Чтение онлайн

— Перестань быть ко мне снисходительным. Просто сотри память о наших поцелуях. Теперь у тебя есть такая способность. На самом деле было бы хорошо для нас обоих, если бы ты это сделал, потому что твоя дерьмовая ситуация со мной только начинается. И скоро мы будем в ней по уши. Мы никогда не найдем время и место для повторения чего-то подобного этому поцелую.

Пейтон покачал головой. Может быть, он не все помнил в точности, но он был уверен, что Кира Уинтерс была одной из самых депрессивных женщин, которые его когда-либо привлекали. Его невеста была фигуристой, беспечной учительницей йоги. Возможно, его сильное влечение к Кире было просто благодарностью за то, что она буквально спасла то, что осталось от его задницы.

— Ты не знаешь наверняка, что произойдет, док. Никто не знает. Жизнь полна сюрпризов. Я сбежал из одного ада, а проснулся в другом. Это тоже не первый раз. По крайней мере, я жив, и ты тоже. Я все еще зол, но пусть это не мешает тебе быть правдивой. Я хочу услышать, твои возражения.

Пейтон нахмурилась, когда она встала со своего места и направилась к двери. Он поймал себя на том, что говорит ей в спину, в то время как она пыталась от него отгородиться.

— Эй, док… я знаю, что у меня плохое настроение, но не будь сегодня незнакомцем из лаборатории. Мне сейчас не очень хочется быть одному. Это даст мне слишком много времени, чтобы ненавидеть мир.

Кира кивнула, но не обернулась. Ей нужно было отдохнуть от наблюдения за его несчастьем.

— Я вернусь к тебе через час. Если ты приведешь в порядок свое место, чтобы можно было сидеть, я принесу тебе устройство для чтения с еще несколькими документами. Я поработаю здесь и буду готова ответить на твои вопросы о том, что ты узнаешь.

Услышав негромкое «хорошо» Пейтона, Кира тихонько выскользнула из лаборатории и сделала несколько очищающих вдохов. Его реакция крайнего гнева была опасна, особенно учитывая его кибернетически возросшую силу. Но его гнев казался более здоровым, чем мгновенная депрессия, которую она видела и у Маршалла, и у Алекса. Она сочла это положительным признаком того, что его восстановление работает.

Откинув волосы назад, Кира ускорила шаг и направилась на кухню. Оказавшись там, она взяла свой портативный коммуникатор и набрала номер. Она должна была быть осторожна на случай, если звонок записывается. Кира полностью ожидала, что это так. Соединение установлено, но на другом конце не было ответа от человека, она услышала автоответчик.

— Привет, Неро. Как твои игры? Ты не пытаешься со мной заигрывать, так что я думаю, ты должно быть чем-то поглощен. Угадай, что скажу. Настоящий Прекрасный Принц наконец-то появился на моем пороге. У меня большие на него надежды, потому что Пейтон 313 намного лучше двух других неудачников, которых я покупала. Подожди, пока ты его не увидишь. Я не могу обхватить обеими руками его бицепсы. И прежде чем ты спросишь, ответ будет отрицательным… Пейтон плохо себя ведёт… но мне всё равно. Мне нравятся плохие парни, даже если они киборги. Так как ты относишься к встрече с ним? Перезвони мне, когда выйдешь из игры.

Она отключилась и нахмурилась. Было бы предпочтительнее подождать еще пару дней, пока она не убедится, что Пейтон полностью адаптировался. Но ее инстинкты пели, а это всегда было плохо. В прошлый раз, когда они так громко пели, Джексон потребовал официального развода, чтобы взять кибержену, и при этом не выглядеть плохо в глазах ОКН.

Но прежде чем документы прошли через юридическую цепочку, первая кибержена Джексона уже к нему переехала. Она провела первую неделю своей новой одинокой жизни, работая с Неро, чтобы сбросить коды конфиденциальности по всему дому и лаборатории. Когда через несколько дней Джексон за чем-то зашел домой, ему пришлось ждать, пока она вернется с работы, чтобы попасть внутрь. У него был сильный шок от ее действий, направленных на самозащиту, но вскоре он приспособился к ее новой автономии… также как и она.

К тому моменту она смирилась с тем, что никогда в жизни не сможет его простить.

Вскоре после этого прозрения наступила полная апатия к тому, как живет Джексон.

Теперь она собиралась снова изменить свою жизнь, только на этот раз она полностью исчезнет со всех радаров. Чтобы сделать это как можно лучше, ей нужно будет оставить ложный след, который уведет любое расследование от истинных изменений Пейтона к чему-то гораздо менее интересному.

Как только у него появится шанс успокоиться, возможно, она сможет убедить разъяренного морпеха ей помочь.

Глава 7

Кира сидела за своим столом, загружая последние записи и видео с реставрации Пейтона на специально зашифрованные диски, которые для нее сделал Неро. В клетке, Пейтон большими пальцами переворачивал экраны на большом портативном устройстве. Она знала, что он понимает около восьмидесяти пяти процентов данных, потому что все еще следила по беспроводной сети за его мозговой активностью. Принимал ли он это с полным пониманием или нет, еще предстояло определить, но, согласно показаниям его ЭЭГ, этот человек был машиной для чтения.

Он изредка, словно не веря написанному, что-то восклицал, затем следовала недолгая вспышка ругани, и это было единственным, что время от времени нарушало молчание между ними. Она немного испугалась, когда он наконец заговорил.

— Я сдаюсь. Я явно не понимаю, что читаю. Как могло целое десятилетие моей жизни быть полностью подавлено какой-то программой? Это кажется совершенно невероятным, чтобы быть правдой.

Кира тихо вздохнула, думая о том, как ему это объяснить.

— До заключения всеобщих мирных пактов военнопленные, в том числе киберсолдаты, во время плена работали в напряженном графике. Задачи, которые они были вынуждены выполнять, были частично пыткой и частично наградой. Выживание в ежедневной рутине прохождения через них давало заключенным мало времени для творческого мышления, не говоря уже о заговоре или планировании побега. Эти радикальные процедуры выживания были эффективным инструментом, чтобы держать их физически уставшими, но бонусом было то, что они также воздействовали на их разум. Когда ум слишком занят, он забывает, как остановиться и о чем-либо подумать.

Она встала, изучая пол в поисках нужных слов.

— Держать ум слишком занятым, чтобы не делать ничего, кроме как следовать рутине, — это почти то же самое, что делает с мозгом киборга постоянный программный код. Твои кибернетические чипы на сто процентов заняты выполнением множества рутинных задач. Теория состоит в том, что часть мозга, производящая эмоции, просто не имеет возможности выразить себя. Другими словами, твои эмоциональные реакции никогда не должны были использовать синапсы твоего мозга. Но Пейтон, еще до того, как ты пришел ко мне, ты уже доказал, что это предположение в некотором роде ложно. Просто твоему человеческому разуму потребовалось немного больше времени, чтобы понять, как проявить себя вместе с постоянно работающими кибернетическими программами.

Пейтон отложил считывающее устройство и стал ходить взад-вперед. Это было действие, которое он повторял последние пять часов. Его логический чип сказал, что такое движение не приносит никакой пользы. Другая необъяснимая мотивация заставляла его продолжать ходить, пока что-то не изменится. Он решил, что обе реакции одинаково раздражали.

— Ненавижу, когда меня мысленно толкают в двух совершенно разных направлениях. Каждое решение теперь мучительно. Я просто мысленно размышлял, полезно ли ходить туда-сюда. Как с таким дерьмом жить? Неужели так будет всегда?