Победитель
Шрифт:
– Вы по-прежнему полагаете, что в похищении могут быть замешаны спецслужбы Ордена?
– Я не полагаю. Я просто-напросто уверен в этом! Настолько не оставлять следов могут только профессионалы. А всем фрагербритским потенциальным заговорщикам до профессионалов, как до Центра Галактики… Впрочем, как бы то ни было, а поиски мы будем продолжать.
На сем и остановились. Против этой работы Осетр не возражал.
Все-таки искать невесту императора – совсем не то, что каких-то там гипотетических Чужих. Это – не фантастика. Это – реальность!
Глава восьмая
После обеда, когда Осетр, сидя в кресле, дышал ароматами зимнего сада, на разговор с братом напросилась сестра. Села в соседнее кресло, некоторое время перебирала оборки на рукаве блузки.
– Миркин! Скажи, пожалуйста, что происходит? – Глаза у Ольги были большие и обеспокоенные. – У меня появилось ощущение, что твоя свадьба почему-то откладывается… Я не ошибаюсь?
Осетр на мгновение задумался, стоит ли говорить ей правду.
И решил, что наводить тень на плетень нет никакого смысла. В конце концов, есть ли смысл врать родному человеку, который, ко всему прочему, приложил немало усилий для того, чтобы стало возможно заключить брачный союз с Розалиндой Виндзор?
Однако всей правды ей знать совершенно незачем.
– Ты права и не права, Оленька.
– Как это?
– Свадьбу никто не собирался откладывать. И не собирается. Отто Тринадцатый спит и видит росского императора своим зятем. Да и о моем отношении к этому браку тебе прекрасно известно. Просто дело в том, что исчезла невеста.
Глаза у Ольги сделались круглыми.
– В каком смысле исчезла?! Сбежала из-под венца? Что случилось, брат?
– Этого не знаем ни я, ни фрагербритский король. Но принцессы Розалинды уже неделю нет в Новом Нимфенбурге. Судя по некоторым фактам, ее похитили. Правда, пока совершенно непонятно – кто приложил к похищению руку.
Никаких подробностей Осетр, разумеется, сестре рассказывать не стал.
Но она и сама была не дура.
Ольга некоторое время размышляла. А потом сказала:
– Я знаю, Миркин, кто ее похитил. – Она не выдержала и фыркнула. – Эта сволочь Бедросо! Мало ему моих сестер и твоей матушки! Теперь еще и невесту решил в заложницы взять! Убила бы гада!!! – У сестры аж желваки на скулах заходили. – Послушай, но теперь же абсолютно патовая ситуация получается… Отто наверняка не знает, что делать. А тебе, чтобы не уронить достоинство, ничего нельзя предлагать. – Она помолчала, потирая пальцы. – Я ведь так понимаю, что этот союз по-прежнему крайне необходим не только нам, но и фрагербритскому королю. Мне еще на Вайсбурге показалось, что Отто очень заинтересован, помнишь, я тебе после возвращения оттуда говорила…
– Ты права, сестренка. Все наши ближайшие стратегические планы связаны с заключением договора. Без него вступать в схватку с Орденом не слишком мудро. Новобагдадцы – разумеется, немалая подмога в предстоящей борьбе, но, если на нашей стороне окажутся еще и фрагербритцы, шансы на окончательную победу значительно повышаются.
– Так я и думала. – Ольга покачала головой. – В таком случае у меня есть предложение. Почему бы мне не выйти замуж за принца Бруно?
Осетр опешил:
– Ты это серьезно, Оленька?
– Куда еще серьезнее! Принц, конечно, молод пока, ну да этот недостаток быстро исправляется. Что тебе на Розалинде жениться, что мне выйти за Бруно – разница невелика. Родственные королевские узы скрепят договор. Не навечно, само собой, – вечных союзников не бывает, – но на нашу с тобой жизнь вполне хватит. Скажи, разве я не права?
Конечно, в рамках известной ей информации она была права.
Сердце Осетра забилось от нежности.
Ольга сейчас была готова на самопожертвование.
Да, разумеется, эта ее готовность к самопожертвованию питалась изначальной ненавистью к мерканскому Вершителю, но ведь самопожертвование всегда чем-то питается. Верой, надеждой, любовью. Тут все эти чувства тоже присутствовали. А у них очень часто в соседках – ненависть.
Осетр встал из кресла, подошел к сестре, присел рядом и обнял ее за плечи.
– Спасибо, Оленька! Большое тебе спасибо! К счастью, выходить замуж за принца Бруно совсем не обязательно. Король Отто готов подписать договор о дружбе и без родственных связей между царственными домами. Конечно, вполне возможно, что этот договор и не проживет десятки лет, но в настоящее время он нас вполне устраивает. А когда в Галактике изменится политическая обстановка, тогда и станем принимать новые решения.
В первый момент Ольга вроде бы даже испытала разочарование.
И не удивительно – наверняка мысль выйти за принца Бруно далась ей нелегко. Государственные решения легко не даются, а тут было именно такое решение.
Потом она просияла:
– Ну и слава богу! Не могу сказать, Миркин, что я прямо так уж рвалась к нему в жёны. Пусть подрастет сначала. – Вскочила с дивана, крутанулась и взметнула колоколом юбку. – Кстати, братец… Как ты посмотришь на то, если твой секретарь даст мне несколько уроков по боевым единоборствам?
Осетр снова опешил.
– А… а… а зачем это тебе?
Она показала ему язык:
– Помнится, кто-то обещал мне, что я непременно буду присутствовать при взятии в плен этой сволочи Бедросо.
– Ничего такого я тебе не обещал! – замахал руками Осетр. – Я сказал «Подумаю». А обещал я тебе, что ты непременно будешь присутствовать при освобождении сестер. От этого я не отказываюсь.
– Ладно, посмотрим, – сказала Ольга. – Во всяком случае, я не собираюсь находиться во дворце Вершителя в качестве экскурсанта. Почему бы мне и не научиться защищать себя? Думаю, из Найдена выйдет неплохой тренер.
«А почему бы и нет? – подумал Осетр. – Уж лучше влюбиться в тренера, чем в родного брата! Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало».
Он вспомнил о том, что случилось после возвращения свахи из Фрагербритского Союза.
А ведь Ольга, пожалуй, в те дни пережила настоящую трагедию.
Он-то тогда, за государственными заботами и в силу мужицкой толстокожести, отнесся к ситуации весьма легкомысленно. А, пожалуй, зря!
У женщин на первом месте – чувства и только чувства. Даже у таких, как Ольга. Не докумекал он, определенно не докумекал…