Чтение онлайн

– Полгода.

Игорь закивал.

– Сколько с меня? – он посмотрел на водителя.

Тот смотрел на дорогу, а уши напряг, вслушивался в разговор, чтобы потом разнести сплетни по компании, догадался, что дело не просто в попутной дороге. Алёна натянула позвоночник, пытаясь придать ему прочности, но душа издала лёгкий звон, как натянутая струна.

– Брось. Нам по пути, – ответила она за Геннадия.

– У тебя уже личный водитель, – Игорь хмыкнул и обернулся, но кресло всё равно не давало увидеть её лицо.

Девушка спряталась в углу, прильнула к дверце, положила локоть на полку и с чувством неловкости пояснила:

– Служебная.

Мужчина опять закивал и отвернулся. Геннадий взглянул на него мельком. Морщины вокруг рта чуть изогнулись в усмешке. Мигающий зелёный перевёл его внимание на дорогу. Они ускорились, чтобы проскочить.

– Ты же вроде не любила Москву. Какими судьбами?

– От должности регионального менеджера центрального округа не отказываются, – тщеславие заставляло её хвастаться.

Алёна специально сформулировала фразу так, будто её пригласили на эту работу. На самом деле, она добивалась назначения целых полтора года. Ради него. Сначала лелеяла надежду, что они встретятся, не смогут устоять перед былой привязанностью и снова будут вместе, а потом осознала, что всё проходит. И сама уже не столько желала вернуть всё обратно, сколько доказать ему, что он многое потерял.

– Вот как. Поздравляю, – в голосе звучало неподдельное уважение и одновременно разочарование. – Молодец. Я не сомневался.

Игорь замер в профиль. Лучи зенитного солнца очерчивали белым светом прямой лоб, длинные ресницы, горбатый нос и тонкие губы, теряющиеся в брутальной небритости. Раньше он всегда ходил гладким, потому что ей не нравилось колоться. «Нашёл себе, значит, дуру, которая это терпит», – то ли с завистью, то ли с сожалением подумала Алёна и отвела глаза в сторону, чтобы не броситься на рожон. Сердце было готово к любой боли, лишь бы не испытывать больше тоску по нему.

– А у тебя как дела? – по его странице в инстаграм, она уже знала, что всё прекрасно, просто ехать оставалось минут десять, а приличия требовали поддерживать разговор.

Мужчина ответил не сразу. Отвернулся, полностью спрятав силуэт за спинкой сиденья. Геннадий посмотрел на него сбоку, но, словив грозный взгляд директора, тут же переключился на дорогу. Красный светофор их остановил.

– Хорошо в целом, – квадратные плечи пиджака приподнялись на секунду.

Алёна сузила взгляд, нахмурив густые брови. Ждала продолжения ещё с полминуты, но Игорь замолчал, казалось, задумался. И только, когда они почти приехали в квартал современных небоскрёбов, спросил:

– Как там Ярик?

– Стоит, Белокаменный, – Алёна усмехнулась, вспоминая Рубленый город, по которому сама соскучилась за полгода в столичных глыбах из стекла и пластика.

Ничем существенным города не отличались. Здесь просто были панорамнее окна, шире проспекты и чище тротуары, да людей везде много, даже в тихих переулках. И там, и тут история наслаивалась в архитектуре через эпохи. Миллионы жизней начались и закончились. В этих глыбах ведь крылась тысяча лет, а они всё стояли и каменели. Это она его всего два года не видела. Ей раньше казалось, невыносимо долго. «Выносимо, – убеждала себя Алёна. – И ты когда-нибудь закаменеешь».

Игорь выдавил смешок.

– Где вас высадить? – разорвал меланхолию хриплый от возраста голос Геннадия.

– Где-нибудь здесь, где вам будет удобно, – пассажир поводил рукой неразборчиво перед собой.

Водитель остановился напротив булочной у припаркованных авто на аварийке.

– Я всё-таки расплачусь, а то неудобно, украл ваше время, – улыбнулся Игорь. – Только у меня налички нет. Могу на карту скинуть. По номеру телефона.

Он развернулся всем корпусом к Алёне, держась за кресло одной рукой, и посмотрел с вопросом в глаза. Она чуть опять жвачку не проглотила.

– Хорошо. Записывай, – в горле не першило, но рефлекторно захотелось его прочистить.

– Номер тот же, – усмехнулся мужчина, когда она продиктовала все цифры.

Сердце привскочило, выпустив волну надежды по нервам, но быстро встало на место, продолжая отчаянно биться.

– Роуминг же отменили, – пояснения не требовались, но оставить замечание без ответа она не могла.

Девушка его номер тоже сохранила, даже не думала удалять. И в социальных сетях они до сих пор дружили. Так было легче страдать по утраченному. Она любила в пятничные вечера под вино полазить по его страницам, смотреть тысячи раз виденные фотографии, впиваться пьяными глазами в сияющую улыбку, которая раньше часто обращалась к ней.

По утрам он всегда встречал её улыбкой, а она пряталась под одеялом, стесняясь себя растрёпанной. Даже спустя три года совместной жизни. Игорь тогда беспощадно срывал с неё одеяло и зацеловывал всё лицо, и шею, и грудь, и живот. Кожа хорошо помнила сладкие прикосновения и теперь покрылась мурашками. Грудной спазм проколол душу.

Банк уведомил о поступлении перевода в пятьсот рублей с коротким сообщением: «Рад был увидеться. Ты ничуть не изменилась ;)». И дверца резко захлопнулась. Игорь сразу отвернулся от машины и поднёс телефон к уху. Геннадий тронулся с места. Алёна выворачивала шею, чтобы насладиться стройной фигурой напоследок, но та быстро скрылась за поворотом.

Заместители заждались, а Алёна шагала медленно, буквально заставляя ноги переступать по коридору. Глаза разглядывали царапины на глянцевом покрытии пола. В похожем состоянии было её сердце, тоже затоптано и исцарапано, и она сама добавляла ему новые росчерки боли.

Офис гудел в разгар рабочего дня. Сквозь высокие окна в стеклянные кабинеты вливалось тёплое лето. Пылинки плавали в воздухе. Глаза всё подмечали, а сознание само как будто плыло в тумане песчинкой света. Алёна смотрела вокруг на сотрудников и бумаги, с которыми они возились, и хотела вырваться наружу, в лето, на тот перекрёсток, где высадился Игорь. Догнать его и потащить в булочную, чтобы наутро проснуться растрёпанной и зацелованной.