Чтение онлайн

— Пора.

— Погоди, — не пустила его она, упав на Родиона.

Как кошка, Влада терлась щекой о его тело, целовала губы, будто акт любви должен произойти первый раз. Это приятно, Родион снова начал погружаться в стихию страстей, решив, что полчаса ничего не изменят, а отказаться от удовольствия, которое и так-то длится недолго, да к тому же в обстоятельствах смертельной схватки за место под солнцем, просто глупо. Ее бешеные ласки и шепот: «Не пущу… не пущу…» — довольно быстро завели его.

Влада, напротив, сегодняшним вечером подошла к свиданию сугубо рационально, стараясь выключить Родиона из повседневности. И выдала весь набор знаний в данной области, с удовлетворением отметив: получается. А все для чего? Он должен понять: на свете есть одна-единственная женщина, способная довести его до экстаза, поэтому только она должна занимать место рядом с ним. Сейчас они определятся, Влада верила, что Родион выберет ее…

Полежать с ней еще полчасика Роди отказался:

— Я помню, чем заканчиваются полчасика. Извини, но у меня дома тесть, я солгал ему, что в одном из салонов недостача, мы пересчитываем товар, просматриваем бухгалтерию. Но всю ночь это длиться не может, тесть умный, сообразит, где я был.

Он одевался, она лежала на боку, подперев голову рукой, и выбирала нужную фразу, с которой предстояло начать нелегкий разговор. Фразы продумала заранее, но в процессе воссоединения двух тел в едином порыве они выветрились или уже казались нелепыми. В конце концов, Роди единственный мужчина, которого она полюбила с головы до ног, следовательно, рационализм присутствовал до того и после того, но не во время. Видя, что он почти одет, сейчас уйдет, а она так и не затронула важную тему, первая фраза сама слетела с языка:

— Куда ты дел свою жену?

Родион нормально отреагировал — никак, но ответил, завязывая галстук:

— Дома, разумеется, оставил. А ты хотела бы, чтоб она присутствовала?

— Хотела бы, — честно призналась Влада.

Родион присел на кровать, обнял женщину, доставившую ему сегодня столько блаженства, и промурлыкал у ее губ:

— Ты любишь причинять боль… Но ты права, Лизе есть чему у тебя поучиться.

Поцелуй… Настолько длительный, что впору заново начать раздеваться, однако Родион оторвался, Влада поспешила спросить:

— Зачем же тебе Лизу учить, когда есть я? Не научится она. Между нами разница огромная: Лиза не любит тебя, а я люблю, ты это знаешь.

— Конечно, знаю.

И встал, снял пиджак со спинки стула. Значит, не понял, требовалось пояснить.

— Родион, мы понимаем друг друга, нам хорошо вместе, почему же встречаемся урывками? Разве не проще видеться каждый день, любить, когда захочется, тебе же Лиза не нужна. А тесть вообще ни при чем, твоя жизнь касается только тебя.

У, как ему это не в кайф! Никогда раньше Влада не опускалась до уровня бабы, выклянчивающей у мужчины подачку. У них были свободные отношения, теперь ее осенило наложить на Роди печать сожителя, мужа, короче, присвоить, забрать его у него. Красивая, но безмозглая. Главное, некстати затеяла разговор. При всем при том Влада первоклассная любовница, кстати, он давно усвоил: отсутствие мозгов аккумулирует первобытные инстинкты, в частности сексуальную энергию. Нет, терять ее он не намерен, а успокоить следовало.

— Видишь ли, существует масса… назовем их условностями, которые я не могу перешагнуть. Существуют обстоятельства, которые управляют мною, с этим я тоже ничего не могу поделать. Пока не могу. Давай позже обсудим эту тему…

— Нет, сейчас. — Видя, как он изворачивается, Влада оскорбилась, а оскорбление несет женщину впереди паровоза. — Я тебя спросила не о той Лизе, которую ты оставил дома, а о настоящей Лизе.

Говорят, кровь бросилась в голову, Родион не думал, что это выражение следует понимать буквально. Зато после ее последней коронной фразы ощутил полностью, как именно кровь бросается в голову — это удар горячей волны, от которой темнеет в глазах, вдобавок перехватывает дыхание. Но в следующий момент волна отхлынула, обожгла лицо и шею, достала до груди, Родион получил возможность вдохнуть и переспросить, потому что сказанное Владой не доходило полностью до сознания.

— Что ты сказала?

— Где твоя настоящая жена? Ведь та, которую ты всем показывал, не Лиза.

— Что? Что-что? Я тебя не понимаю.

Безусловно, Родион потерялся, что не ускользнуло от Влады, одновременно ее догадки, в которые она сама до конца не верила, превратились в уверенность. А он попросту ошалел, присел на край кровати у ее ног и лихорадочно соображал: «Нет, это невозможно! Как Влада узнала?»

— Прекрасно понимаешь, — сказала она, закуривая. — Ты подменил Лизу другой женщиной, очень похожей… нет, нереально, мистически похожей на твою жену. Интересно, кто тебе ее подсунул? Неужели сатана?

— Бред, — вымолвил он хрипло. — Откуда ты это взяла?

— Догадалась еще на презентации. Я сказала Лизе, что мы регулярно занимаемся любовью в течение нескольких лет. Извини, но мне хотелось в вашу семейную идиллию внести разлад, потому что я не хочу, чтоб ты изменял мне даже с женой. А твоя Лиза улыбалась в ответ и кивала, дав понять, что ей все равно. Но я же ее знаю! Чтоб она, получив повод, не плеснула тебе в лицо шампанским при всех, не закатила истерику… настоящая Лиза на это не способна. Я была шокирована подобной реакцией, вернее, ее отсутствием. Ха, даже поощрением! И решила посмотреть на нее еще раз в неформальной обстановке. Я приехала к твоему дому. И вдруг Лиза выезжает из ворот на машине с буквой «У»! Рядом инструктор, сзади два твоих орла без крыльев. Она ездила так, будто никогда не держала руль в руках. Надеюсь, тебе теперь понятно, как я догадалась?

Всеволод Федорович управлял автомобилем мастерски, едва отъехав от дома, он, взглянув на Светлану рядом, которая смотрела в окно, осведомился:

— Эндрю, что случилось?

— Вы за рулем, а новости вам не понравятся, — сказал Эндрю. — Я предлагаю заехать в ресторан и поговорить в спокойной обстановке.

— Почему не в доме?

— Там нельзя, как утверждает… м-м… Лиза. Дом контролируется видеокамерами.

— То есть за нами ведут наблюдения?

— Совершенно верно. Вы все узнаете, наберитесь терпения.

Он набрался терпения, что говорило о выдержке Всеволода Федоровича, да по-другому и быть не могло. Человек, добившийся огромного успеха, обязан обладать наиважнейшими качествами: выдержкой, терпением, умением владеть собой и принимать решения. Город он знал отлично, выбрал ресторан класса люкс, туда и повел компанию, где продемонстрировал еще одно умение — разговаривать с позиции властелина.

— Добрый вечер, — сказал он администраторше, худой девице с лицом разозленной гарпии. — Мне нужен отдельный кабинет.