Чтение онлайн

— Стало быть, эта женщина не была любовью его жизни?

— Помилуй, конечно же, нет! — в голосе Розмари опять послышалось раздражение. — Она разбила его сердце, а я снова собрала по осколкам. Но почему ты спрашиваешь об этом? Фитц что, упоминал о ней? — Она вдруг почувствовала ревность. Хотя по прошествии долгих тридцати лет ей вряд ли нужно было чего-либо опасаться.

— Нет, просто Люк завел разговор об Инкантеларии, — поспешно ответила Фрейя. Однако она не могла рассказать матери, насколько задумчиво-печальным стало лицо Фитца, когда он упомянул о женщине, которая когда-то завладела его чувствами. — Мне просто любопытно узнать о его прошлой жизни. У каждого она есть, а у Фитца, держу пари, прошлое было довольно ярким.

— Он был завидным женихом, — гордо заявила Розмари, улыбаясь. — Не только чертовски красивым, но и подающим надежды литературным агентом. Ты знаешь, что он раньше представлял Вивьен Армитаж?

— Вивьен Армитаж. Да, она литературный гений. — Фрейя, как и следовало ожидать, была под впечатлением. — Ты мне об этом не говорила.

— Ее сейчас уже нет в живых. Но ее будут читать еще много десятков лет. Людям никогда не наскучат истории о неразделенной любви и разбитых сердцах. Не забывай, ведь мое сердце тоже пострадало — по вине твоего отца. Фитц и я исцелились от ран совместными усилиями, и я не позволила ему умереть от скуки в Инкантеларии.

Возвратившись с прогулки, Фитц покормил собак и поставил миску с водой, а после они запрыгнули на заднее сиденье его «вольво истейт». Лабрадоры улеглись на шерстяные клетчатые одеяла, тяжело дыша в стекло автомобиля, а их хозяин немного задержался, поглаживая их бархатистые головы. Его мысли все еще витали среди оливковых рощ, и он почти ощущал запах фиг, которым был пропитан воздух города из его прошлого. Наконец Фитц захлопнул багажник и попробовал затолкать воспоминания в самые удаленные уголки своего сознания… Пусть пылятся там и дальше, напрасное занятие предаваться бессмысленным сожалениям.

В гостиной наступила тишина. Дети весело носились по улице, а взрослые играли в настольные игры, болтали или просто читали воскресные газеты. Пегги убрала со стола на поднос все чашки из-под кофе и, возвращаясь на кухню, случайно натолкнулась в коридоре на Фитца.

— Моя дорогая Пегги, ну нельзя же все это таскать самой, — сказал он, забирая у нее поднос.

— Да ладно, я уже привыкла.

— Возможно, и все же он довольно тяжелый.

Пегги последовала за Фитцем по коридору, ведущему на кухню, где Хезер Дервиш собирала вещи перед тем, как уйти домой.

— Какое великолепное угощение ты приготовила для нас сегодня! — воскликнул Фитц.

— Рада, что вам понравилось, — ответила Хезер, кладя свой фартук в сумку и застегивая ее на змейку. — Я вернусь, чтобы приготовить ужин.

— Как жаль, что я не смогу отведать его, поскольку меня к этому времени уже здесь не будет.

— На десерт я приготовлю сырное суфле и традиционный английский пирог. Я знаю, что вы его любите. — Взяв сумку, Хезер направилась через черный ход к своему маленькому белому автофургону.

Лицо Фитца вытянулось. Он не скрывал разочарования.

— Да, это мои любимые блюда.

— Ну, тогда до следующей встречи, — произнесла Хезер, слегка помахав рукой. — Увидимся!

— Мне бы тоже не мешало отправиться домой, чтобы, вытянув ноги, немного полежать на диване, — сказала Пегги, сгружая чашки в посудомоечную машину. — Иначе сегодня вечером я просто не смогу прислуживать за столом.

— Уверен, перспектива отведать домашнего пирога поможет тебе справиться с этим испытанием, Пегги, — произнес Фитц.

— О, с трудом верится, что мне что-нибудь перепадет.

— Ну, тогда мы с тобой в одинаково печальном положении.

— Да, это лакомство тоже относится к разряду моих любимых сладостей. Хотя в моем возрасте уже нужно быть осторожнее с такими вещами.

Он окинул ее оценивающим взглядом и был явно доволен увиденным. Пегги взволнованно втянула живот, затаив дыхание, и замерла ни жива ни мертва.

— Ты прекрасно сложена! Я бы даже сказал, что немного пирога пойдет тебе на пользу.

Она засмеялась.

— Согласна, большого вреда я себе не нанесу.

— Рад это слышать. Жизнь слишком коротка, чтобы отказывать себе в таких мелочах. — Фитц ласково ей улыбнулся. — Отдохни после обеда, Пегги. Если кто и заслуживает передышки, так это ты.

Пегги смотрела ему вслед, когда он выходил из комнаты, а затем со вздохом плюхнулась на стул. Она почувствовала, как слегка закружилась голова, и, взяв журнал, стала обмахиваться. Сейчас ей бы совсем не помешала чашечка ароматного чая, способного привести ее в себя. Только мистеру Давенпорту, и никому другому, удавалось заставить ее почувствовать себя неповторимой. Она была бы просто счастлива собственноручно приготовить его любимый пирог, который ему ни с кем не нужно было делить.

Фитц и Розмари уехали сразу же после чаепития. Фрейя и Майлз вышли их проводить. Их черный лабрадор все норовил вскочить на багажник «вольво», чтобы увидеть Диггера и Бендико, но у него ничего не получалось, и он просто положил свою лапу на заднее колесо. Люк не спеша шел со стороны лужайки для игры в крокет в компании Аннабель, которая любезно согласилась показать ему окрестности поместья. Он наклонился и заглянул в кабину Фитца.

— Был рад тебя видеть, Фитц, — произнес Люк, хлопая его по плечу. — Скажи, что мне следует ожидать в Инкантеларии?

— Чудес.

— Я не понимаю…

— Ну, например, статую Иисуса в маленькой церквушке Сан-Паскуале… Плачет, как живая, кровавыми слезами. А еще, говорят, в Инкантеларии случаются приливы, после которых на берегу чудесным образом появляются ярко-красные гвоздики…

— Но в Средиземном море не бывает приливов.

— Вот именно, — таинственно произнес Фитц. — Инкантелария живет по собственным законам.

— Юг Италии полон подобных суеверий, — не унимался Люк.

— Инкантелария — особенное место. Ты и сам в этом убедишься. А что до замка Монтелимоне, то на нем лежит отпечаток магии совершенно другого рода.