Чтение онлайн

В Питер Дуло приехал в два часа ночи. Отыскал по адресу морг, где лежала Полина, откинул сиденье и заснул тяжелым, как смерть, сном. Проснулся в семь утра, как будто его кто-то толкнул или окликнул по имени. На сердце было хуже и тяжелей, чем вчера. Сергей выпрямил спинку сиденья, опустил козырек, пятерней причесал волосы и провел рукой по колючему подбородку. Нужно было где-то умыться. При одной только мысли поехать на железнодорожный вокзал у него перекосило лицо.

Решил найти круглосуточное кафе и скоро отыскал то, что нужно. Припарковавшись, вышел из машины и вдохнул холодный питерский воздух, который по определению должен был пахнуть морем, но сейчас, казалось, утратил все запахи.

Для начала Сергей зашел в туалет, умылся, потом заказал чашку кофе и взял со стойки газету. На первой полосе был снимок с искореженными сиденьями и телами людей. Он швырнул газету в корзину и пошел к машине, даже не притронувшись к своему кофе.

Вернувшись к моргу, встал у двери. При этом ощущал себя псом, которого бросил хозяин, и ему не было места нигде, кроме этого крыльца с обшарпанной дверью, за которой лежала его Полина.

В десять позвонил следователь и сообщил, что задержится. Сергею было все равно, сколько ждать. Он хотел увидеть жену и одновременно боялся.

– Дуло Сергей Васильевич? – Возле него остановился невысокий молодой человек в форме.

– Я, – сказал Дуло.

– Следователь Семенов.

Лицо следователя было таким же невыразительным, как и его фамилия. Он указал папкой на дверь. Они прошли в кабинет и вместе с толстым лысым мужчиной в грязном халате двинулись по длинному коридору, затем свернули в прозекторскую, где на металлической тележке лежало тело, укрытое простыней. Судя по очертаниям, оно было женским. Прикрыв глаза, Дуло остановился в дверях.

– Очень извиняюсь, но вам придется через это пройти, – сказал ему следователь.

Дуло открыл глаза и приблизился к телу. Семенов кивнул санитару, и тот сдернул простыню. Сергей узнал серый жакет Полины с жемчужными пуговицами, долго переводил взгляд с одной пуговицы на другую, страшась достичь верхней, и когда увидел лицо, все перед глазами поплыло…

– Нашатырь, – скомандовал следователь.

– Не надо, – усилием воли Сергей привел себя в чувство и буквально впился глазами в лицо мертвой женщины, которая не имела ничего общего с его Полиной.

– Дайте ему нашатырь! – на тон выше крикнул Семенов.

Но санитар спокойно сказал:

– Пусть выйдет на улицу. Там быстрее придет в себя.

Сергей направился к двери и побежал по темному коридору, а когда оказался на улице, услышал, как в кармане звонит телефон. Взглянув на табло, увидел незнакомый номер.

– Слушаю… – Он едва шевелил губами.

– Сережа, это я. Ты мне нужен.

– По… – Сергей тяжело сглотнул. – Полина?..

– Послушай, нет времени говорить, мне нужна твоя помощь, без тебя я погибну.

– Ты жива? – снова спросил Дуло.

– Жива! – в отчаянии закричала Полина. – Срочно приезжай в Питер! Когда тебя ждать?

– Я уже здесь, – сказал он. – В чем дело и где мне тебя найти?!

Следователь курил в сторонке, изредка поглядывая на Дуло, пока тот говорил по телефону. Когда он закончил, Семенов отбросил окурок, приблизился и тронул его за локоть.

– Мне очень жаль, но нам придется продолжить…

– Прости, друг. Сейчас не могу, – сказал Дуло и побежал к машине.

Через пару минут его автомобиль скрылся за поворотом.

– Сегодня приедет цирк.

Полина открыла глаза и увидела маленькую старуху с зонтом. Зонтик был детский, с джунглями, жирафами и слонами.

– Там будут клоуны, акробаты и мужик с лошадью… – Старуха грустно свела бровки. – Только лошадь вчера сдохла.

Разомкнув спекшиеся губы, Полина прошептала:

– И мужик приедет один?..

Старуху с зонтиком заслонило женское лицо с чудовищным синяком.

– Очнулась… Девочки, позовите врача.

– Где я? – Полина прищурилась, наводя резкость.

Старуха переместилась левее, чтобы ее было видно.

– Мы в пекарне, – сказала она. – Сегодня много работы. Вставай, хватит лежать, тесто засохнет.

Полина приподнялась и начала спускать ноги с кровати, но чья-то рука прижала ее к подушке.

– Еще одна полоумная… – Лицо с синяком приблизилось. – Булки пошла печь?..

– Юля! – Полина перевела взгляд на дверь. Там стояла крупная женщина в светло-голубом медицинском костюме. – Всего на минуту вышла, а ты опять по палатам шастаешь. – Женщина вцепилась в старуху и отобрала у нее зонтик. – Идем, Юля, идем. Тебе здесь нечего делать. Сколько раз говорила, сиди в своей палате.

– Где я? – спросила Полина, на этот раз в ее голосе прозвучала тревога.

– В третьей неврологии, – сообщила женщина в медицинском костюме и вытолкнула старуху за дверь.

Вцепившись в косяк, та снова сунула голову в комнату.

– И если ходули прорастают в ушах осла…

– Иди в палату! – Сиделка отцепила старушечью руку от косяка и, наконец, увела свою подопечную.

Полина осмотрелась. В комнате с большим окном стояли три кровати. На одной лежала обритая наголо девушка, на другой сидела толстая женщина с всклокоченными волосами и черным синяком в пол-лица.

– Как ты? – спросила она.

– Не знаю, – прошептала Полина.

– Болит что-нибудь?

– Голова… И слышу все будто бы издали. – Она подняла забинтованную руку. – А это зачем?

– Осколочное ранение. – В палату вошел высокий седой мужчина в белом халате. – Очнулась? Как самочувствие?

Вслед за врачом проследовали две женщины в таких же белых халатах. Они остановились и приготовились что-то записывать.

– Как себя чувствуем?

– Слышу плохо, и голова… – Полина снова подняла руку в бинтах.