Чтение онлайн

Базовые стереотипы стратегий поведения различных рас, запечатленные на уровне морфологии и динамического функционирования нервной системы их представителей, проявляют себя во всем многообразии жизненных форм, стилистически безошибочно указывая на первоисточник — конкретную расу. Поэтому совершенно бесполезно, например, объяснять философию Шопенгауэра в цыганском таборе, так как они расово-биологически несовместимы.

Обладая более толстой костью черепной коробки, о чем писал еще древнегреческий историк Геродот, представители негроидной расы, закономерно имеют более низкий порог болевой чувствительности. На этот нейрофизиологический факт указывали еще во второй половине XIX века ассоциации боксеров, отказывая чернокожим спортсменам участвовать в соревнованиях на том основании, что они менее чувствительны к боли, чем белые.

О биологических же основаниях культуры Поль Топинар высказывался с еще большей ясностью:

"Сравнивая басни и аллегории, лежащие в основании мифологий, наука восходит к познанию взаимных прикосновений, в которых находились народы, и, следовательно, отделяет приобретенные признаки от собственных расовых различий (…)

Расы различаются весьма глубоко еще образом жизни и пониманием общественного состояния. Есть народы, как бы предназначенные к вечной кочевой жизни, как цыгане, евреи и арабы".

Настало время сделать нам всем кое какие выводы:

Вывод 1.

Если расы утратят однородность и перестанут отличаться друг от друга, исчезнет самый предмет обсуждения. Раса существует до тех пор, пока сохраняет однородность. Само собой разумеется, что степень однородности у расовой периферии по отдельным признакам ниже, чем у расового ядра, где она близка к абсолютной. А в силу того, что с доисторических времен расы уже не действуют как нечто целое, а проявляются в истории через этносы, то и получается, что именно этносам, по мере их взаимодействия и смешения (или несмешения) приходится играть роль то ядра, то периферии расы. В ряде случаев расовая периферия, обособившись, сама стала выступать в роли новой расы второго, так сказать, порядка (евреи, эфиопы, латиносы-метисы и т. п.).

Однако наличие периферии не изменяет главного факта: глубокие биометрические различия остаются и однородность больших изначальных рас остается таковой. Как указывает В. П. Алексеев в программной статье "Проблема расы в современной антропологии" (в сб.: Современные проблемы и методы в антропологии. — Л., 1980):

"Некоторые признаки повторяются практически у всех без исключения представителей больших рас".

Об этом говорит, например, как затылочно-теменной указатель сам по себе, так и его корреляция с высотно-продольным указателем. А также папиллярные узоры на руках, размер мозга и многое другое. А. П. Пестряков, например, пришел к выводу, что из всех больших рас наиболее однородной является европеоидная, наименее — монголоидная, вплоть до возможной неоднородности (к подобным же выводам приходят и другие специалисты по расоводиагностической маркировке).

К выводу о "наибольшей по сравнению с другими расами консолидированности европеоидов" пришла также краниолог Беневоленская. В статье "Расовые вариации признаков черепного свода" она же указывает:

"Поскольку расы не сходны, разнокачественны по типу и масштабу внутрирасовых расообразовательных процессов, расовая диагностика по ЛСИ выглядит в каждом случае своеобразно. Так, европеоиды — наиболее консолидированная раса, и вероятно поэтому лобно-сагиттальный индекс (ЛСИ) не дает отчетливых расовых разграничений внутри европеоидов. Наибольшие различия ЛСИ вскрывает в пределах монголоидной расы".

Другой краниолог, Ю. К. Чистов в статье "Расовые различия в строении медианно-сагиттального контура черепа человека" указывает:

"Меньше всего различаются между собой по сумме линейных характеристик конутра черепа европеоидные серии, больше всего — экваториальные группы" (что лишний раз подтверждает тезис о тропическом поясе как зоне многотысячелетней активной расовой оппозиции и вместе с тем — метисации).

