Чтение онлайн

— Это ещё что за чертовщина? — пробормотал он, явно не проснувшись до конца.

Ким вскрикнула, дёрнувшись от звука. Её взгляд метнулся ко мне, полный растерянности.

— Сирена? Это… тревога? — спросила она, сжимая в руках телефон.

Я уже был на ногах, чувствуя, как мышцы невольно напрягаются. Звук за дверью — топот ног, голоса, быстрые шаги — не оставлял сомнений: что-то происходит.

— Надо узнать что происходит, — коротко сказал я, бросив взгляд на дверь. — Следуем за людьми.

Руслан нахмурился, потирая затылок:

— Может, это просто учебная тревога? Чего мы паникуем?

— Ага, — буркнул я саркастически, уже направляясь к выходу. — В преддверии сраного апокалипсиса. Вперёд.

Я открыл дверь, и гул коридора обрушился на нас волной. Люди в тактических костюмах двигались быстрым шагом, но не паниковали. Каждый шаг был отточен, каждое движение продуманно. Они все направлялись в одну сторону.

— За ними, — сказал я, указывая рукой.

— Ты уверен? — тихо спросила Ким, стараясь поспевать за мной.

— Нет, — коротко ответил я. — Но нам лучше узнать, что происходит.

Мы двинулись следом. Люди впереди двигались с такой слаженностью, что я понял: ситуация, какой бы она ни была, для них не первая.

Вскоре мы оказались перед массивной дверью с надписью «Зал совещаний». Последний человек зашёл в комнату, прикрыв за собой дверь и настала наша очередь. Я вдохнул полную грудь воздуха, собираясь с мыслями и надевая маску спокойствия на лицо. Я уверенным движением толкнул дверь, заходя внутрь.

Зал был огромным, светлым и наполненным напряжённым гулом голосов. На стене напротив возвышался гигантский экран с картой местности, усеянной отметками и символами. Люди стояли группами вокруг длинного стола, на котором лежали документы, планшеты и схемы.

И он был там… в самой середине этого управляемого хаоса.

Наставник стоял в центре, как капитан на мостике корабля, отдавая короткие, ясные распоряжения. Его голос звучал чётко, перекрывая гул. Даже здесь, в самой гуще событий, он был собранным, уверенным и властным.

Как только я вошёл, его взгляд тут же упал на меня. Меня как будто ударила молния.

Я остановился. Не потому, что хотел, а потому, что не мог двигаться дальше. Его глаза, холодные и проницательные, будто заглядывали мне прямо в душу. Это не был простой взгляд родственника. Это был взгляд командира, который оценивал, стоит ли чего-то боец перед его глазами.

«Ты не готов», — говорил его взгляд, холодный, как сталь. Он видел во мне мальчишку, который сбежал, отказавшись от уроков, которые ему давали. Он видел того, кто подвёл его. Я почувствовал, как пальцы непроизвольно сжались в кулак. Но я не отвёл глаз.

«Это решать не тебе», — мысленно ответил я, встречая его взгляд. Перед глазами проносились картины того, что мы уже пережили. И мы не побежали, не спрятались, скуля в углу безопасного убежища. Мы вырвали свои жизни из лап чудовищ, что были в разы страшнее чем гнев моего дяди. Не было смысла спорить или что-то объяснять. Я мог только показать. Я стоял прямо, мой взгляд был твёрдым, а голос — если бы я заговорил — не дрогнул бы. Я был в этом уверен.

Десять секунд. Они тянулись, как вечность. В комнате никто не осмелился нарушить напряжённое молчание. Даже Руслан, обычно не стеснявшийся своих комментариев, замер, наблюдая за этим молчаливым столкновением.

Наконец, Сергей слегка кивнул в сторону нескольких свободных стульев. Этот жест был едва заметным, но я понял его сразу. Он не произнёс ни слова, но это было разрешение.

Я кивнул в ответ, стараясь скрыть внутренний трепет. Никаких эмоций. Только спокойствие. Как он учил меня. В этот момент я почувствовал, как внутри всё сжимается от смеси облегчения и удовлетворения.

Дядя оторвал взгляд от меня и снова обратился к карте, продолжая брифинг, будто ничего не произошло. Я оглянулся на Руслана и Ким, жестом показывая занять места. Мы тихо подошли к стульям и сели. Я не мог позволить себе расслабиться. Я докажу ему, что я не ошибся дверью. Теперь.

Руслан, сидящий справа от меня, слегка толкнул меня локтем в бок. Этот жест был почти незаметным, но я почувствовал его поддержку. Я мельком взглянул на него — в его глазах отражалось нечто большее, чем просто привычная улыбка или очередная шутка. Это было уважение. Настоящее. Он, кажется, даже не пытался скрыть это. Я как будто наяву услышал его голос, говорящий «Молодец, стратег.»

Я ничего не сказал, лишь кивнул в ответ, скользнув взглядом по комнате. Сердце всё ещё отбивало тяжёлый ритм после столкновения взглядами с дядей, но я знал, что сделал всё правильно.

Слева от меня сидела Ким. Её руки были сложены на коленях, и пальцы слегка теребили край футболки. Однако на её лице уже не было того страха, с которым она вошла в зал.

Когда мы заходили, она была похожа на потерявшегося щеночка, дрожащего и боявшегося каждого взгляда. Теперь, вместо этого, её глаза, всё ещё блестящие от тревоги, смотрели прямо вперёд, а подбородок был гордо поднят.

Она заметила мой взгляд, немного выпрямилась и улыбнулась уголками губ. Гордая, пусть и немного робкая улыбка. В её движениях появилась твёрдость, а в глазах читалось что-то новое.

Как будто моя уверенность, то, как я держался перед наставником, передалось и ей.

Наставник продолжал говорить, и его голос уверенно разрезал напряжённый воздух зала. Я не слушал слова, хотя их смысл доходил до меня где-то на уровне подсознания. Вместо этого я обращал внимание на атмосферу, которая нас окружала. Мы были окружены людьми, профессионалами, которые явно знали, что делают. И теперь я понимал, что и мы знаем. Мы знали, зачем мы здесь, что нам нужно делать.

Руслан, этот вечный балагур, наконец принял серьёзный вид, ссутулившись и прикрыв глаза, будто оценивая каждое слово. А Ким, всё ещё напряжённая, выглядела сосредоточенной и сильной. Мы втроём, такие разные, но в то же время связанные общей целью, становились больше, чем просто суммой своих частей.