Чтение онлайн

Кристина вдруг поймала на себе похотливый взгляд Крейтона. Он сразу отвернулся, а она неприятно удивилась: надо же, глава одной из крупнейших исследовательских лабораторий в стране, а ведет себя как заурядный соблазнитель.

– Вы ведь известный ученый, исследователь, так? – перевела она тему. – Я предполагаю, что ваша лаборатория существует и на государственные дотации, и на деньги частных инвесторов, верно?

– Ну да, конечно. Мы зависим от Национального института здравоохранения, как и все остальные. И от венчурного капитала тоже.

Крейтон стремительно сел. Он дрожал мелкой дрожью, как наркоман, которому давно пора принять дозу, его колени бились об стол.

– Расскажите мне о лягушках, доктор Крейтон.

Оба-на! Как он напрягся – глаза сузились, как будто гадает, что же ей надо на самом деле, и вспоминает, не сболтнул ли он уже лишнего.

– Что? О чем вы? – спросил он, и его лицо исказилось.

– Вы знаете, что в исследовательской лаборатории Шеймаса Фергюсона в Университете криминалистики был взлом? Вам известно о смертях, которые за этим последовали? Не просто смертях – убийствах?

Кристина выпрямилась на стуле, а Крейтон сполз еще ниже.

– Расследование по этому делу ведет ФБР, доктор Крейтон. Расскажите мне о лягушках.

– Я не знаю, что вам наговорил этот разочарованный зануда. Я не лез в его чертову лабораторию! Это полная чушь, которую любит нести Шеймас. Спросите любого, кто знаком с этим параноиком.

Крейтон стянул с себя пиджак. На рубашке темнели пятна пота. В целом вид у него был такой, словно он провел долгий жаркий день на поле для гольфа, посылая мячи в чащу.

– Что ж, ему уже недолго осталось, – сказала Кристина. Крейтон тут же вскинул на нее глаза.

– Прошу прощения?

– Я хотела сказать, что профессор Фергюсон, кажется, попал в очень затруднительное положение, сэр. – Кристина внимательно наблюдала за собеседником. – Вы, конечно, слышали о недавней смерти студентки с факультета криминалистики?

У Крейтона буквально челюсть отвисла.

Судя по тому, что выяснили Эйзен и Хиггинс, Крейтон и Фергюсон были в лучшем случае закадычными врагами; их борьба за исследовательские гранты только внешне выглядела честной, на самом деле они только и делали, что наносили друг другу удары в спину и обливали друг друга помоями. Свои боевые будни оба разнообразили эпизодами совращения женщин, левыми заработками, а то и чем похуже, хотя официально ни на того, ни на другого никто пока не жаловался.

Два скользких подонка столкнулись на почве интереса к ядовитым лягушкам: оба изучали самое ядовитое биологическое вещество на земле, и оба придерживались одного принципа – «победитель получает все».

Крейтон внимательно посмотрел на нее, затем, помолчав, сказал:

– Я тут ни при чем.

– Правда? Тогда давайте поговорим об одном вашем знакомом, Рэнди. О том, кто дорого заплатил за свое знание, – тихо сказала она, подавшись вперед. – О лаборанте, который два года назад проходил практику здесь, в «Макалистер Фармасьютикалз», а потом вернулся в Центр Пембрука, где его вскоре нашли мертвым в своей машине. Его смерть произошла при загадочных обстоятельствах.

– Я не понимаю, о ком вы. – Под столом снова запрыгала коленка.

– О нет, вы прекрасно все понимаете, – сказала Кристина. – Два года назад он проходил здесь летнюю практику. Потом вернулся в Бенсон и подал в Комитет по академическому надзору прошение о пересмотре отказа о его приеме в аспирантуру. Не вспомнили?

– Боже мой. – Крейтон покачал головой, мышцы шеи напряглись. – Смерть Питера Франклина не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к моей лаборатории. Он действительно работал здесь некоторое время. Проходил летнюю стажировку, и все. Но умер-то он у Фергюсона, а не у меня. Я не имею к этому никакого отношения, что бы вы там себе ни думали. – Беззаботная уверенность, которую Крейтон весело демонстрировал по пути в зал, покинула его совершенно, лицо в капельках пота блестело в свете потолочных спотов.

– Что меня беспокоит, Рэнди, так это время взлома в Центре Пембрука. Это случилось сразу после того, как Питер Франклин вернулся туда в качестве лаборанта. Сразу после его стажировки здесь, в «Макалистере». Как я понимаю, ратификация международных договоров, запрещающих торговлю экзотическими видами животных, в том числе ядовитыми лягушками, должна была привести к постоянному дефициту лягушачьих шкурок в такой лаборатории, как ваша, или я не права?

Кристина протянула руку и коснулась предплечья Крейтона.

– Не для протокола. Как именно был замешан в это дело Питер Франклин? Может, он торговал этими шкурками, ведь они в десять раз дороже золота?

Крейтон самоуверенно ухмыльнулся:

– А вы считаете, что международное торговое законодательство способно остановить контрабанду? Да в одних только Соединенных Штатах тысячи собирателей редких животных. Как вы думаете, что же они коллекционируют, а, специальный агент? К вашему сведению, ядовитых лягушек можно купить в интернете хоть днем, хоть ночью, и в будни, и в праздники.

– Значит, вы с Фергюсоном занимаетесь контрабандой и покрываете друг друга, да? А хотите, сюда нагрянут сорок агентов и разберут вашу драгоценную лабораторию по частям к такой-то матери? Хотите?

Крейтон поморщился.

– Не верите? – Он встал, подошел к угловому столику и потыкал в клавиатуру стоявшего там компьютера. – Глядите. – Он наклонился к экрану, и его пальцы забегали стремительно по клавиатуре. «Смотри-ка, и не запнется, – подумала Кристина. – Как будто всего пару часов назад заказал последнюю партию лягушек».

– Спрос невозможно контролировать, – продолжал он, не отрываясь от компьютера. – Особенно с учетом мобильного интернета. Заказ можно сделать откуда угодно. Так что вы не сможете повесить на меня даже это. Даже вы, специальный агент, можете заказать любой яд, какой захотите, и чью угодно шкуру в придачу. – Он усмехнулся.

– Доктор Крейтон, вы хотите сказать, что «Макалистер Фармасьютикалз» занимается незаконной торговлей?

– Вы меня не слышите, агент Прюсик. Я говорю вам совершенно другое. Я объясняю вам, что Питер Франклин мог легко приобрести искомый товар в интернете, если уж на то пошло, и кто угодно еще может сделать то же самое, если знает нужные маркетплейсы. – Крейтон вернулся к столу и сел. – Интернет не уважает закон. Вы знаете это лучше, чем я. Посмотрите сайт, который я только что открыл. Это глобальный бизнес, специальный агент Прюсик. Как я уже сказал, круглосуточный и круглогодичный, запустите поиск – и найдете все, чего желает ваша душа. Ну, или тело, – усмехнулся он своей двусмысленной шутке.