Перезапись
Шрифт:
Я стал хватать воздух ртом, а рука непроизвольно сжиматься.
– Погоди – почуял неладное майор – ты не поняла, что возле двери была? Прости…уже в полете договаривал Коршун выпрыгивая из-за стола и уворачиваясь от кружки с горячим чаем.
Еще и в школу сейчас идти… Прикопайте пока теплый…
Глава 20
Наши губы слились в долгом поцелуе. Его руки ласково обняли меня, и мое тело приникло к нему. Его жар передался мне, заставляя весь мир перевернуться с ног на голову. Я прижалась еще сильнее, но он отстранил меня, снял свою рубашку, обнажая свои великолепные мышцы.
Из моих губ раздался сладострастный стон, когда он принялся расстегивать мою блузку, внутри все пылало от ожидания. Длинные волосы золотистым водопадом упали на идеальные полушария, стыдливо прикрывая их. Я крепко сжала его талию, не в силах контролировать себя. Еще немного!
Его нежные руки взялись за черную полосочку ткани, снимая с меня. Вот последняя преграда сорвана и она отлетает в сторону с резким щелчком, словно линейка о парту…
– Завьялова! Я конечно понимаю, что ты сама можешь тут многих научить, но имей уважение! Не спи на уроках!
Глаза резко открылись и ошарашенно уставились на учителя по алгебре.
– Простите – мой голос был хриплый спросонья – такого больше не повториться!
– Будь собранней-учитель отстранилась от моей парты.
– Можно выйти умыться? – мне очень надо было остаться одному.
– Иди – коротко разрешил учитель и сел за свой стол.
Я пулей выскочил в коридор, оглянулся по сторонам и протянул руку вниз. "Пресвятые подгузники! Сухо! Гребаные эстрогены!" подумалось мне и я облокотился на подоконник. Почему-то у меня не возникало ни малейших сомнений, что сон как-бы так сказать, вещий. И этот чертов ублюдок, что скинул меня с катера! И взрослая Лиза с ним…
Я схватился за голову, стараясь глубоко дышать. Вдо-ох! Вы-ыдох! Что за хрень творится? Подсознание кидало мне вещи о которых я знаю, но не могу воспринять. Это сволочное лицо мне определенно знакомо, но вот где я его видел? Словно на краю сознания, я никак не мог уцепить мысль и это еще сильнее бесило. И коленки дрожат. Хотелось громко выматериться и заорать. Невероятным усилием я сдержался и пошел в туалет умываться. Ледяная вода помогла прийти в себя и успокоиться. А послезавтра ведь еще бал.
Одно я понял точно – времени у меня пока грудь не выросла, иначе случившееся станет явью.
На большой перемене я ушел кушать и навалил огромную кучу еды себе на поднос. Ночная тренировка не далась даром и есть хотелось как из пушки не смотря на завтрак дома. Тут же ко мне за стол подсел Свиридов, пожелал приятного аппетита и принялся за свой поднос.
Он о чем-то болтал, стараясь завести разговор. Обычно я даже отвечаю, но сегодня настроения не было. Фокус внимания был на методично уничтожаемой еде.
Костик поел раньше меня и собрался вставать, как я удивленно посмотрел на него.
– Что такое? – спросила моя жертва плохого настроения.
– Уговор был, что мы едим вместе. Всегда?
– Ну да. Вот и сегодня тоже.
– Но я еще не закончила! – капризным тоном провозгласил я – бери еще порцию! У меня пол подноса осталось!
Костик глянул на мою гору еды, содрогнулся и пошел набирать еще.
Пытался ли он жульничать? Конечно! Несчастную тарелку рассольника он тянул так долго, что суп успел остыть. Еще и постарался подгадать, чтобы я закончил первым. Как только я сложил приборы, он быстро метнул остатки из тарелки и встал из-за стола.
– Не наелась! Еще хочу!
В его взгляде отразилась целая гамма чувств. И ненависть и удивление и "сколько можно жрать" и тому подобное. Но слово было дано и мы зарядили еще по две булочки с повидлом и чаем.
На эти несчастные хлебобулочные изделия он смотрел как на врага народа, но самоотверженно съел все.
Я встал из-за стола и моя жертва пулей умчалась вдаль. Наверное в туалет, кормить рыбок, отрешенно подумал я. Сам виноват, женщины коварны. А я так вообще Сатанячий отпрыск, когда не в настроении…
В театральный клуб я сегодня не пошел, были дела и по важнее. Вместе с Коршуном, мы отправились на бывшую хату Генриха. Он еще спросил мол, что за квартира такая, но я сказал, что объясню позже. Там оставался его компьютер со спутниковой связью. В квартире все оставалось по прежнему – никто здесь не побывал. Последний раз я появлялся здесь накануне случившегося на буровой и сейчас предстояло подразгрести накопившиеся дела.
Нужно от всех двадцати двух преступных боссов стребовать досье на подчиненных банды. Для важного и ответственного дела. Дело настолько важное, что буду отбирать кандидатов лично. Ну как лично? С Коршуном. Он шарит в таком.
– Андрей – обратился я к нему, раскачиваясь на стуле возле компа – у тебя же есть бывшие сослуживцы, что работу потеряли? Ветераны там, инвалиды?
– Как не быть? Есть конечно. Куча парней, что здоровье подорвала в тех бойнях, что начались, когда Империя заявила о своем создании – он сидел на стуле рядом и осматривался в незнакомом для него месте.
– Ммм, вот как? А есть те, что хотят вернуться на службу, а не сидеть на пособии?
– Шутишь? Кто ж их возьмет – Коршун осекся – ты, да?
– Я. Инструктора нужны. Грамотные.
– А людей где возьмешь?
– Тут такое дело – я замялся и опустил глаза в пол – это не простая квартира. Ну не то, что ремонт хороший и мебель крутая, тут в общем раньше управлял всеми бандами один нехороший человек. И все свое наследство оставил мне, вот.
Такого удивления в глазах человека я не видел никогда. Майор сначала замолчал, переваривая мои слова, затем неверяще помотал головой и лишь тогда смысл слов начал доходить до него.
– Ты – начал он – Глава всей преступной сети Столицы? Как?