Можно сослаться также на книгу А. Г. Козинцева "Этническая краниология. Расовая изменчивость швов черепа современного человека" (Л., 1988), где автор, увлеченный разработкой расоворазграничительных индексов, указывает пять признаков, чья совокупность "чрезвычайно эффективно" разделяет европеоидов и монголоидов. О том, что строение черепа негроидов, с их гипертрофией надбровных дуг, низким лбом и другими отличиями явно восходит к неандертальцу и резко дифференцирует с черепом европеоидов, написаны тома еще с XIX века. Выше мы уже приводили данные и о других признаках, объединяющих ту или иную расу, придающих ей однородность и отграничивающих от других рас: строение волос, топографическое положение глазного яблока и другие характеристики глаза, минерализация костных тканей и многое другое.

Феномен очевидного воспроизводства и восстановления рас с каждым новым поколением приводит современную антропологию к однозначному выводу:

"Все без исключения популяции оказываются вовлеченными в единый расовогенетический процесс, основным результатом которого является становление расовых систем".

Иными словами, большие расы, пережив весьма длительный период фрагментации, дегенерации и метисации, в настоящее время активно реконструируются (как то и следует по законам Менделя), "перемалывая" периферию, возвращая ее из пограничного состояния вновь в материнское лоно больших рас.

Чешский ученый Ф. Чижек в специальном сборнике "Проблема целостности в современной биологии" (М., 1968) дал философское обобщение биологическим данным:

"Это ошибочное мнение, что чем популяция в генетическом смысле сложнее, тем она менее целостна. В действительности дифференциация вида является оборотной стороной его целостности. Чем сложнее явление, тем оно целостнее".

Следствием этнической однородности является этническая солидарность, этническая консолидация как важнейший природный защитный механизм. Чем однороднее этнос, тем он солидарнее. Профессор Д. Ф. Раштон в книге "Эволюция и поведения рас" приводит в пример животный мир:

"Пчелы и муравьи дают доказательства необыкновенного альтруизма, они умирают, спасая свою колонию, потому что их система воспроизводства приводит к тому, что рабочие особи имеют 75 % общих генов. Обезьяны и белки могут обнаруживать генетические различия внутри своей группы, но более склонны к сотрудничеству с наиболее генетически близкими им особями".

Он приходит к выводу, что инстинкт самосохранения не только индивида, но и вида, заложенный в нас природой, проявляется на уровне расового сознания человека:

"Даже маленькие дети осознают расовые различия и имеют соответствующие предпочтения. Этноцентризм и "расизм" — это естественные механизмы, заключенные в геноме человека".

Благодаря им мы не только живы, но и вообще являемся самими собой.

Вывод 2.

МИФ о "едином человечестве", в котором "все люди братья" — абстрактно-гуманистический с философской точки зрения и либерально-демократический с политической — окончательно оформился в своей светской модификации в 1960-е годы. Тому, как ни странно, более всего способствовали доминанты текущей политики обеих противоборствующих сверхдержав: США и СССР. В Америке главным политическим событием десятилетия, определившим всю ее современную трагическую историю, было принятие "Иммиграционного Акта" (1965), после чего страну захлестнуло цветное население "третьего" мира. Этому самоубийственному решению предшествовала многолетняя "промывка мозгов" и затем оно сопровождалось не менее массированной и основательной пропагандой, призванной нивелировать в глазах американцев очевидные и чудовищные негативные последствия произошедшего. Рикошетом эта пропаганда уходила и в Западную Европу, подготавливая соответствующие перемены, и даже в страны социализма. А в Советском Союзе, во-первых, еще продолжалась оттепель (окончательно черту под ней подвело лишь наше вторжение в Чехословакию в 1968 году), а во-вторых, активизировалась целенаправленная политика разрушения колониальной системы и натравливания стран третьего мира на страны блока НАТО — и соответственно всестороняя апология интересов многоразличных цветных народов.