Пестрые истории, Рат-Вег Иштван

Пестрые истории

на обложку

Рат-Вег Иштван

Шрифт:

«Сад дичи»

Я прощаюсь с «Физиологом». Но если я и покончил с ним, то естествознание продолжало топать за его наследием. Вплоть до позднего средневековья, и намного долее, снова и снова выходили приодетые в более современные платья бестиарии— псевдонаучные произведения по зоологии, создававшиеся с одной мыслью, что единственное предназначение животного мира — нравственное воспитание человечества.

Немецкий автор Вольфганг Франциус истово «налицемерил» таким образом целую книжку [205] .

205

Франц Вольфганг (1564–1628) немецкий протестантский богослов, профессор теологии в Виттенберге. Среди его трудов: «Historia animalium sacra etc.» (Wittenbergae, 1612), «Tractatus de Interpretatione Sacrae Scripturae» (толкование Священного писания). — Прим. ред.

На венгерский ее перевел Гашпар Мишкольци. Любопытно прочесть длиннющий, в стиле модного тогда барокко, заголовок книги 1769 года издания.

«ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ САД ДИЧИ, или же тварей неразумных, как-то: 1. Четвероногих, 2. Птиц, 3. Рыб, 4. Пресмыкающихся, 5. Насекомых. Полная история, заключенная в пять книг, которая впервые ученым и знаменитым толкователем Священного писания Доктором Франциусом Вольфгангом на классической латыни писана и многажды печатана. После чего блаженной памяти Мишкольци Гашпар, многих великих приходов, как в Венгрии, так и в Трансильвании, благотворный учитель переложил на венгерский язык, а нынче, ради Венгерской нации, как таковой плодотворный труд для публичной пользы в свет выпустил».

Для ознакомления с методом немецкого «Физиолога» среди множества примеров выберу орлиный камень.Он имеет еще одно свойство, о котором я пока не говорил. Итак, говорит доктор Франциус словами Гашпара Мишкольци:

«Свое гнездо орел содержит чисто от всякой отравы и скверны. Для чего держит в гнезде дорогой перл, называемый aetites, каковой всякой отравы силу убивает, и таким способом бережет своих цыплят от смерти. Сверх того часто метет свое гнездо травкой, называемой трехцветная фиалка, каковая упреждает волосы человека от выпадения, делает мужчине хохол красивым, оборчатым. Что может служить образцом усердия, необходимого в приходе, каковому приличествует оборонять сынов своих ото всякой ядовитой науки, и церкви надобно часто прокруживать, то есть верных членов Прихода сладким молоком чистой науки ежедневно удовлетворять, а если ереси или что другое непорядочное попадет туда, то метлою Слова Божьего надо вычищать».

По одному этому примеру можно судить, скольких усилий стоило почтенному доктору, толкователю Священного писания, чтобы из каждого зверя, заключенного в пяти книгах, извлекать желаемое нравственное поучение.

А вот еще, листаю главу пятой книги, которая называется: «О Вше, Блохе и Домовом Вонючем Жучке, то есть Клопе».

В самом деле, какое назидание может ученый автор вывести из описания жизни этих домашних кровососов?

Не извольте сомневаться. Вот:

«Как бы там ни было с ними со всеми, хватит того, что и богословы и мирские философы признают: Господь в этих мелких и представляемых ничтожными тварях, ежели посмотреть на многие разные вещи, являет нам б'oль-unie свои чудеса, чем в иных великих, и что мы сами на них, как на каждый день видимых предметахучимся, что мудрость и волю Божию не в великости чего-либо, а в малых вещах проявляемой силы нам следует понимать».

Поучение, что и говорить, прекрасное, только для этой цели более бы подходили другие, не каждый день наблюдаемые и более симпатичные жуки.

Но, конечно, доктор, толковавший Священное писание, в этих вещах разбирался лучше, и он знал, зачем избрал эпиграфомк книге цитату из псалма 104 [206] : «Да будет Господу слава во веки; да веселится Господь о сотворенной им живности».

Ученые сказки про животных

206

У православных это псалом 103, стих 31 и звучит он несколько иначе: «Да будет Господу слава во веки; да веселится Господь о делах Своих!» — Прим. пер.

