Плач Дантов
Шрифт:
– Он никогда не спал, тот мир! Ты бы видела! Сотни огней, тысячи людей на улицах Нью-Йорка!
– Ты жил в Нью-Йорке?
– Жил!
– А что делал?
– Учился…
Джеррелл замолчал, прислушался к другой песне в исполнении того же голоса.
– Пока мне не сказали, что у меня будет дочь!
Заулыбался, счастливый, мечтательной улыбкой.
Она никогда не видела его таким, никогда!
– Бросил учёбу!? – Поняла Элен.
– Да!
– Так хотел ребёнка?
– Нет!
Она удивилась.
– Я просто… – Задумавшись начал Джеррелл. – Хотел изменить жизнь…
Глава 3
– Почему? Почему «хотел»?
Странно он посмотрел на неё… Элен поняла: не знает, говорить, или нет.
– Есть просто не твоё…
Посмотрел ей в глаза.
– Я это понял с годами – не твоё!
Элен поняла его, зная его, поняла:
– Боялся!?
– Чего?! – Удивился Джеррелл.
– Что у тебя не получится…
Заглянула ему в глаза.
– Ты всегда сбегаешь, когда боишься, что не получится…
В её голосе прозвучало: бросаешь, – ты всегда бросаешь, когда боишься, что не получится.
– Элен! – Возмутился он.
Посмотрел с возмущением, гневно.
– Что?!
– Я не боюсь ответственности!
– Хорошо.
– Не боюсь!
– Хорошо!
Они смотрели друг на друга, Джеррелл – со смущением, – с растерянностью даже, а Элен виновато.
– Прости!
– Прощаю!
– Прости!
Она заглянула ему в глаза.
– Я не хотела задеть твои чувства!
– Хотела, – прощаю!
Он её понял, он всегда понимает, даже через гнев.
– Странный какой, – Подумала Элен. – Сердится, но прощает…
Суп остыл, она повозила его ложкой.
– Давай, подогрею!?
Она удивлённо посмотрела на Джеррелла.
– Давай!
Он встал, взял у неё тарелку, перелил суп в кухонный ковш, и поставил на печь, – на плиту.
Высокий и крепкий – рядом с ним спокойно и тепло!
Элен, захотелось сказать ему:
– Давай, после ужина, я помассирую тебе ноги?
– Давай!
– На улице холодно? – Глупо спросила она.
– Осень! Прохладно!
Они посмотрели друг на друга.
– Расскажи о Сандре?
Джеррелл удивился, посмотрел почти с недоумением.
Прозвучало:
– Что ты хочешь знать?
– Что меняется, когда у тебя появляется ребёнок?
– Всё! Ты меняешься…
Он задумался, успокоился.
– Это похоже на любовь ребёнка к родителю – связь… Вы не можете, друг без друга – вы чувствуете связь!
Элен смутилась.
– У меня никогда не было родителей… Связь!..
Она посмотрела ему в глаза.
– Я не знаю, что это такое… Связь!
– Знаешь, – Странно, – со странной интонацией в голосе, возразил он.
Посмотрел прямо в глаза, посмотрел открыто.
– Ты связана со мной, а я с тобой…
Элен вспомнила Сэма, он спросил её «Чего ты боишься?» и она ответила ему: одиночества… Боюсь остаться одна!
Элен подумала, – Страх перед одиночеством – это страх потерять связь?
Она посмотрела на Джеррелла, – подняла голову, посмотрела.
– Можно спросить?
– Спроси?
Он тоже посмотрел на неё – красивая юная женщина…
– Мать Сандры… Какой она была?
Он удивился, – смутился.
– Почему ты спрашиваешь?
– Мне интересно…
Элен посмотрела ему в глаза.
– Даже не то, какой была она, – то, каким был ты.
В её голосе прозвучало «Ты!».
Джеррелл смутился ещё сильнее, – глубже.
– Я почти не помню…
Он сказал это так искренне, горячо, так, словно, с одной стороны – хотел убедить её в этом, а с другой – себя.
Элен это поразило, осознание, чувство того, что есть вещи, которые…
– Что? – Спросила она себя. – Лучше не вспоминать? Кесарю кесарево…
– Она была красивой, – Зазвучал голос Джеррелла. – Очень молодой, – как я сам…
Он не договорил – суп закипел.
Он вновь перелил его в тарелку, и поставил тарелку на стол, перед Элен.
– Спасибо!
Они посмотрели друг на друга.
Элен кивнула на кухонную столешницу:
– На тарелке – говяжья отбивная.
– Сама готовила?
Не спрашивает.
– Сама.
– Спасибо.
Странное чувство охватило Элен… Они, как будто не могут что-то друг другу сказать – и о той ситуации тоже, – не могут заговорить друг с другом об этом…
Женский голос запел:
Куда бы я ни пошла,
Я – одна.
В небольшом кафе
Звучат песни для одиноких
Песни о прошедшей любви.
Элен спросила:
– Как называется эта песня?
– «Only the Lonely».
– Ты любил, джаз?
– Это он любил меня.
– Что?
– Куда бы я ни шёл, везде звучал джаз…
Он улыбнулся, так открыто, с таким трепетом, что у Элен защемило сердце.
Она вдруг подумала, – Каким Ты был? Тогда… в том мире, в той жизни, в жизни, которую одни называют «нормальной», а другие не могут забыть как – да, «песни о прошедшей любви»!
– Хочешь потанцевать?
– Что?
Элен посмотрела на Джеррелла с таким удивлением, словно он предложил ей… полетать.
– Потанцевать, – Лукаво, со смешливой нотой в голосе, сказал он. – Ноги переставляешь туда-сюда, туда-сюда…