Чтение онлайн

– Я пришла поговорить о деле,– запела Каролинга.

Между прочим, я не подслушивал – просто в соседней комнате, куда Ник нас спрятал, слышимость была превосходной. Не затыкать же уши, в самом деле. А следом и Ник завибрировал страстно. Комплименты расточал, и так далее... Я и вспоминать не буду – кому это интересно?.. А если кому-то интересно – пожалуйста: могу познакомить со своим братом – репертуар у него не меняется.

Потом Ник выразил желание узнать поподробнее, что за злобные силы похитили мужа пленительной женщины, лишив ее радостей семейного очага?

– Увы,– вздохнула Каролинга,– силы эти столь могущественны, что при одном упоминании о них я трепещу от ужаса.

Разумеется, Ник тут же выразил готовность согреть в объятиях трепещущую женщину. И что-то долго он ее согревал: я, во всяком случае, притомился ждать.

– Нет такой силы, которая устояла бы перед Героем!– прорвало Ника.

Вообще-то я не люблю подслушивать, тем более такой разговор. Но уйти нам было некуда... Приходилось ждать и терпеть.

А красавица восхищенно щебетала: она, оказывается, и не сомневалась в его доблести!.. Минут пять, наверное, Каролинга высказывала Нику, какое он чудо. Мне даже скучно стало. А то я не знаю, что из себя представляет мой брат!..

Оказывается, враги Каролинги вовсе даже не обычные люди – скорее всего, совсем не люди!.. Услышав эти слова хозяйки замка, я навострил уши. По-моему, они там наконец-то добрались до главного.

Эти могущественнейшие существа появились на планете несколько сотен лет назад и подчинили, большей частью уничтожив, ее города. Свободными остались только замки, расположенные в глухих уголках планеты. С тех пор замки ведут безнадежную борьбу за свое существование. Безнадежную – потому что силы врагов неисчислимы, а в замках всего лишь горстка патриотов. С этими патриотами Ник имел возможность сегодня познакомиться за пиршественным столом... Тут красавица сделала паузу: я так полагаю, заламывала руки в неизбывном горе!.. Потом продолжила свой печальный рассказ. Ник ей, оказывается, дорог... Так дорог, что ни словом сказать, ни пером описать. Словом, ей бы не хотелось, чтобы он погиб. Мужа своего она, конечно, уважает, но... Долгая пауза. Прерывистое дыхание. Вероятно, бриллиантовая слеза... Нет, она не может рисковать жизнью Ника, она не перенесет его смерти и непременно умрет вместе с ним.

Долгая пауза... По-моему, они целовались. Наконец Ник порадовал свою красавицу: умирать не собирается, а совсем даже напротив – доброе отношение прекрасной женщины удесятеряет его силы и жажду жизни! А если у него не хватит сил в одиночку освободить страну Нус, то он непременно отправится на родную планету или отправит туда гонца за помощью.

Красавица не пожелала расстаться с Ником хотя бы на минуту и посоветовала отправить на Парру доверенное лицо. Каронга, например. И хорошо бы сделать это как можно скорее – потому что, по ее сведениям, враги готовят нападение на замок со дня на день.

Ник предложил оставить все заботы до утра, а пока заняться чем-нибудь более приятным. Каролинга не возражала. Во всяком случае, что-то там у них шуршало.

Дарья дернула меня за рукав и покрутила пальцем у виска. Я с ней был полностью согласен: Ник зашел слишком далеко! Кто ее знает, эту Каролингу, что она за женщина, да и женщина ли вообще?.. У меня были причины в этом сомневаться после увиденного в замке.

– О какой прекрасный камень! – протянул Ник, и в его голосе послышалось беспокойство.

– Подарок мужа,– быстро ответила Каролинга.– Я поклялась его не снимать.

Честно говоря, я испугался, потому что Ник вел опасную игру!

– Мне он не нравится,– сказал Ник.– Пусть пока полежит в сторонке, а о муже лучше забыть – хотя бы на несколько минут.

– Нет!..– В голосе Каролинги был ужас.

И тут я, наплевав на приличия, ринулся к ним в комнату.

Ник стоял у стены с обнаженным мечом в одной руке и со странным зеленоватым камнем на золотой цепочке в другой. На лице его были написаны изумление и страх. Никогда еще я не видел своего брата испуганным до такой степени.

Каролинга менялась прямо на глазах. Это было ужасно. Я буквально прикипел к полу, не в силах пошевелиться. Мне даже на какой-то миг показалось, что Ник так и не найдет в себе сил для решающего удара!.. Но в тот самый миг, когда змеи на голове горгоны Медузы готовы были издать шипение, он взмахнул мечом. Отрубленная голова отлетела на середину комнаты и закружилась волчком, а обезглавленное женское тело, обнаженное и поразительно прекрасное, опрокинулось на постель, и черная кровь заструилась по сверкающей белизной простыне. Ник подцепил острием меча отрубленную голову и швырнул ее в полыхающий камин.

– Вот и все,– сказал он хрипло и вытер рукавом рубахи капли пота со лба.

Но это было далеко не все. После смерти горгоны по замку пронесся страшный вопль. Словно заголосили разом все демоны ада! Да, наверное, так оно и было. К нам уже ломились – только куски дерева разлетались по сторонам.

– Шевелись! – крикнул Ник.– Сейчас начнется!..

И точно – началось. Никакая в мире дверь не выдержала бы такого напора. Обитатели замка словно взбесились. Рвались в нашу комнату с одной целью – убить.

Я едва успел оттолкнуть Дарью в угол и обнажить меч.

Дверь разлетелась в щепы, и нас едва не захлестнул поток оскаленных волчьих, кошачьих и свинячьих рыл, которые, сатанея от собственного воя, бросились на нас, потрясая мечами и клацая зубами. Тела их оставались человеческими – это я успел заметить, но радости по этому поводу не испытал. Ибо нет более совершенной машины для убийства, чем человек,– особенно если им управляют звериные инстинкты. Удары сыпались со всех сторон – зверинец словно с цепи сорвался.

– К выходу прорывайтесь! – крикнул Ник.

Это проще было сказать, чем сделать. В дверном проеме сотворилась такая давка, что даже взглядом через скопище тел можно было пробиться с большим трудом. А из коридора тоже слышался сплошной вой и лай!.. Наше счастье, что нечисть действовала без всякого порядка, мешая друг другу. Мы отступали и отступали – по колено в крови, путаясь ногами в отрубленных головах,– но врагов не становилось меньше.

– Где твой автомат? – крикнул Ник.

У Дарьи. Она стояла у стены, и лицо у нее было белее мела.