Чтение онлайн

Наконец она повернулась к Айзенменгеру. Ее глаза в красном неоновом свете казались особенно большими.

— Дело в том, доктор, что я никогда не испытывала склонности к этому занятию. А вы всегда так бесцеремонны с женщинами?

Прямо Джейн Остин, да и только. Взглянув на женщину краем глаза, Айзенменгер увидел у нее на лице самодовольную ухмылку.

— Сейчас направо, — бросила она и через секунду добавила: — Не вижу ничего плохого в том, чтобы быть белой вороной. Скорее наоборот, это надо ценить.

Столь странное замечание несколько удивило Айзенменгера. Выровняв машину после поворота, он сказал:

— Я и не говорил, что это плохо.

Елена ничего не ответила, как будто разговор ей надоел, и тогда доктор продолжил:

— Вам, похоже, нравится быть оригинальной.

Она опять промолчала. Так прошло еще несколько минут.

— Теперь по второй улице направо, затем первый поворот налево. И остановитесь напротив большого многоквартирного дома. Во дворе, скорее всего, негде приткнуться — в это время он забит машинами.

Что ж, вполне разумно.

Лишь после того, как он, следуя указаниям Елены, остановил машину напротив высокого ухоженного здания в неогеоргианском стиле, она произнесла, по-прежнему не глядя на доктора:

— Мой отчим говорил, что быть оригинальным — значит быть свободным.

— Ваш отчим, кажется, умер? — спросил Айзенменгер.

— Боб рассказал вам, да? — отозвалась она спокойно. Затем в очередной раз посмотрела прямо на него. Лицо ее теперь казалось застывшим, но это ничуть его не портило. — Я, похоже, довольно беспечно отношусь к людям. Сначала потеряла отца, потом отчима.

Она смотрела ему прямо в глаза, и неожиданно Айзенменгер почему-то подумал, что запах ее духов хотя и слишком сильный, но приятный.

— Не обижайтесь на Боба, — сказал он.

— А я и не обижаюсь, — пожала она плечами.

Внезапно Елена распахнула дверь и вышла из машины. Айзенменгер, не ожидавший этого, не успел опередить ее и подать руку. Выскочив вслед за Еленой, он окликнул ее.

Она остановилась посреди дороги.

— Да?

А он не знал, что ей сказать. Они молча смотрели друг на друга поверх крыши автомобиля. Неожиданно для себя самого он выпалил:

— Когда мы закончим это дело, приглашаю вас в ресторан.

Он был готов проглотить собственный язык. Что на него нашло, черт побери?

Однако Елена, похоже, не усмотрела в предложении доктора ничего из ряда вон выходящего и сейчас молча раздумывала, принять его или нет. Вдалеке раздался шум подъезжавшего автомобиля. Двигатель работал громко, и его рокот эхом отражался от близлежащих домов.

— Вы серьезно?

Выражение ее лица казалось доктору совершенно непонятным. Между тем автомобиль приближался к ним, набирая скорость. Посмотрев в его сторону, Елена обошла машину доктора и приблизилась к Айзенменгеру. Едва она успела освободить проезжую часть, как мимо нее пронесся красный автомобиль. За рулем машины Айзенменгер успел заметить женский силуэт. Машина тем временем пронеслась вдоль по улице и резко свернула за угол.

— Послушайте, — сказал он, — я понимаю, что, пока мы ведем это расследование, лучше оставаться в пределах чисто деловых отношений, но почему бы не перевести их в личные, когда мы с ним покончим?

Елена улыбнулась, и, несомненно, от души.

— В личные… — повторила она, словно не вполне верила своим ушам. Несколько секунд она пребывала в задумчивости, затем впервые за все время их знакомства посмотрела на доктора с некоторой теплотой. Она стала обходить автомобиль сзади, Айзенменгер двинулся ей навстречу. В метре друг от друга они остановились.

— И как это понимать, доктор Айзенменгер?

— Ну… — протянул он, сам не имея ни малейшего представления, как это следует понимать. — Видите ли…

Но увидеть что-либо было трудно из-за охватившего его замешательства. В это время он услышал шум еще одного автомобиля, который вывернул из-за угла и приближался к ним с противоположной стороны.

Не дождавшись продолжения от доктора, Елена взяла инициативу на себя:

— Итак, вы приглашаете меня в ресторан. Может, вы хотите, чтобы сейчас я пригласила вас к себе что-нибудь выпить?

Тон у нее был немного странный, лицо оставалось непроницаемым.

Судя по звуку за спиной Айзенменгера, автомобиль, приближавшийся к ним, увеличивал скорость. Повернувшись в его сторону, Айзенменгер увидел, что и эта машина красного цвета.

— Если вы приглашаете… — ответил он машинально, думая об автомобиле.

Это все тот же, который только что проезжал?

— Вы решили, что это приглашение?

Доктор рассеянно улыбнулся, осознав, что разговор принимает оттенок флирта, но его мыслями целиком и полностью завладела эта чертова машина.

Неужели это Мари?

— По крайней мере, я надеялся на это.

Улица была длинной, автомобиль несся по ней, как будто участвовал в гонках, и промелькнул мимо доктора и Елены словно молния.

— Надежда и реальность. От одного до другого целая пропасть…

Автомобиль опять приближался к ним на полной скорости. Почему рев двигателя казался Айзенменгеру таким угрожающим?

— Но я плохо знаю вас, точнее, совсем не знаю. А может, вы…

Внезапно Айзенменгер кинулся к Елене и, схватив за руку, рванул на себя — прочь с дороги. Она не успела даже испугаться. В тот же миг раздался визг тормозов и красный автомобиль, снизив скорость, боком зацепил машину Айзенменгера, смяв и процарапав ее переднюю дверь. Пустынную улицу заполнил адский грохот рвущегося металла.

Елена, все еще находясь в объятиях Айзенменгера, оглянулась с совершенно ошеломленным видом. Автомобиль проехал как раз в том месте, где она стояла долю секунды назад.

Двигатель красного автомобиля продолжал работать, его шестерни заскрежетали, он проехал назад метра два и остановился. В открытом окне появилось лицо Мари. Ее глаза были полны слез, но само лицо выражало непримиримую злобу и ненависть.

— Я так и знала! — прохрипела она. — Я так и знала!!!

Оба — и доктор, и Елена — молча смотрели на нее, Айзенменгер изумленно, Елена в полном недоумении. Неожиданно Мари заорала: