Победоносец
Шрифт:
– Сразу за мной не пошёл. О чём думал? – ухмыльнулась девушка, и эта ухмылка выдала в ней дрожь, которую я даже не думал воспринимать за нервозную – счёл, что она наверняка замёрзла до костей при такой-то низкой температуре воды.
– Сегодня ведь праздник: Егорий Летний. Говорят, что в этот день вода “отдыхает”, так что заходить в неё не стоит, чтобы не нарушать её покой.
Она вдруг так звонко засмеялась, и эхо, словно колокольчик, так тонко отлетело от стен пещеры, что я чуть не почувствовал, как сердце всерьёз рванулось из моей груди – откуда у этой девицы такое красивое эхо? Сколько раз бывал здесь с мальчишками, ни разу не слышал ничего подобного…
– Чего бояться воды? – задорно улыбнулась она, к моему сожалению, перестав смеяться. – Тем более, ты ведь родился в день Победоносца, значит, Егорий тебе покровительствует.
– Да… Наверное… – я не знал, что говорить. Просто смотрел на неё и не верил своим глазам. Она такая смелая и, что важно, смелая именно со мной! Такая красивая: её тяжелая коса ниспадает по левому плечу и наверняка сильно отяжеляет её голову, сквозь белую кожу шеи филигранью просвечиваются голубоватые венки, на пушистых ресницах дрожат случайные капли воды, а её платье… Платье стало почти прозрачным… Как же не отводить взгляда от её лица?! У неё ведь такая роскошная, пышная, белая грудь!
– А я бы сбежала… – она вдруг заговорила с придыханием и таким тоном, будто вступала со мной в неизвестный мне, тайный заговор. – Полетала бы на железных птицах! Покаталась бы на железных конях! Увидела бы много всего – целый мир! А ты?
– Что я? – в ответ нервно моргнул я, пропустив суть её вопроса, потому как был занят мыслями о том, какая же она дерзкая и смелая, и красивая, и с мокрой пышной грудью…
– Пошёл бы ты со мной?
Я замер, потому что первое, что подумал, было: “Мне необходимо позаботиться о старости деда и отца, о счастье младшей сестры…”, – в общем, первое, что я обычно думал, выслушивая речи Ратибора об уходе из Замка в сторону Большой Земли, и только после спохватился: “Она пригласила меня с собой?! Конечно пошёл бы! Куда идти-то нужно?!”.
Я всегда обходился без лишних слов. Немногословие – моя отличительная черта с самого моего рождения. Так что в ответ я только положительно кивнул, из-за чего слегка намочил свой подбородок, специально гладко выбритый накануне – бороды носят только те нововерские мужчины, которые вступили в брак или завалили минимум трёх медведей на своём веку.
То, что стало происходить далее, я никак не ожидал: стоило мне завершить свой кивок, как Ванда, смотря прямо в мои глаза, медленно сократила расстояние между нами и, подплыв ко мне впритык, вдруг обвила меня своими холодными и мокрыми руками за шею и, потянувшись вверх, поцеловала меня прямо в губы. Всё это произошло в считанные секунды, так что я, не успев ничего понять и тем более проанализировать, левой рукой обвил её талию и прижал её к себе покрепче, а правой рукой схватился за каменный выступ, чтобы иметь возможность удерживать нас на плаву. Мы целовались всерьёз: я целовался впервые в жизни, и моё сердце едва не разрывалось от осознания этого факта, от неожиданного прилива страсти, от нежелания останавливаться… Мне безумно хотелось спустить с её влажных плеч лямки кружевной сорочки, безумно хотелось оказаться на суше, понять, что её дрожь вызвана вовсе не холодом, мне хотелось целовать её сильнее… Но одновременно мне не хотелось её пугать, даже с учётом той решимости, которую она проявляла в этом моменте.
Всё продлилось не дольше пары минут. Могло бы быть дольше, но внезапный раскат неестественного грома и вибрация, отошедшая от стен пещеры, спугнула её… Это был вовсе не небесный гром – я был уверен в том, что такой методичный рокот может издавать только железная птица. Но ведь железные птицы Большой Земли никогда не летают так низко над камчатскими землями… Моё дыхание замерло, но в следующую же секунду сердце застучало сильнее: не говоря ни слова, выскользнув из моих рук, Ванда поспешила прочь из пещеры.
Глава 6
Мы разошлись по очереди: она ушла первой, а я вышел следом только спустя час, чтобы наверняка избежать риска быть замеченными пытливыми взглядами. Натянув сухой сарафан и накидку поверх мокрой сорочки, Ванда только один раз, перед тем, как сесть на свою кобылу, одарила меня улыбающимся взглядом, но этого взгляда мне было достаточно, чтобы понять, что ничто не испорчено и даже лучше – я могу надеяться на новую встречу.
Домой я добирался как в тумане: снова и снова возвращаясь мыслями в пещеру, я практически не видел ничего кругом себя. Только подъехав к Замку, я вдруг осознал, что утро вступило в свою силу: редкие люди начали выходить на поля и тянуться к реке, и к лесу. Спешившись при самом въезде в город, так как по негласному правилу внутри Замка верхом могут передвигаться только люди, приближенные к князю, я вошел в город, ведя Мрака за узды. Я не торопился и, снова уйдя в свои мысли, задумчиво сверлил взглядом брусчатку под своими глазами, поэтому не сразу заметил Громобоя с Онагостом – парни остановились прямо напротив меня, явно ожидая, когда же я обращу на них своё внимание. Заметив же знакомых, лишь сравнявшись с ними, я сразу же остановился и наконец осознал чрезмерную степень своей отрешённости от реальности.
Конец ознакомительного фрагмента.