Победитель
Шрифт:
Дэймон помолчал.
– Надо ли терзать ваш слух и дальше?
Громовое «смерть» сотрясло арену. Платформа Дэймона взмыла в небо, сотни лучей превратили зеркальное дно аппарата в звезду. Я невольно прищурился.
– Так встретим ИХ – охотников, призванных защищать справедливость!
Грянула динамичная музыка, арена утонула во тьме, и только Дэймон сверкал, словно звезда. Он протянул руку, мастерски сработанный эффект заставил струю пламени сорваться с кончиков пальцев, высветив непонятно откуда возникший на Арене прямоугольный камень, очень похожий на гроб. Вокруг него вспыхнули факелы, музыка мгновенно пропала. В полной тишине – зрители боялись дышать – раздался зловещий скрип, когда крышка откинулась. Мрачный человек в чёрном костюме плавно взлетел в воздух, меленно скрестив руки на груди. Вопль Дэймона разорвал атмосферу ужаса:
– Это он! Это ОН!!! Он с нами!!! Несущий справедливость, борец за безопасность граждан! Кто это?!
Зрители, как один, выдохнули:
– Граф...
– Да, это он! Он – первый из Охотников! Приветствуйте его, приветствуйте Графа Хантера!
Чёрный человек приземлился недалеко от меня, опустил голову и неподвижно замер. Дэймон подождал ещё пару минут, давая трибунам возможность выразить восторг.
– Друзья! А сей...
Тьма. Тишина. Полная тишина. И Голос.
– Я здесь, дети мои.
В дальнем конце Арены вспыхнул тёмно-красный луч, направленный вдоль земли. Тень невысокого человека в серой сутане, с надвинутым капюшоном, пронзила всю арену и нависла над нами, словно чудовищный паук. В абсолютной тишине шаги человека раздавались громом, хотя никаких микрофонов на песке не было.
Он медленно шёл к нам, заложив руки за спину, склонив голову. Зрители забыли о дыхании. Тень металась по трибунам, прожектор светил в спину человеку. Дэймон повернул бледное от ужаса лицо к камерам.
– Мастер Инквизитор!...
Тихий шум, когда тысячи людей невольно отшатнулись. Ведущий не произнёс ни слова, пока серый человек не стал рядом с чёрным. И даже затем он пару минут дрожал.
– Мастер, это такая честь...
Серый человек вскинул тощую руку.
– Не впадай в грех гордыни, сын мой. Я только раб божий, который служит Ему. Не создавай себе кумира, Дэймон.
Шоумен преклонил колено.
– Да, отец.
Трибуны вздохнули. С минуту никто не шевелился, затем голос ведущего мрачно произнёс:
– Итак, двое здесь. И какие двое. Но, есть и третий...
Разом вспыхнули лампы и мигалки, музыка взорвалась торжественным маршем. На Арену, вздымая тучи песка, ворвалась колесница. Громадный человек, стоявший там, был одет в белую с золотом тунику, серебрянные римские доспехи и шлем центуриона с большим плюмажем. За плечами развивался белый плащ. Колесница совершила круг по арене и промчалась возле Охотников, ни на миг не затормозив. Однако колесничий оказался рядом с ними, спрыгнув на полном ходу. Четвёрка белых коней утащила повозку в ворота.
Легионер расправил могучие руки, рассмеявшись как хозяин. Выхватил короткий меч, вогнал его в небо.
– Цензор!!!
Трибуны подхватили вопль ликующими криками, люди вскочили, радуясь свету и музыке. Дэймон молча ждал. Наконец, шум поутих, «римлянин» замер рядом с двумя коллегами по работе.
– Вы готовы, Охотники?!
Трое людей молча кивнули.
– Какую тактику вы избрали сегодня?!
Ответил Инквизитор.
– Сын мой, мы дадим грешнику шанс. Как всегда.
Я усмехнулся. О да. Как всегда...
– О, как они благородны!! – взвыл Дэймон.
– Хватит! – я рявкнул так, что он услышал даже без микрофона. – Начинай, пугало.
Он даже не повернулся. Молча дождавшись тишины, ведущий взмыл над Ареной, и провозгласил:
– Травля началась!!!
На этом шоу закончилось. Дальше начиналась сама игра. Мерцание света пропало, арену залил равномерный свет. Музыка стихла.
Цепи, словно змеи, упали с меня, скрывшись в платформе. Я потёр руки, разминая мускулы, напрягся, расслабился. Главное – не спешить. Они профессионалы высшего класса, уж я-то знаю. Но на этот раз их ждёт не лёгкая добыча...
Я неспеша приблизился, стараясь не показывать крадущуюся походку убийцы. Они стояли рядом, разглядывая меня. Я был на голову выше Графа, и шире в плечах чем Цензор.
– Итак, «грешник»... – Инквизитор усмехнулся, микрофоны давно отключили.
– Ты желаешь попробовать, или нам сразу прикончить тебя?
– Отец мой, разве не благо – дать шанс заблудшей овце ступить на путь истинный? – я рассмеялся. Они ещё не поняли, кто из нас охотник.
– Я первый. – Граф шагнул вперёд, и неожиданно превратился в вихрь, выхватив короткий и толстый шест, почти дубинку. Я отпрыгнул.
– Эй, благородные охотники, а мне оружие не полагается? – я усмехнулся.
– Увы, сын мой. Время в эфире ограничено. – Инквизитор печально покачал головой. Граф напал.
Он был не просто силён – он был великолепен. Такой отточенной техники киёку-шин-кай я не встречал никогда. Шест был продолжением мозга этого человека, иначе не скажешь. Думаю, у других Охотников шансов добраться до жертвы бывало немного. Впрочем, как правило на Арену выходил один Охотник. Это я был такой необычной жертвой, что понадобились трое.
Пару минут я уходил от молниеноносных атак, не касаясь шеста. Потом одним движением перехватил удар, заломил ему руку, завернул тело, подпрыгнул, упёршись коленом в спину, резко развернулся и сломал Графу позвоночник в пяти местах сразу. Он умер, ещё падая. Я рассмеялся, скрестив руки на груди.
– Раз!
Двое оставшихся переглянулись. Инквизитор внезапно словно расплылся, я едва успел перехватить восемь метательных ножей. Тем же движением я отправил их обратно, пронзив его грудь, горло, глаза, рот и живот. Мастер Инквизитор умер быстрее Графа Хантера. Я спокойно произнёс: