Чтение онлайн

Вот это приятно, спасибо. Жаль, Мелаирим не слышит, он бы мной гордился. Опытный и осторожный маг…

Натсэ с силой пнула меня по ноге под столом, и я поспешил спрятать глупую улыбку. Но поздно: служитель Наллан, не сводивший с меня глаз всё время, заметил мою гримасу и сдвинул брови. Почему же он молчит?..

— А тот ученик, что пропал месяц назад? — продолжал Тарлинис. — Об этом тоже громко не говорили. Безродный мальчик, из низов, добился права участвовать во вступительных испытаниях, и вдруг… Просто исчез. А на следующий день — появляется какой-то загадочный парень и оскверняет святилище Земли. Совпадение? Не думаю!

Будь моя воля, я бы вообще воткнулся лицом в тарелку, или сквозь землю провалился. Эх, Мелаирим! Вот раздобыл бы ты мне печать Земли — насколько бы всем проще жилось!

— Болота разрастаются, — подхватил Наллан. — Сегодня там опять оставят дозор из второкурсников, но я думаю, что скоро они перестанут справляться. Нужно пристальное внимание взрослых, опытных магов. Кроме того, с болот лезет всякая нечисть. Лягушки, жабы… — Он содрогнулся, и даже Акади поморщилась.

Я вспомнил, что уже слышал о болотах. А также о лягушках и жабах — в свой первый день в логове Мелаирима. Он отправил Талли в этот самый дозор, чему она совсем не обрадовалась.

— Взять все эти события по отдельности — ничего особенного, но стоит выстроить из них цепь — и мороз по коже, — заключил Тарлинис.

Потом он перевел взгляд на меня и, видимо, решил сменить тему:

— А вы, господин Мортегар, планируете поступать в академию?

— Хотелось бы, — кивнул я. — Не уверен, правда, что пройду отборочные…

— Ну, о таких вещах нет смысла волноваться. Делаешь, что можешь, и либо проходишь, либо нет. Лично я верю, что каждый человек оказывается в том или ином месте тогда — и если! — когда он там действительно необходим. Это моя философия. Пользуйтесь, если хотите, она неплохо успокаивает нервы, когда всё идет не так, как хотелось бы.

— Спасибо, — пробормотал я.

Тут же Наллан, покончив с рыбой, встал из-за стола и поблагодарил Акади за ужин. А рыбка-то, между прочим, из моего кармана. Мог бы и мне спасибо сказать! Впрочем, ладно, я охотно ему прощаю «спасибо», пусть только забудет о моем существовании, да желательно навсегда.

— Господин Тарлинис, — обратился к главе семейства Наллан. — Я не злоупотреблю вашим гостеприимством, если попрошу угостить меня трубочкой вашего знаменитого табака?

— Ну что за глупости, Наллан. — Тарлинис поднялся. — Мой дом — твой дом. Давай поднимемся в курительную комнату. Прошу меня извинить, господин Мортегар, дорогая. — Нам с Акади досталось по кивку. — Радость моя, — посмотрел Тарлинис на Авеллу, — покажи гостю наш сад. Он особенно прекрасен, когда солнце уже зашло, но не все цветы успели закрыться.

— Хорошо, папа! — просияла Авелла.

Натсэ выразительно откашлялась и опять легонько ткнула меня носком туфли в щиколотку. Она явно тоже почувствовала, что не всё тут ладно, и что надо скорее валить. Я бы и свалил, но тут вдруг Авелла, перегнувшись через стол, положила свои маленькие мягкие ладошки на мои руки, заглянула в глаза своими бездонными сапфирами и улыбнулась:

— Пойдёмте, господин Мортегар? Вы окажете мне честь.

С тем же успехом она могла бы вонзить крюк мне под рёбра и потащить за собой.

Засыпающий сад и в самом деле был прекрасен. Синие и белые цветы, казалось, светились в темноте, напитавшись за день солнечными лучами. С цветка на цветок, будто маленькие искорки, перелетали неизвестные мне насекомые — может, светлячки, а может, вообще феи и эльфы. В энтомологии окружающего мира я пока не ориентировался.

Мы с Авеллой медленно шагали по петляющей среди деревьев и кустов тропинке, а Натсэ шла следом, на приличествующем расстоянии, излучая неодобрение.

— Красивый у вас дом, — заметил я.

— Он не наш, — сказала Авелла.

— Ну да. Я знаю. Всё равно красивый.

— Господин Мортегар! — Авелла вдруг остановилась, сорвала синий цветок и уставилась на меня. — Вы ведь простите мне мою излишнюю навязчивость?

— Прос… Я? Навязчивость? Нет! Нет никакой навязчивости, — запротестовал я.

Авелла улыбнулась и протянула цветок мне. Я робко сжал пальцами стебель, и мы пошли дальше.

— Папа хочет, чтобы я выучилась на мага Земли, — говорила Авелла, ставшая необычайно серьезной. — Я выучусь, конечно. Изо всех сил буду стараться. Но мне так страшно не хочется оставаться здесь одной. Я ведь совсем другая. Вы ведь видите.

Я, чувствуя себя полным валенком в этом разговоре, постучался мысленно к силе Огня. Внятно сформулировать запрос у меня не получилось, но хватило и мутного потока образов.

Скорее всего, Авелла Кенса говорит о своей внешности. Она выглядит, как типичный маг Воздуха. В более широком смысле её слова означают, что душой она более расположена к магии Воздуха и соответствующему мышлению, что вряд ли найдет понимание у учителей и учеников академии Земли.

— Почему бы вам тогда не поступить в академию Воздуха? — спросил я, поймав нить разговора.

Авелла покачала головой:

— Папа хочет так.

Судя по всему, насчет папы у неё серьёзный пунктик. Я не решился ковырять эту тему. Обернулся проверить, как там Натсэ. Она как раз развлекалась тем, что изображала пантомиму «рвотоизвержение». Видимо, она не ожидала, что я отвлекусь от разговора с Авеллой, и не успела быстро остановиться. Поняв, что попалась, смутилась и отвернулась. Хм… Ревнует, что ли? Да нет, глупости.

— А где та девушка, с которой вы были вчера в городе? — спросила Авелла каким-то слишком уж безразличным тоном. Ревнует, что ли? Да нет, это уж совсем глупости.

— Таллена? Ну, она… Она сейчас на тех самых болотах.

— О, да-да. Она второкурсница? Понимаю. Вы с ней хорошие друзья?

Я не смог сразу ответить на этот вопрос. Как описать мои отношения с Талли?

— Мы с ней скорее терпим друг друга.

Похоже, Авеллу такой ответ удовлетворил. Она опять начала улыбаться. А мне в затылок врезалось что-то твердое.

Я резко повернулся. Натсэ шагала, заложив руки за спину, и внимательно изучала взглядом звездное небо.

— Что там? — обернулась и Авелла.