Чтение онлайн

— Я знал, что ты не выбросил Донни ни в какое окно, — воскликнул он и торопливо распахнул дверь. — Донни, он нас отпускает. Донни!

Через некоторое время из туалетной комнаты, хромая как и Вилкоксин, вышел Донни. Выглядел он довольно помятым и в общем не разделял радости напарника.

— Вон! Тем же путем, как и пришли, — приказал Паркер.

— А как же наши деньги? — опешил Скорби.

— Поспешите, — подгонял Паркер.

— Пошли, Донни, — Вилкоксин потянул Скорби за рукав. — Пошли. Давай.

— Наши стволы и наши деньги.

— Давай, Джимми, — настаивал Паркер. — Он или пойдет за тобой, или останется здесь.

Вилкоксин торопливо залез на подоконник и вылез в окно на пожарную лестницу. Скорби секунду поколебался, затем пожал плечами и подошел к окну. Оба стали спускаться по лестнице с еще большим шумом, чем когда поднимались.

Паркер положил “терьер” в карман пиджака и поднял телефонную трубку. Услышав голос телефонистки, он высоким и пронзительным голосом проговорил:

— Кто-то лезет по пожарной лестнице. Вызовите полицию! Быстрее! Они спускаются вниз!

Он повесил трубку, хотя телефонистка еще задавала вопросы, выключил свет и вышел из комнаты. Спустившись на лифте, он прошел через холл и оказался на улице. Слева подъезжала патрульная машина с включенной мигалкой. Что и говорить, отели обслуживаются полицией быстро.

Через пару минут два копа вышли из-за угла отеля, толкая перед собой двух неудачников. Вот и все. Так как типы, подобные Скорби и Вилкоксину, не очень-то разговорчивы в руках властей, о Паркере в полиции не узнают. И какую бы убедительную историю эти субчики ни придумали, на встречу к часу ночи они наверняка не успеют. Следовательно, те, кто держат у себя Генди, тоже не будут о нем предупреждены. Это получилось даже лучше, чем держать их связанными в ванной комнате.

Паркер повернулся и направился в другую сторону. Пройдя квартал, он взмахом руки остановил такси.

Прямо на Мериленд-Лейн в районе Сильва-Спринг находилось длинное и облупившееся восьмиэтажное здание с жилыми комнатами, называемое Слиготауэрс. Оно было построено из темно-красного кирпича, ставшего со временем еще темнее. Кирпичная кладка стен разделялась толстой прослойкой цементного раствора. Здание напоминало о добрых старых тридцатых годах. Тех годах, которые показывала в кинофильмах компания “Юниверсал”. Во дворе красовались газовые фонари, сделанные под старину веселых девяностых годов прошлого века. Но теперь в фонарях стояли двадцатипятиваттные электрические лампочки. Двор был забетонирован цементом с розоватым оттенком. Повсюду с трех сторон двора из окон, словно прыщи на лице, торчали кондиционеры. Четвертую сторону двора занимала двойная арка с бетонными ступенями. Рядом стояли, уткнувшись в обочину дороги, темные машины, на капотах которых тускло отражались уличные огни. Мимо прошелестела, не останавливаясь, машина.

Паркер приближался к Слиготауэрс прогулочным шагом. Несмотря на ночную прохладу, он был в сером костюме и пестрой рубашке с распахнутым воротником. Он выглядел бизнесменом, занимающимся крутыми делами. Но мог бы сойти и за торговца алкоголем в штате, где объявлен сухой закон. Или за вице-президента автомобильной компании, переманивающей к себе чужих коммивояжеров. Или даже за представителя профсоюза из большого здания рядом с Капитолием. Он мог сойти и за крутого элегантного бизнесмена, засидевшегося допоздна в конторе и возвращающегося теперь домой.

Паркер повернул под двойную арку во двор. Ботинки на каучуковой подошве не издавали никаких звуков. В каждой из трех стен, окружавших его, — дверь. Все двери помечены буквами такого замысловатого шрифта, похожего на рисунок покрытого плющом окна, что разобрать его не было никакой возможности.

Он не знал, какая дверь ему нужна. Но если замедлить шаг, то любой наблюдатель сразу поймет, что он здесь чужак. Поэтому он продолжал спокойно идти к двери под литерой “Б”, находившейся прямо перед ним. Три обрамленные кирпичами бетонные ступеньки вели к металлической двери, покрашенной под дерево. Он открыл дверь с металлической ручкой, какую можно увидеть на дверях школ и театров. За ней половина пролета железной лестницы красного цвета выводила в холл, где ступеньки поворачивали под прямым углом. Так, без всяких усилий, он оказался внутри здания.

Прямо над лестницей стену покрывал двойной ряд металлических почтовых ящиков с прикрепленными к ним табличками фамилий жильцов. Паркер внимательно прочитал их, но не нашел нужной. Он поглядел направо и налево, где в холл выходили двери квартир. Соединяющего все три части здания коридора не имелось. Но вероятнее всего, они соединялись через подвальные помещения. Вернувшись к входной двери, он повернул под прямым углом к ведущей в подвал другой половине пролета. Стены здесь были оштукатурены грубее, а сам пролет освещен тускло. Спустившись, Паркер повернул налево.

В дальнем конце коридора находилась еще одна лестница. Он поднялся по ней и оказался в секции “А”. Тут он обнаружил нужную ему фамилию на пятом почтовом ящике в нижнем ряду — “Мисс Клара Стоппер”. Квартира номер 26. На каждом этаже по четыре квартиры. Значит, нужная ему должна находиться на седьмом этаже. Лифт располагался справа от почтовых ящиков. Паркер вышел на седьмом этаже. Двадцать шестая квартира оказалась слева. Паркер постоял, прислушиваясь, у двери, но так ничего и не услышал. Между дверью и полом он заметил узкую щель, но оттуда никакой свет не проникал. Или не был виден.

Паркер позвонил. Глазка в двери нет, поэтому он остался стоять на месте прямо перед дверью.

Подождав немного, он позвонил еще раз. На этот раз он заметил под дверью свет и услышал, как щелкнула задвижка.

Он нахмурился, пытаясь вспомнить имя, которое Генди использовал для общения с ней. Пит... Пит Касл... вот оно.

Дверь приоткрылась на несколько дюймов, насколько позволяла длина цепочки. Такая цепочка никого, конечно, не может сдержать, но действует довольно раздражающе. В открывшейся дверной щели появилось лицо девушки с заспанными глазами.

Рукой она прижимала халат к горлу, но прическа была в прекрасном состоянии и без сетки.

— Кто вы? Что вы хотите? — спросила она, хорошо изображая голос внезапно разбуженного человека. Сонное бормотание могло бы ввести в заблуждение.

Но прическа ее выдала. Без лишних вопросов Паркер сунул правую ногу в щель, а правой рукой схватил девушку за прядь волос. Дернул и стукнул лбом о дверь. Она попыталась поднять руки и схватить его за кисть, а рот широко раскрылся для крика. Поэтому он еще раз дернул прядь, ударив девушку второй раз лбом о дверь. А после третьего удара та мертвым грузом повисла в его руке, а затем рухнула на пол, оставив часть волос у него в кулаке.