Чтение онлайн

Они молчали, каждый думая о своем.

Урман, потрясенный рассказом Шрейба, встал, закрыл забрало гермошлема и выбрался наружу.

Норл все еще сидел у скалы, даже не поменяв позы.

Подойдя ближе, Урман присел на корточки, попытался заглянуть в глаза инопланетному существу, но тщетно – затянутые поволокой, они уже не отражали мысли.

Вот как порой поворачивается жизнь...

Люди сходят с ума, ведут себя, как подонки, а машины, запрограммированные на убийство, оказываются вдруг человечнее собственных создателей...

Вернувшись в БМК, Урман взглянул на аппаратуру для контакта, которую так и не удалось использовать в деле.

– Может, все же попытаемся наладить с ними контакт?

– С норлами?

– Да. Они ведь скоро очухаются и полезут на штурм.

– Думаешь, жители города оценят нашу гибель? – спросил Гюнтер, вспомнив, чем завершилась его попытка поприветствовать инопланетных существ.

– Не знаю. Но сидеть и тупо смотреть, как норлы вырежут целое поселение...

– А тот норл, что на дороге? Он умер?

– Пока нет. Но мне думается, он уже некоммуникабелен.

– Может, проверим? – встрепенулся Иван.

Гюнтер пожал плечами. Он узнал главное – Оля жива. Она молодец. Ушла через портал, предупредила Кречетова, заодно послав весточку мне. Сейчас затаилась в трюмах какого-нибудь древнего корабля и терпеливо пережидает, пока не завершится смещение. Знает, верит, что я приду за ней.

– Шрейб, останься, – словно прочитав его мысли, произнес Иван. – Разберемся с норлами – подкинем тебя на БМК. Все быстрее и надежнее, чем пешком.

– Ладно. Попробуем. – Гюнтер понимал, что поиск Ольги, пока не завершилось смещение и не угас яростный свет энергетического сгустка, задача практически невыполнимая.

– Я пойду с тобой на вторую планету, – неожиданно заявил Урман, ткнув Шрейба кулаком в плечо. – Прорвемся.

Норл умирал.

Болезнь и постоянные лишения окончательно подорвали его силы: видя приближение людей, он даже не шевельнулся, лишь мучительно посмотрел в их сторону.

Почему он предпочел умирать в одиночестве, словно старый зверь, обессилевший, покинувший стаю?

Взглянув на охотника, Шрейб, которому пришла внезапная, логичная, но дерзкая мысль, требовательно протянул руку:

– Урман, мне нужен логр.

– Зачем? – насупился охотник.

По его взгляду Гюнтер понял, что без объяснений не обойтись – среди нестабильных условий Первого Мира логры являлись единственными компьютерными компонентами, работающими без сбоев даже в период смещения, и ценились они высоко – чтобы добыть древние кристаллы и разгадать их уникальные свойства, составляя цепочки узкоспециализированных вычислительных устройств, приходилось рисковать жизнью, забираясь в такие места, о которых иному человеку и подумать страшно.

– Есть шанс на установление контакта, – ответил Гюнтер, не убрав протянутой ладони. – Ты же знаешь, в чем заключается основное предназначение логров [49] .

– Знаю, естественно.

– Это шанс. Норл умирает. Мы можем годами изучать их, и не факт, что добьемся успеха во взаимопонимании. Они неконтактны. Но в логре у него не будет вариантов. Там раскроется образная память, и там нет языковых и иных барьеров.

– Да понял уже... Только где ты видишь у него имплант? Как мы без прямого нейросенсорного соединения снимем копию его рассудка?

– Иван? – Гюнтер чуть повернул голову. – Среди привезенной тобой аппаратуры есть логр-адаптеры?

– Да.

– Мне нужен всего один логр, Урман. Через адаптер подключим к нему специализированный сканирующий комплекс, способный считывать состояние каждой клетки головного мозга. После перемещения данных логр автоматически воспроизведет матрицу его рассудка.

– Допустим. – Урман присел. – Что дальше?

– Дальше... – Шрейб вновь посмотрел на Столетова. – Иван, ты у нас специалист по контактам. Тебя готовили. Возможно, сейчас – первый и единственный шанс в жизни. Я, конечно, могу войти в киберпространство, но там, в логре, вспыхнут мои воспоминания, а они, как ты понимаешь, далеко не привлекательны. Урман тоже не годится. Только ты.

– Мне идти в логр?

– Тебе. Без вариантов.

Иван поежился, но затем, сделав над собой усилие, кивнул.

Разве не ради подобного шага он учился, да и вообще выпадет ли ему еще один шанс наладить взаимопонимание с чуждой человечеству расой?

– Я согласен.

Урман посмотрел на него с некоторым удивлением.

– Тогда что стоим? Он умирает. – Охотник осторожно отсоединил один из кристаллов от цепочки логр-компонента. – Действуем.

Через несколько минут, когда подогнали БМК, выгрузили блоки аппаратуры, запитав их от бортовой сети боевой машины, Урман, взяв контактный обруч, похожий на терновый венец из-за десятков тысяч мельчайших игл, покрывающих его внутреннюю поверхность, подошел к норлу, по ходу регулируя диаметр устройства.

Инопланетное существо смотрело на него не отрываясь.

В глазах норла застыло выражение ужаса, когда охотник склонился к нему, надевая обруч на изуродованную язвами голову.

Через минуту Гюнтер, контролировавший приборы, негромко произнес:

– Есть контакт. Пошло послойное клеточное сканирование и передача данных!

Подтверждая его слова, гнездо адаптера, в котором был закреплен логр, подсветилось несколькими индикационными сигналами.

Теперь оставалось только ждать и надеяться, что норл не скончается от ужаса до того, как завершится процесс сканирования и записи.

– Ну, я пошел?

Голос Ивана выдавал крайнее волнение.

– Ты сможешь. – Рука Гюнтера легла на плечо Столетова. – Будет трудно, но ты справишься. Мы рядом.

Иван ничего не ответил, только кивнул, сев в кресло.

Из открытого люка БМК к блокам аппаратуры тянулись оптические кабели.

Он закрыл глаза, зачем-то задержал дыхание, вздрогнув всем телом, когда Гюнтер, не доверявший беспроводным соединениям, подключил к его импланту глянцевитый шунт прямого нейросенсорного соединения.