Первые искры
Шрифт:
Чорр — презрительное, насмешливое наименование немногочисленного народа ар-чорр-аров, не имеющего своей территории и скитающегося по миру. Основной род занятий — торговля, работа по найму, воровство, разбой.
— Эту дрянь сам выкинешь, или помочь? — Талли потянулась к оставшейся на столе карточке.
И снова я не успел даже заметить движения. Увидел лишь, как нож, лежавший рядом с моей тарелкой, исчез, а миг спустя он уже торчал из столешницы в миллиметре от пальцев Талли. Та, вскрикнув, отдернула руку.
— Раб должен защищать жизнь и имущество своего хозяина, — ровным голосом произнесла Натсэ.
Талли потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя.
— Ах ты дрянь, — прошипела она. — Ну ничего, ты это вспомнишь, когда будешь…
Талли не договорила, но я её прекрасно понял. «Когда будешь целый год гореть в недрах вулкана». Что подумала Натсэ — невозможно было сказать. Она опять совершенно замкнулась.
Я взял карточку и, демонстративно глядя в глаза Талли, опустил руку в карман.
— Ладно! — подняла руку Талли. — Ничего не имею против, если ты ночью под одеялом будешь нюхать визитку и рыдать по несросшейся любви. Но выброси из головы саму мысль о том, чтобы принять приглашение. Ты и так сегодня помелькал куда больше, чем это мог бы одобрить Мелаирим. В гости я тебя не поведу.
Она стала грубее, даже не слишком старалась прикрыть свои выпады шуткой, и я прекрасно понимал, в чем тут дело. Между мной и ней вдруг оказались сразу две девчонки, одна из которых запросто могла убить, а другая резко перенаправила потоки из моих слюнных желез. Талли осталась на бобах, но я был уверен, что она что-нибудь придумает, чтобы взять меня за горло.
Глава 14
Домой возвращались тем же путем. Покинули город по главной дороге, свернули к реке и, добравшись до приметного холма, углубились внутрь. Я поймал себя на том, что то и дело поглядываю в сторону Натсэ, как будто хочу произвести на неё впечатление. Но рабыня шагала с абсолютно бесстрастным выражением лица. Да и с чего бы, собственно, ей удивляться? Она ведь бывший маг Земли, наверняка еще и не такие штуки проделывала.
— Сколько тебе лет? — спросил я.
В ответ — молчание. Талли, идущая впереди с вытянутой рукой, будто ледокол, фыркнула, но тоже ничего не сказала. А я задумался.
Что-то тут не складывалось. Допустим, Талли выглядит на пару лет меня старше (хотя девчонки в моем мире в тринадцать лет иногда выглядят так, будто им уже тридцать, а они еще толком не определились: строить дальше карьеру, или завести детей), ну так она как раз на втором курсе академии и учится.
Авелла выглядела моей ровесницей, может, даже чуток помладше — и она приехала поступать. Тут тоже логично, не придерешься.
Но что насчет Натсэ? Я мог бы поклясться, что она моего возраста, возраста Авеллы. Где же она успела получить печать, стать рыцарем, а потом еще и всего этого разом лишиться? Вот вопрос — всем вопросам вопрос. А учитывая её разговорчивость, велики шансы, что вопрос так и останется без ответа. Умел бы я разводить девушек на разговоры — жизнь моя была бы совсем другой.
Так в молчании добрались до нашей пещеры, которую я уже привык называть «домом». Мелаирима не было, и я почему-то вздохнул с облегчением. Талли, видимо, тоже.
— Кто куда, а я в купальню, — заявила она. — Десять минут разговора с безголовой магичкой Земли — это всё равно что десять минут в грязи валяться.
— Постой! — крикнул я ей вслед. — А где будет жить Натсэ?
Повернувшись, Талли посмотрела на меня с недоумением.
— Личная комната для рабыни? Очень смешно.
— Но… А как же…
— Ты за неё теперь отвечаешь, понял? Если она на пол нагадит — будешь убирать, так что приучай к туалету. И смотри, чтоб не поцарапалась. В общем, думай о сестре почаще. Пока-пока!
Она зашла в купальню, и проход за нею закрылся.
Здорово. Просто великолепно. Мне придется жить в одной комнате с этой зомби-убийцей в обличии красивой девушки? А у меня даже дверь не закрывается. Впрочем, это, может, и к лучшему — вдруг, в случае чего, успею выкатиться в коридор и позвать на помощь.
Да и вообще, чего я парюсь? Придет Мелаирим, проведёт ритуал, и тогда… Тогда, конечно, моя сестричка будет жить со мной в одной комнате. Да её от меня ломом не отгонишь! Она в гостях-то вечно боится и уснуть не может, а тут, в пещере этой…
Итак, я привёл девушку к себе домой. Пока всё шло так, как шло бы у меня и в любом другом из возможных миров: мы стояли посреди комнаты и молчали, глядя в разные стороны. Натсэ смотрела на факел, я — на постель. А вот интересно, можно ли попросить Мелаирима расширить помещение и состряпать еще одну каменную кровать? Наверняка можно. И почему, собственно, «попросить»? Я своё тело ему для экспериментов предоставляю, между прочим, и имею право требовать вообще чего душе угодно. Я хорошо помнил, как утром они с Талли отреагировали на моё требование прогуляться. Как бы ни представлялись, а было видно: выбора у них особо нет.
— Хочешь прилечь? — предложил я Натсэ.
Она молча покачала головой и подошла к стене, встала рядом с факелом.
Я вздохнул. Скинул плащ, бросил его на спинку стула, перчатки — на стол. Вот, кстати, тоже задача: куда мне одежду-то складывать? Нет, я, конечно, привык вот так, по-простому, но в своем мире у меня был тыл в виде шкафа. И если бы там я носил такой шикарный плащ, то явно вешал бы его на плечики. Надо бы и этот вопрос поднять. И еще: обязательно потребовать себе бумагу и какие-нибудь писчие принадлежности. Порой столько вопросов возникает, что все и не упомнишь. Да и вообще, хотелось бы записать все свои знания об этом мире. Типа дневника исследователя, что ли…