Шрифт:
Для читателей, которые хотят "принца и чудовище".
Теперь переверни страницу, принцесса.
ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА
Это мрачный роман, в котором представлены две отдельные пары и романтические дуги: роман о похитителе / пленнице и роман о друзьях-любовниках, рассказанный от четырех лиц.
Пожалуйста, имейте в виду, что герои и героини этой истории - морально серые персонажи. Хотя две основные сюжетные линии могут показаться отдельными на протяжении большей части книги, пожалуйста, будьте уверены, что к концу они пересекаются таким образом, который, я надеюсь, доставит вам удовольствие.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
КЭССИ
Каждый день мне приходится наблюдать, как мужчина, которого я люблю, целует мою лучшую подругу.
Тео Сент-Джеймс. Чье лицо я вижу в созвездиях. В которого влюблена с восьмого класса.
Когда он улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать лежащую на траве Ноэль, я отворачиваюсь, надеясь, что Эддисон и Пайпер не замечают, что я, кажется, никогда не смогу переварить это зрелище любви.
Может быть, они решат, что я ревную из-за того, что Ноэль и Тео любят друг друга, в то время как я вечно одинока. Может быть, они пропустят, что я ревную только потому, что он влюблен в нее.
На нас светит солнце, день нехарактерно теплый для марта, поэтому десятки студентов растянулись во дворе, как кошки.
Тео плюхается рядом с Ноэль.
— Привет, красотка. — Фу. Заткните мне рот.
Вообще-то, я бы не возражала, если бы Тео заткнул мне рот кляпом.
Свет падает на его профиль, освещая крепкий подбородок и кожу, уже загорелую после бейсбольных тренировок. Его песочного цвета волосы спадают очаровательными завитками на виски и вниз по затылку. Его бицепс набухает, когда он приподнимается на одной руке. У меня пересыхает во рту, но я должна притворяться, что это не так. Прошло четыре года, и мне надоело притворяться.
— Только для девушек из женского общества, — поддразнивает его гнусавый голос Эддисон. Ее черное платье облегает каждый изгиб — то самое, которое она надевает для Кайла, когда позже видит его в классе, парня, который увлекал ее с первого курса. Он водит ее на свидание, трахает ее, а затем преследует ее в течение недели, пока она не застает его в постели с другой девушкой. Она закатывает истерику, горячо одевается, чтобы заставить его пожалеть о своем решении, и цикл начинается заново.
— Оставь его в покое. — Пайпер шлепает Эддисон по руке, перекидывая свои длинные рыжие волосы диснеевской принцессы через плечо. Затем она воркует Ноэль и Тео: — Они влюблены.
— Мы и близко не такие плохие, как ты и Нил, — возражает Ноэль, приподнимаясь на локтях. Пара проходящих мимо парней смотрят на нее. На нее так много смотрят, что она даже не замечает. В то же время такие девушки, как я, которые отдали бы все, чтобы их заметили, остаются невидимыми.
Сегодня мой наряд симпатичнее, чем обычно. В старших классах я жила в рваных, выцветших джинсах и потертых свитшотах. Теперь, когда мы в «Chi Omega», я обновила свой гардероб, проводя карточкой и зная, что это обойдется мне в целую зарплату. Сегодняшний наряд для инстаграма - серая юбка и черная блузка с круглым вырезом. Но никто этого не замечает. Не тогда, когда рядом со мной Ноэль ван Бюрен.
На ней белый укороченный топ и джинсы. Хотя на ком-нибудь другом этот наряд смотрелся бы заурядно, она могла бы сойти за гламурную французскую модель. Ее обесцвеченные светлые волосы, как всегда, ниспадают идеальными волнами, а макияж настолько минимален, что вы задаетесь вопросом, наносит ли она его вообще.
Пайпер притворяется, что ковыряет ногти, но на ее губах играет легкая ухмылка.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь.
— Мы можем слышать вас двоих через нашу стену каждую ночь. Правда, Кэсси? — Пронзительный голубой взгляд Ноэль останавливается на мне.
— Полностью. — Я наилучшим образом представляю высокий, плаксивый стон Пайпер, и Тео краснеет.
Я сдерживаю улыбку, которая угрожает изогнуться на моих губах. Я хочу увидеть, как он покраснеет, когда заставит меня стонать по-настоящему. Но я отгоняю эту мысль. Он не мой.
Когда Ноэль воспроизводит грубое ворчание Нила, сопровождающее мои стоны, наши друзья смеются. В такие моменты я почти думаю, что мы с Ноэль подходим друг другу. Что в этом есть смысл, что мы так долго были лучшими подругами.
Потом я вспоминаю все, что она сделала.
Тем не менее, быть рядом с Ноэль означает быть рядом с Тео. Мне нравится в нем все. Мне нравится, как легко он улыбается. Счастье, которое, кажется, всегда сияет от его идеальных губ-бабочек до сверкающих зеленых глаз.
Я просто хочу, чтобы он улыбался мне.
После окончания средней школы мы с Тео должны были поступить в Университет Уэстбрук — один из лучших STEM-университетов на Восточном побережье — и вместе изучать наши соответствующие STEM-специальности. Ноэль должна была поступить в Йель или какую-то другую Лигу плюща, в которую ее родители подкупили, чтобы она попала. Ноэль и Тео поняли бы, что дальние расстояния не для них, и расстались.
Оставляя Тео Сент-Джеймса полностью мне.
За исключением того, что мама Ноэль подтолкнула ее помтупить сюда. По крайней мере, она так утверждает. Я знаю правду: Ноэль хотела тянуться за своим парнем, как хвост кометы. Они вместе с девятого класса, и вся ее личность вращается вокруг того, чтобы быть идеальной девушкой, идеальной дочерью, идеальной ученицей. Она никогда не жила только для себя.
Даже когда Тео держит ее за руку, внимание Ноэль рассеивается по двору. Если бы я держала его за руку, я бы не смогла думать ни о чем другом. Не о моей растущей нагрузке, не о занятиях, которые я проваливаю, даже не о Хантере.
Я выдергиваю горсть травы из грязи. Нет. Я не думаю о нем. Не сейчас.
Парень в черной футболке с растрепанными светлыми волосами неторопливо идет по тротуару, который отделяет травянистый склон двора от кирпичного книжного магазина. Спереди на его футболке написано «СЕКЬЮРИТИ», и, несмотря на жару, он одет в кожаную куртку. Почти уверена, что это не часть униформы, но он из тех парней, которым насрать.
Бо Грейсон. Большинство людей зовут его Грейсон, хотя девушки, которые заискивают перед ним, называют его в лицо мистером Грейсоном или сэр, а за спиной - папочкой, хотя ему не может быть больше двадцати четырех или двадцати пяти.