Чтение онлайн

Камилла слишком непредсказуема, и только по этой причине я должен убить её, но пока она не покажется мне скучной, я оставлю её в живых. Я ещё мгновение наблюдаю за пляшущими передо мной языками пламени, прежде чем повернуться и сесть за свой стол. Звонки сделаны, договорился о доставке следующей партии боеприпасов за пределы Восточного Лондона. Конечно, я должен проверить свой счёт и отправить платежи наёмным убийцам — все тривиальные вещи, которые сопровождают мою работу, — и когда уже без четверти десять, я встаю со стула.

Проходя по дому, я думаю о том, как красиво выглядела бы Камилла, опершись на мою руку на всех этих скучных политических собраниях. Все мужчины позавидовали бы мне, и поэтому я беру её сегодня вечером, чтобы прощупать почву. Антон на самом деле не имеет никакого значения. Какой бы шум она ни подняла, он всё равно будет извиваться у меня под пальцами, как личинка. Я останавливаюсь возле её комнаты, поправляю запонки, прежде чем распахнуть двери. И, как я и предполагал, она не готова. С чего бы ей готовиться? Вместо этого она растянулась поперёк кровати с книгой в руке, всё ещё одетая в свою одежду для убийств.

О, разве ты не выглядишь такой прекрасной в своей окровавленной одежде?

Дверь за мной захлопывается, но она не замечает моего присутствия. Как будто её ничто не волнует в этом мире, она переворачивает страницу и откидывает свои тёмные волосы в сторону. Вот тогда я замечаю брызги крови у неё на шее, я делаю вдох, подавляя мысль о том, как я мог бы трахнуть её.

Я хлопаю в ладоши, и она подпрыгивает на кровати.

— Ты не одета, — говорю я.

— Уже поздно. — Она вздыхает. — Зачем мне нужно одеваться?

— Тебе было сказано одеться.

— Ты чертовски восхитителен сегодня вечером. Куда, скажи на милость, я направляюсь? — она закатывает глаза, прежде чем сесть.

— Сказал. Одевайся.

— Мы собираемся в поход по лесу? Идём на вечеринку? Что бы ты хотел, чтобы я надела, Русский?

Мои губы приподнимаются, когда я направляюсь к шкафу. Я хватаю платье с вешалки и бросаю ей.

— Это подойдёт.

— Ты даже не собираешься намекнуть мне, куда мы направляемся? — её пристальный взгляд скользит по моему лицу, и она улыбается.

Я щёлкаю пальцами.

— Надень это платье.

— О, ясно. Тебе приходится нянчиться со мной, потому что мужчины, которых ты нанимаешь, слишком дерьмовые, чтобы это делать.

Я смотрю на свои часы, прежде чем взять её за запястье и подтащить к краю кровати.

— Я приказал им не делать этого. А теперь надень это чёртово платье. — Я стону, отпуская её.

— Ну, элементарное чувство самосохранения должно перевесить твои приказы.

— У меня нет времени на твою болтовню. Одевайся, пока я не сделал это за тебя.

В её глазах пляшут дикие искорки, и она опускается на колени на кровати, оказываясь лицом ко мне.

«С такой забавной вещью можно играть», — думаю я, сжимая в кулаках вырез её грязного платья и дёргая. Тонкий материал рвётся посередине, и она теряет равновесие. Её глаза вспыхивают. Её ладонь взлетает к моей груди, когда она пытается удержаться. К моему большому удивлению, она совершенно голая под этим платьем. Её тёмные соски напрягаются, грудь вздымается одним неровным движением, и я изо всех сил пытаюсь сдержать животный порыв, грызущий меня изнутри. Умоляющий меня повалить её на спину и раздвинуть её ноги.

— Одевайся, — я приближаю свой нос в нескольких дюймах от её, — одевайся.

— О, Ронан. — Её пальцы скользят от воротника моей рубашки к обнажённому горлу, и я сжимаю челюсти, когда меня обдаёт жаром. — Такой идеальный образец самоконтроля, — говорит она, прикусывая губу. — Позор.

В таком состоянии она почти невыносима.

— Может быть, ты предпочитаешь, чтобы тебя вытащили голой на холод?

Она придвигается ближе на коленях. Её груди задевают мою рубашку, когда она наклоняется, и я борюсь со стоном.

— Любой мог бы подумать, что я не нравлюсь тебе голой, — выдыхает она мне в губы. Похоть бурлит у меня под кожей. Мой член набухает. Мои пальцы дёргаются по бокам, испытывая острое желание провести по её обнажённой киске. И хотя она, возможно, находится на тонкой грани обольщения, я тоже могу так сделать.

Я провожу своими губами по её губам, затем провожу ими по её щеке, направляясь к уху.

— Я не люблю, когда с женщинами легко, — шепчу я. Улыбаясь, я делаю шаг назад, хватаю платье с пола и бросаю его ей.

— А мне нравятся мужчины, которые берут то, что хотят. Как я уже сказала, позор.

Я предпочёл проигнорировать её, предоставив ей последнее слово просто лишь для того, чтобы ускорить процесс. Она влезает в платье, натягивая его на свои изгибы, прежде чем подойти к зеркалу. Платье с глубоким вырезом на спине открывает большую замысловатую татуировку. Тёмные ангелы и демоны, сцена жуткого насилия. Её душа темна, и это так противоречит её прекрасной внешности. Манящее и летальное, такое смертоносное сочетание. Она смотрит на своё отражение и собирает волосы в пучок.

Ах! Брызги крови.

Я иду в ванную и намачиваю мочалку, ещё раз проверяя время, прежде чем вернуться в комнату. Камилла отворачивается от зеркала, свирепо глядя на меня, когда я подхожу к ней. Я перебрасываю её волосы за плечо.

— Как бы красиво это ни было… — говорю я, вытирая засохшую кровь с её шеи. — Боюсь, это неподходящее облачение для такого случая.

***

Неоновые огни клуба «Аид» отражаются от окна, когда машина огибает здание, паркуясь между «Роллс-ройсом» и «Мерседесом». Игорь вылезает из машины и направляется к чёрному ходу. Горка снега падает с карниза, когда он открывает дверь и исчезает внутри. Несколько моих людей уже ждут внутри клуба. Некоторые из них надёжно расположены на крышах окружающих зданий, но такой человек, как я, никогда не бывает чрезмерно осторожен.