Чтение онлайн

Я никогда этого раньше не делала, но все же лезу вверх, в гущу серебристо-зеленой листвы, где оказываюсь среди ярко-оранжевых абрикосов. Назар стоит внизу, поддерживая лесенку. Я отбираю одинаковые, крупные, неспелые, светлые плоды.

Кажется он смотрит мне под юбку. Пусть смотрит. Это не повредит.

Подаю ему корзину- он протягивает мне руку, я спрыгиваю и прижимаюсь к нему на мгновенье. Но только на мгновенье. Как приятно все же, что он такой огромный и сильный. Рядом с ним- спокойно и легко, даже если он ругается.

И вдруг он произносит:

– Гроселла!

– Что?- я вздрагиваю, вспомнив, что именно это имя было на электронном табло у Южных Ворот.

– Гроселла, - повторяет он уже почти ласково, -ишь как… на вид - экзотический цветок, а пахнешь как смородина, гроселла- это же смородинка.

И тут у меня сердце сжимается, - Женя называл меня Смородинкой, когда еще любил, Женя, которого я прокляла навек.

Не думать, не думать. Его нет больше в Демонете, и он не является частью моего мира.

Я сижу на скамейке под развесистым фруктовым деревом, разламываю абрикосы на половинки, вынимаю из них косточки и складываю в миску, а Назар сидит напротив, сложив руки на коленях и смотрит на меня в молчаливом изумлении. Какое удовольствие - разламывать абрикосы! Я делала это много раз в реале, когда жила на Украине, до приезда в Америку. Я наблюдала много раз за процессом варки варенья, когда была маленькой девочкой, я и тогда чувствовала это, но сейчас оно усилилось. Я не знаю названия этому чуду, не знаю специального термина, однако эти плоды сейчас сообщают мне свою информацию, раскрывая слой за слоем. В них застыли какие-то моменты, - будто они впитали в себя события, происшедшие в этом саду и даже за его пределами, и я могу их прочитать, вернее, воспринять, - секреты раскрываются когда я разламываю абрикос и вынимаю косточку.

Я невольно начинаю эксперементировать: если положить фрукт сразу в миску разломом вниз, то он будто обиженно замолкает. А если подержать его на ладони раскрытым, то обрывки впечатлений и видений складываются во вполне связный рассказ…хм… кажется разные абрикосы рассказывают об одном и том же разные вещи… Может ли это быть, чтобы у каждого фрукта с одного дерева был свой взгляд на мир? Слишком много всего. Не уверена, что хотела бы именно сейчас погрузиться в чужие эмоции, страсти, раздумья и странные события. Информация вышедшая из мякоти, витает вокруг меня, если я воспринимаю ее, то она в плод не возвращается. Я трясу абрикос в руке- пусто! Ничего нет.

А если отмахиваюсь от нее, то она, повитав в воздухе, возвращается обратно, в мякоть.

Значит, у меня есть выбор- воспринять информацию, стерев ее, или отмахнуться, оставив.

Назар смотрит на меня очень внимательно, чуть прищурившись, и мне неловко под его взглядом, мне кажется, он понимает, что я делаю, конечно без сомнения, понимает.

А вот еще один слой информации: это не события- это его мысли, его настроение, с которым он подходил с абрикосовым деревьям. Ага, вот тут интересно…Эх, мне бы самой разобраться, в его отсутствие, потихоньку, а еще хорошо бы разламывать плоды аккуратнее, медленнее. Наверно этому учат в школе фуэнсенов. Еще можно осторожно снять шкурку плода, а вот что будет если разбить косточку?

Все абрикосы уложены в широкую кастрюлю открытой частью вверх- таким образом остатки информации испаряются окончательно. Совершенно чистые плоды, без всяких эмоций.

– Ну вот, готово! А где сироп варить? Пошли на кухню?

– А идем-ка на летнюю кухню. Давай я понесу кастрюлю, тяжелая все же для тебя.

Смогу ли я, стерев информацию с абрикосов, вложить туда свою собственную?

