Чтение онлайн

— Это здесь вы нашли алмазную фигурку? — Эшли встала на колени возле невысокого каменного постамента в виде приземистого гриба, возвышавшегося в углу пещеры. — Пьедестал вырезан из цельной глыбы. Можно предположить, что строители намеренно оформили эту пещеру таким необычным образом. В других на этом месте расположен очаг. — Она указала на потолок. — Кроме того, это единственная пещера, над входом в которую нет овального символа.

Бен стоял на каменном выступе, своеобразном пороге перед входным отверстием. Он перегнулся через край и посмотрел на воду. Эта нора находилась выше всех остальных и была расположена на стене, примыкавшей к подземному озеру. Если бы не леса, которые соорудили солдаты, забраться сюда было бы трудновато даже для него.

Эшли повернулась к доктору Симски, который сидел на четвереньках в дальнем конце пещеры.

— Когда ваши люди обнаружили статуэтку, куда она смотрела — внутрь или наружу? — спросила она.

— Ну-у… — Симски беспокойно поелозил у стены. — Видите ли, на этот вопрос я ответить не смогу. Произошел досадный инцидент. Один из наших работников по неосторожности сбил статуэтку, она повалилась с постамента, и поэтому теперь уже невозможно сказать, куда она смотрела.

— Черт! — Эшли досадливо ударила кулаком по алтарю. — Какие еще важные свидетельства вы уничтожили?

Доктор Симски вспыхнул.

Бен, чувствуя, что назревает конфликт, решил вмешаться.

— А что это, собственно, меняет: смотрела она внутрь, наружу или вообще лежала на спине и пялилась в потолок?

Эшли резко повернулась к Бену и обожгла его пылающим взглядом.

— Что это меняет? Это меняет все! Статуэтка является единственным культовым предметом, обнаруженным в этих пещерах. Когда-то он имел огромное значение для обитавшей здесь расы. Если она смотрела наружу, это, видимо, был оберег, призванный защищать древних от злых духов. Если она смотрела внутрь, то являлась идолом, предметом поклонения.

Бен почесал ухо. Пот из-под каски бежал тонкими струйками и щекотал кожу.

— И все же какая разница, была она идолом или оберегом? Каким образом это поможет ответить на главный вопрос: куда подевался этот народ?

Эшли открыла рот, собираясь громко возмутиться, но тут же закрыла его, да так резко, что у нее щелкнули зубы.

— Все, хватит с меня! — пробормотала она и стала спускаться по лесам.

Бен тут же пожалел о том, что влез куда не надо. Он нутром чувствовал, что одним неосторожным замечанием свел на нет все свои усилия, направленные на то, чтобы очаровать Эшли и завоевать ее симпатию.

— Подождите! — окликнул он и поспешил за ней.

Следом за ними стал спускаться и доктор Симски.

— Ну вас к черту обоих! — не оборачиваясь, крикнула она.

Обратно они ехали в молчании.

— Мам, видела бы ты рыбину, которую мы поймали! — Он, как завзятый рыболов, развел руки в стороны — так широко, что едва не сбил со стула Линду, сидевшую рядом с ним за обеденным столом. — Во какую! Нет, даже больше!

— Да, вот это рыбка! — сказала Эшли.

— И она фос-форес-цировала, — с трудом выговорил он сложное слово, — То есть светилась.

Эшли обратила внимание на то, что в этот вечер, когда все пришли на ужин и рассаживались за столом, Джейсон сел рядом с Линдой. Видимо, они отлично провели сегодняшний день.

— Она была голубая, с вот такущими зубами!

— Ну и страсти ты рассказываешь, приятель, — проговорил Бен, входя в столовую. Его волосы еще не успели высохнуть после душа. — Меня аж мороз по коже продирает.

— А, Бен! — Джейсон приветствовал своего взрослого другa улыбкой от уха до уха. — Как жалко, что тебя с нами не было!

— Мне тоже жаль, чемпион, но я должен был помочь твоей маме, — ответил Бен и сел за стол — через несколько человек от Эшли.

Она прекрасно понимала, почему он решил держаться подальше от нее, и, катая по тарелке зеленые горошинки, не могла не признаться самой себе в том, что сегодня днем вела себя как отъявленная сука. Может, стоит извиниться за сегодняшнюю выходку? Она уже собралась произнести покаянный диалог, как вдруг дверь открылась нараспашку и в столовую вошел Халид.

— Добрый вечер всем, — проговорил он, направляясь к своему месту за столом. — Только что наткнулся на доктора Блейкли. Он просил передать, что занят последними приготовлениями и не сможет присоединиться к нам за ужином.

Эшли заметила, что еще одного из их команды не хватает.

— Никто не знает, где может находиться майор Майклсон? — спросила она.

— Я знаю, — сказала Линда, подняв руку, словно школьница на уроке. — То есть не совсем… Солдат, который помогал нам с Джейсоном ловить рыбу, сказал, что майор Майклсон поселился в военной части базы, которая находится по другую сторону трещины.

— Зачем? — удивилась Эшли. — У нас тут места навалом. Это здание почти пустое.

— Я думаю, он готовит к экспедиции двух своих подчиненных, — предположила Линда. — Наших охранников.

При мысли о том, что их будут сопровождать вооруженные солдафоны, Эшли вновь почувствовала раздражение, но сейчас было не время ворчать. На завтра было назначено их отправление, поэтому сейчас она, как руководитель группы, должна сказать какие-то слова. Что-то важное, ободряющее. Хотя в голове у нее в этот момент не было ни одной стоящей мысли, Эшли все же положила вилку на скатерть, собираясь произнести короткую речь.

Она наблюдала за тем, как остальные заканчивают ужин. Бен уже вытер свою тарелку кусочком хлеба и с довольной физиономией похлопал себя по животу, а она все еще не могла подобрать подходящие слова, чтобы напутствовать своих товарищей. «Да и черт с ними, с подходящими», — подумала Эшли и громко откашлялась.

— Я… Я хотела бы произнести тост.

Она встала и подняла бокал с водой. Остальные умолкли и смотрели на нее, ожидая продолжения.

— За последние несколько дней на всех нас свалилось много нового и неожиданного. Наверное, у каждого из нас были основания испытывать недовольство по тому или иному поводу, но завтра нам предстоит приступить к выполнению миссии успех которой будет зависеть от нашего умения работать единой командой. И сколь бы сильную личную неприязнь ни испытывала я к доктору Блейкли, не могу не признать: его выбор членов команды был безупречен. Итак, — произнесла она, поднимая бокал выше, — за нас! То есть за команду!