вот обидно очень даже!
Как же так получилось? Просто когда одним вечером я пришел со школы, то Коршун кинул в меня маскхалат и сказал переодеться. Я еще засмеялся. представив, как майор, ночью на швейной машинке перешивает одежду под мой размер. Но шутки закончились, когда он на мои руки и ноги навесил свинцовые слитки. Мысль, что он разбирал аккумуляторы и плавил в песок, умерла не родившись. Поскольку дальше он выстрелил в меня шариком с “Черемухой”. Газ такой, от которого начинает слезиться все что может слезиться и выворачивает легкие наизнанку. В его пейнтбольной винтовке таких шариков было под сотню. А еще он предупредил меня, что как только я попаду в его поле зрения, то снова попаду под обстрел. Так вот. Эта сволочь очень быстро бегает! Быстрее меня, что очень печально и заставляло мои глаза слезиться только от его появления на горизонте. Вся территория усадьбы превратилась в мой пыточный полигон. Был там и лес и речка, и крутые овраги. Он находил меня везде!
Я путал следы, переходил речку несколько раз, петлял, да даже распотрошил сигареты и засыпал следы табаком, подозревая, что Коршун еще и по запаху ориентируется! Ничего не помогало. Через неделю издевательств, у меня появились глаза на затылке, способность мимикрировать под кусты и нервный тик от слова “тренировка”.
Я даже пытался допоздна задерживаться в театральном клубе, но когда Коршун выстрелил шариком с газом прямо там, то глава клуба очень настойчиво попросил не опаздывать домой. Предатели! Школа была моим островком спокойствия и удовольствия. Я даже заобщался со всеми девчонками в классе и запомнил их имена. Украдкой вытирал слезу, когда они говорили, как классно провели вечер или были на свидании с парнями. Тоже хочу! Нет, не свидания с парнями, а спокойный вечер на диване. Хотя кому я говорю? СОгласная я на свидание, лишь бы не попадать в лапы к этому вивисектору!
Коршун прекращал преследования в десять вечера и я заползал домой. Там меня ждала тетя Марго. Она отмывала меня от сантиметрового слоя грязи и откармливала вкусняхами. Мой Ангел милосердия и спаситель! Дальше меня ловил Натан Авакумович и совал кипу бумаг на подпись. Какого черта, он не пользовался электронным документооборотом, я так понять и не смог. Но он понемногу рассказывал внутреннюю кухню Рода и мелкие подробности, которые не пишут на бумагах в силу своей незначительности. Но это позволяло мне узнать свое хозяйство получше и понять, что не все так радужно, как расписывал главный бухгалтер. Сейчас росло недовольство, от того, что я собственно и являюсь главой. Появились слухи, что я крайне слаба и мной манипулируют со стороны. Пока что это простой ропот рабочих, но кто знает, что будет дальше?
Тем не менее я продолжал учиться в школе, отдыхать в клубе и шхериться от Коршуна дома. Вот и сегодня я со вздохом отлип от дивана, где пять минут отдыхал после школы и надел маскхалат прямо поверх домашней майки и шорт. С низкого старта решил прорываться к выходу, но был схвачен майором за шкирку.
– Сегодня мы займемся другим – сказал мой мучитель и продемонстрировал метательный нож.
– Резьба по моей нежной девичьей коже? – ужаснулся я и затрепыхался с удвоенной силой.
– Черт – Коршун спрятал нож и помассировал одной рукой висок – мы просто будем учиться метать ножи. Оставь свою извращенную фантазию в стороне.