Персидский треугольник
Шрифт:
– Ну что, милый?.. – с придыханием спросила она.
– Все нормально, Фатима, – ответил Абудас. – Просто нужно кое-что сделать по заданию министерства.
– Хвала Аллаху! – выдохнула Фатима.
Ее влажные губы нашли рот Абудаса и впились в него восхитительным поцелуем. Шаловливая ручка скользнула с плеча капитана вниз и принялась быстро расстегивать его брюки…
– Подожди! – с трудом отстранился Абудас.
– В чем дело, милый?.. – воскликнула Фатима. – Я делаю что-то не так? Скажи как, и я научусь…
Говоря это, девушка опустилась на колени и принялась расстегивать ремень Абудаса обеими руками. Тот нахмурился и резко поднял ее на ноги.
– Я сказал, подожди! – тряхнул он Фатиму.
– Я опять что-то делаю не так, да?.. – посмотрела на него огромными коричневыми глазищами девушка.
– Дело не в этом! – мотнул головой Абудас. – Просто так больше продолжаться не может. Мы не можем так рисковать! Рано или поздно твой муж застукает нас!
– Сахаб что-то подозревает?.. – быстро спросила Фатима, меняясь в лице.
– Нет. То есть я думаю, что нет… Но это ничего не меняет. Нам больше нельзя встречаться…
– Как?! – вскрикнула Фатима, снова падая на колени. Обхватив ноги Абудаса, она заплакала: —Милый, я без тебя не смогу!.. Я не смогу жить без тебя!..
Лицо капитана исказила страдальческая гримаса. Связь с малолетней женой шефа, конечно же, была настоящим безумием. Но так случилось. Само собой. Причем виноват в этом в какой-то мере был сам майор Сахаб. Он настолько доверял Абудасу, что поручил ему присмотреть за Фатимой на время своей командировки в Тегеран.
– Встань, Фатима! – резко сказал Абудас.
Это подействовало. Восточные женщины не поддаются уговорам. Зато они инстинктивно реагируют на приказы. Такой менталитет. Абудас довел Фатиму до дивана, усадил рядом с собой и сказал:
– Я должен все обдумать…
– Что обдумать, милый?.. – ткнулась мокрой щечкой в его подбородок девушка.
– Как… – вздохнул Абудас, – как нам быть дальше…
– Я тебя не понимаю, – сказала Фатима. – Есть ты, и есть я, и нам хорошо… Что тут думать? Или ты меня разлюбил?
– Нет. В том-то и дело, что я хочу быть с тобой. Но Сахаб ни за что не допустит этого. Если только… – посмотрел невидящим взглядом в угол Абудас.
– Если только что?..
– Если только я не займу его место, – чужим голосом сказал Абудас. – Тогда я смогу заставить его развестись с тобой… И мы поженимся…
– Но разве это возможно?
– В этом подлунном мире нет ничего невозможного. Нужно только терпение. И воля Аллаха…
– Ты говоришь это серьезно?
– Да. Но чтобы все получилось, мне нужно время. Твой муж не так прост. И чтобы свалить его, действовать надо наверняка. Ты согласна ждать?
– Милый! Ради того, чтобы быть с тобой, я согласна на все!
– Тогда поехали! – сказал Абудас, глядя на часы и поднимаясь.
– Как?.. Разве мы не будем сегодня любить друг друга?
– Сегодня на это нет времени! – жестко сказал Абудас.
– Тогда завтра?..
– Нет. Мы не будем встречаться, пока я не найду способ избавиться от твоего мужа.
– Но я не смогу без тебя!
– Ты сказала, что согласна ждать!
– Да, но…
– Все, Фатима!
– Один раз, милый!
– Нет! – тряхнул головой Абудас. – Ради нашего будущего тебе придется потерпеть.
Фатиме пришлось подчиниться. Закутавшись в свой платок, она выскользнула из дома и уселась на заднее сиденье «Гольфа». Абудас высадил ее в одном из переулков возле центрального рынка Бушира.
Фатима прошла несколько шагов и растворилась в толпе таких же черных безликих женщин с кошелками…
Ответ пришел довольно быстро. У Волка спросили, имеет ли он возможность говорить непосредственно через спутник. Волк сообщил, что имеет, но не хочет рисковать из-за важности информации. Его успокоили, сказав, что разговор будет автоматически контролироваться. Это означало, что в случае попытки прослушки главный сервер ЦРУ немедленно прекратит связь.
На крыше дома Сюзи была установлена спутниковая тарелка. Это в Иране не приветствовалось, но завинчивали гайки только во время выборов. Благодаря этому Волк и смог переговорить со своим работодателем непосредственно через спутник.
– Здравствуй, что за срочность? – услышал греко-серб в компьютерных наушниках.
Судя по интершумам, высокопоставленный чиновник ЦРУ ехал в машине. Но это сейчас значения не имело.
– Мы только что начали беседовать с нашим другом.
– Так. И что?
– Он говорит, что работает над головками. Для сигар…
Чтобы понять смысл сказанного, заместителю начальника оперативного управления ЦРУ понадобилось несколько секунд. Потом он спросил изменившимся голосом:
– Ты имеешь в виду те самые сигары, что недавно показывали на выставке?
Замдиректора оперативного управления имел в виду недавний военный парад в Тегеране, на котором власти с гордостью продемонстрировали всему миру свои баллистические ракеты с дальностью полета две тысячи километров.
– Да, именно те, – сказал Волк.
– Это не ошибка?.. – спросил американец.
Ему было трудно представить, что иранцы продвинулись столь далеко.
Запуск баллистических ракет с ядерными боеголовками с территории Ирана мог в одночасье перевернуть весь хрупкий паритет на Ближнем Востоке.
Даже если израильским ПВО удастся сбить большую часть из них, даже одного ядерного взрыва будет достаточно, чтобы превратить карликовый Израиль в чернобыльскую зону. Со всеми вытекающими последствиями…