Чтение онлайн

Малькольм, к которому уже возвратилось спокойствие, остался на месте, одной рукой сжимая свой меч, а другой обнимая сестру и уверяя ее, что теперь она вне всякой опасности. Сознание победы воодушевило его: не сам ли он спас ее?

На его счастье, сам неприятель помог его победе: все люди герцога д'Альбани после столь внезапного нападения вообразили, что противников их гораздо больше, чем было на самом деле, и бросились врассыпную, оставив нападающим поле сражения.

Сэр же Джемс Стюарт не мешкал ни секунды: первым делом, он, как лев, бросился на сэра д'Альбани, и забыв об оружии, сцепился с ним врукопашную.

– Во имя святого Андрея и короля, ты отдашь свою добычу, негодяй! – крикнул он сэру Вальтеру, стараясь стащить его с лошади. Началась страшная, ожесточенная борьба… Юный великан боролся, вертелся на месте, ругался от бешенства и злости, потому что никак не мог обнажить ни своего меча, ни достать кинжал; он довольствовался только тем, что ударял противника своей железной перчаткой, и всеми силами заставлял лошадь двигаться вперед.

Сражающихся в данную минуту можно было сравнить с Геркулесом и Антеем, – так яростно и сильно вцепились они друг в друга, что никакая сила не в состоянии была бы разнять их. Когда Малькольм и Лилия обратили на них внимание, сэр Вальтер с шумом свалился на землю.

Сэр Джемс легонько наступил ему на горло, чтобы удержать его в лежачем положении, и, после нескольких секунд молчания, произнес глубоким и чистым голосом:

– Вальтер Стюарт д'Альбани! Я дарю тебе жизнь только с одним условием: поклянись, что с этой же минуты ты не запятнаешь себя ни одним злодеянием, ни одной междоусобной войной до тех пор, пока твой отец будет властвовать над Шотландией. Поклянись, и тебе будет дарована жизнь, иначе… – и кинжал блеснул над самым горлом д'Альбани.

– Кто же ты такой, негодный искатель приключений, чтобы позволить себе вымогать клятвенные обещания у рыцарей? – пробормотал сэр Вальтер.

Рыцарь медленно поднял забрало своего шлема; последние лучи заходящего солнца осветили его стальное вооружение и крест св. Андрея, висевший шее; огненная искра озарила его глаза и удивительное спокойствие его прекрасного лица, выражавшего сдержанное негодование, олицетворяло в нем образ ангела, исполняющего небесное правосудие.

– При следующей встрече ты меня наверно узнаешь! – промолвил он просто.

Звук этого спокойного голоса заставил сэра д'Альбани затрепетать всем телом.

– Я поклянусь, – промолвил он слабо, – только отпусти меня!..

Прежде чем отпустить его, сэр Джемс расстегнул свой нагрудник, вынул цепь, на которой висел медальон, сделанный наподобие креста св. Андрея, в средине которого находились мощи, прикрытые бриллиантом. При виде этой драгоценности белесоватые глаза сэра Вальтера внезапно раскрылись, ужас объял его, капли пота покрыли лоб и дыхание его участилось; Малькольм и Лилия, стоявшие рядом, были тоже объяты ужасом, так как они слышали, что эта святыня, бывшая, как говорили, одним из обломков мученических орудий св. Андрея, принадлежала, судя по преданиям, святой Маргарите, и впоследствии сделалась охранительницей королевского дома Стюартов.

– Становись на колени, – сказал сэр Джемс, отступая, – и клянись пред этой святыней!

Совершенно побежденный, Вальтер преклонил колени, и дрожащим голосом повторил за сэром Вальтером:

– Я, Вальтер Стюарт, мастер д'Альбани, клянусь именем Бога и св. Андрея не вмешиваться ни в одну ссору или междоусобицу, не грабить ни мужчин, ни женщин, и не притеснять кого бы то ни было: бедного ли, церковника ли, вдову ли, девушку или сироту, и стараться избегать всякого бесчестного дела, начиная с этой минуты до того времени, когда король наш примет над Шотландией бразды правления.

Когда Вальтер кончил и поцеловал святыню, сэр Джемс сказал холодно и с достоинством:

– Чтобы с сего же часа клятва эта была для тебя священной, – или берегись!.. Теперь иди своей дорогой и подумай о нашей следующей встрече…

Тут Бревстер, английский конюх сэра Джемса, подвел Вальтеру лошадь; и тот, не промолвив ни слова, сел на нее и отправился к своим разбежавшимся товарищам, в безопасном месте ожидавшим исхода страшной схватки и не помышлявшим даже пытаться придти к нему на помощь.

– Ах, сэр!.. – пробормотал Малькольм, желая высказать рыцарю свою благодарность, но голос его оборвался, и он стал, по привычке, искать своего опекуна, приходившего ему всегда на помощь в затруднительных случаях; вдруг он вскрикнул с ужасом: – Энди!.. Где он? Где сэр Дэвид?

– Увы, брат! – сказала Лилия. – Я оставила его распростертым на земле; он упал возле моей лошади, затем я больше ничего не видала, так как сэр Вальтер схватил меня и завязал мне глаза.

– О! Вернемся назад! Быть может, мы застанем его еще живым!..

– Да, вернемся, – сказал Джемс. – Может мы успеем спасти доброго старика; эти негодяи не посмеют теперь напасть на вас, к тому же Нигель и Бревстер поедут за нами.

– Сэр, – начала Лилия, – как выразить вам…

– Перестаньте, сударыня, – перебил ее сэр Джемс, улыбаясь, – лучше поторопитесь сесть в седло; но, кажется, вам придется ехать с кем-нибудь вместе, – не благоразумно заставлять одного из ваших защитников идти пешком.

– Она поедет со мной, – возразил Малькольм более доверчивым и веселым голосом, чем обыкновенно.

– Что и справедливо, – ответил сэр Джемс, положив руку на плечо юноши, – вы отвоевали ее, значит сумеете и сберечь! Да, ловкое нападение сделали вы на этого негодного грума!

Как ни велико было беспокойство Малькольма по поводу участи дяди, но слова эти заставили его сердце затрепетать неизвестной ему до толе радостью; из осмеянного труса, они возвысили его на степень благородного и храброго юноши!

Лилия, храбрая и бесстрашная, как почти все девушки тех отдаленных времен, не нашла ни малейшего неудобства в способе предложенного ей путешествия; и лишь только Малькольм уселся на лошадь, она с помощью опытной руки сэра Джемса вскочила за братом, обняла его, и ласково положила голову на его плечо, совершенно счастливая и гордая только что выказанной им храбростью.