Летняя кухня - совершенно сказочная. Снаружи ее даже не видно среди зарослей сада, а внутри… впрочем, она и есть - часть сада, вернее его сердце. Она не построена, а выращена. Пол из такой мягкой и нежной травы, что я снимаю сандалии, чтобы ощутить ее прохладу и бархатистость. Стены и потолок - из переплетенных крон деревьев, столики - из гибких зеленых лоз- и все растет, цветет, все- живое, все аккуратно подстрижено. Ай, затейник этот Назар! Плита у открытой стены, вернее, вместо плиты- огонек в земле, в выложенном обожженой глиной углублении. Котелок для варки сиропа Назар вешает на колышки, и чиркает спичкой. Пока закипает сироп, я рассматриваю живую зеленую кухню, трогаю лиственные стены, выглядываю в окошко, на подоконнике которого -россыпь полевых цветов- васильков, незабудок, колокольчиков и ромашек- они растут окруженные тоненькими бледно-зелеными стебельками, образующими живую вазу.

– Не отвлекайся, - говорит Назар, которому явно приятно мое восхищение кухней.
– Вари все как положено, раз уж взялась.

А как положено? Я должна сосредоточиться на сиропе? Не сводить с него глаз, что ли? Думать приятные мысли? Не знаю. В реале я никогда не отходила от варенья, дожидаясь момента закипания сиропа. Просто не могла отойти, вилась вокруг него как оса.

Вот оно что! Когда я заливаю горячим сиропом эмоционально чистые абрикосы, то они впитывают мое состояние как губка воду: восхищение умением удивительного садовника, удовольствие от того, что я нахожусь здесь и еще много всего. Но это совсем не те чувства, которые я хотела бы вложить в готовый продукт. Надо бы их стереть, а как? А что же будет когда я поставлю варенье на огонь?

Так, первый этап варки варенья окончен. Теперь надо подождать пока все остынет прежде чем продолжить. Хорошо бы не спеша обдумать все, что произошло сейчас.

– Назар, если тебе нужно на работу, ты иди. Я сама справлюсь. Я сварю абрикосовое, а потом еще сливовое, ладно? Как раз сливы шикарные поспевают в твоем саду.

– Ты сначала с этим справься.

– Ты сомневаешься во мне? Думаешь, я не смогу?

– Ну, ты можешь передумать. Или тебе могут помешать. Да мало ли что может случится! Мне еще никто никогда такого не предлагал, вот мне и не верится. Ну, допустим, сваришь ты варенье, а что дальше?

– Дальше?
– я смеюсь.
– Разложу по баночкам, накрою плотной бумагой, перевяжу, нет, лучше тканью, я поищу специальную, чтобы варенье и прикрыто было и дышало немножко. Потом на полки поставлю, и ты будешь чай с ним пить, гостей угощать, или у тебя не бывает гостей?

– Бывают. Вот кажется сейчас они и случатся…

Гости, вернее гостьи, появились сразу, но почему-то с трех разных сторон. Одна вошла через калитку, другая, вся в зеленых искрах, появилась из станции частной линии демовэйва, а третья перелезла через забор.Они слетались к нам со всех сторон как осы на варенье, а скорее они напоминали пущенные стрелы: та, что перемахнула через забор, оказалась Элиной, - воздушная, в бледно-голубом прозрачном одеянии, с гладко зачесанными назад светлыми волосами. Высокая, взлохмаченная Софья Марковна вошла через калитку, а та, что искрилась зеленым- была маленькой и хрупкой, с глазами огромными, карими, волосы ее были убраны под маленькую шапочку и сережки- вишенки в ушах, и ворот сорочки, и кайма жилеточки тоже вишенками были вышиты , а тоненькая ее фигурка излучала энергию и силу- как натянутая струна. Вишенка. Женщина-Вишенка.

Назар сделал угрожающий жест рукой и сказал:

– Дамы, если хоть листочек шелохнется в моем саду или цветок увянет от одного вашего грубого слова, - я обещаю, что вышвырну любую из вас отсюда,

невзирая на личности.

Элина презрительно хмыкнула и зевнула. Софья Марковна произнесла спокойно:

– Он прав. Цветы и плоды в этом саду ценнее нашего возможного несогласия. Поэтому будем разговаривать спокойно, чтобы они не впитали в себя негамоции или не увяли. Я предлагаю решить все мирно без эксцессов, не прибегая к вмешательству админа.