Другие ученые не снисходили до вымученных сравнений и, без всякого выжимания нравственных назиданий, стремились дать хоть какое-то описание жизни животных.

Правда, из своих рабочих кабинетов сдвинуться они не удосуживались, довольствовались тем, что из десятка написанных ранее книг стряпали одиннадцатую. В нее также попадали разные сказки, которые под защитой авторитета предшественников кочевали из одной книги в другую [207] .

Невероятно громоздкие фолианты сообщают о вечной птице Фениксе, о легендарном единороге, о грифе, поднимающем в небо слома, об ужасном мифическом звере, способном заживо проглотить целого слона, известном в античном мире под названием «клыкастый тиран» ( odontotyrannus).

207

Среди толстенных томов, напичканных гравюрами, больше смахивающих на роскошные подарочные издания, наиболее знамениты следующие: Conrat von Megenberg. Das Buch der Natur. Augsburg, 1486; C. Lycosthenes (Conrad Wolffhart, переделанное на греческий лад имя профессора Базельского университета). Prodigiorum ас ostentorum chronicon. Basileae, 1557 (книга включает около 1 500 гравюр); Ulysses Aldrovandus. Monstrorum historia cum paralipomenis historiae omnium animalum. Bononiac, 1642; Gasparus Schott us. Phisica curiosa, sive mirabilia naturae et artis. Herbipoli, 1667 (части VII–X посвящены животным). В приложении этот ученый иезуит повествует о змеях-чудовищах.

Отдельного упоминания заслуживает работа широко известного ученого-естественника, профессора Цюрихского университета Конрада Геснера «Historia animalium». Хотя он тоже не вполне свободен от давления авторитетов, в его произведении также нашлось место небылицам. Его «История животных» (Historiae Animalium, 1551–1558) является выдающимся научным трудом Возрождения, заложившим основы современной зоологии.

Долее всего жили своей апокрифической жизнью чудовищный змей и василиск.

Венгерские драконы

Огнедышащие змеи о семи головах из народных сказок вне моего рассмотрения, не занимаюсь я также змеем из германской мифологии, которого в опере рыцарь Зигфридвсякий раз доблестно побивает. О змеях, безобразничающих в легендах о святых, скажем только, что они производили великие опустошения среди людей и животных, утихомирить их можно было только принося в жертву невинных девушек или юношей. Однако были и освободители: святой Георгий проткнул копьем одного, святая Марта связала другого, иные святые тоже ловко расправлялись с ними.

Я призываю только тех змеев, которые нашли отражение в анналах науки.

Описываемые наукой типы змеев в деталях отличаются друг от друга, но вообще змея можно представить как огромного летающего крокодила: тело его покрыто шипами, крылья, как у летучей мыши, лапы заканчиваются медвежьими когтями. Об их существовании миру было известно только то, что ученые передавали из уст в уста, вернее переписывали из книги в книгу. Поистине ощутимые, подвергаемые научному анализу доказательства появились только в семидесятые годы XVII столетия.

И появились они именно в Венгрии.

Патерсон-Хайн, известный врач из Кешмарка, написал письмо еще более известному зарубежному коллеге, врачу Левен-гейму из Бреславля. Письмо сопровождало посылку — кости животного: гигантские бедренные кости, огромные позвонки и зубы, вызывающие ужас когти.

Это кости змея, — писал он, — они обнаружены в пещере на берегу Дунайца, которую в народе называют логовом змея.Там полно подобных останков; мужики за хорошую плату лазят за ними в самую глубину пещеры и вытаскивают на поверхность.

В другом своем письме врач из Кешмарка ссылается на одного «благородного дворянина», который извещал его, что в области Унг (Ужгород) много раз видели живых змеев.Стало быть, в существовании змеев сомневаться не приходится.

Врач из Бреславля оба эти письма переслал в журнал немецкого общества естественных наук и медицины «Miscellanea curiosa etc.» (сокращенно: «Ephemerides»). Письма были опубликованы в сопровождении рисунков в подборке журнала за 1673 год.