Чтение онлайн

Варяг даже присвистнул: похоже, кольцо вокруг Шрама сужается. Кому-то очень хочется отправить питерского пахана на тот свет.

Кому же?

«Нива» свернула с Каменноостровского проспекта на Приморский и рванула в сторону Сестрорецка. Шрам спешил. Ему надо было к одиннадцати вечера вернуться к Ирке. Он и теперь думал о своем алиби. Для своих же. Даже машину свою «бэ-эм-вуху» он поставил у дома. Никто не должен был узнать о том, что сегодня между семью и девятью вечера он находился на Васильевском острове.

Вдруг запиликал мобильный. Он даже в первый момент не понял, откуда идет тонкий мелодичный звук.

Звонил человек из таможенного комитета.

– Насилу докопался, Саша. Ты сейчас где? – Шрам выматерился про себя: вот чудак любопытный

– На… Пионерской. А что?

– Ничего, так. Чужих ушей рядом нет?

– Только те, что слушают наш с тобой разговор, – усмехнулся Шрам, крепко сжимая левой рукой баранку «Нивы».

– А, ну этим можно. Так вот, твой дорогой друг приехал к нам в гости месяц назад. По тому самому документу.

Шрам едва не выронил мобильник из ладони.

– Синцов Виктор?… – забыв про всякую осторожность, переспросил он.

– Он самый!

– В Питере?

– Где он сейчас, известно только ему. Но наверное. Выехал поездом. Из Хельсинки. Доволен?

– Спасибо, брат. За мной должок, – рассеянно пробурчал Шрам и вырубил телефон.

Итак, Сержант в России. В Питере! Значит, я не ошибся: там, в «Арагви», был именно он. Интересно, какого хера ему здесь понадобилось? В кого все же метил Сержант? В него или в китайца? И тут в голове у Шрама вспыхнула совсем шальная мысль. А что, если Сержант гоняется совсем даже не за ним, не за Шрамом? А если Сержант тоже прознал, что Варяг жив и сбежал из колонии? А что, если он приперся сюда, чтобы наконец-то завалить Варяга? А уж по ходу дела зарабатывает на всяких там китайцах?

Шрам даже повеселел. В таком случае надо срочно отыскать Сержанта и, чтобы поторопился, посулить ему за голову Варяга, которого он так и так ищет, хороший куш: пятьсот штук точно можно дать. Гадом буду. А по большому счету и «лимона» для «хорошего человека» не жалко! Бабки – вещь наживная. Башку бы сохранить в целости.

«Нива» неслась по пригороду. Шрам стал глазами искать грунтовку, бегущую от шоссе в лес. Он решил не забираться слишком далеко от города и закопать свой груз где-нибудь на подъезде к Сестрорецку. Теперь он обдумывал план подключения к своей сложной игре Сержанта. Он стал вспоминать, какие у Сержанта были в городе связи, с кем он мог бы сейчас войти в контакт.

И не вспомнил. Что и не мудрено. Сержант вообще вел образ жизни ночного хищника – таился до поры до времени в своей засаде, о которой никто не знал, а потом внезапно из нее появлялся, точно выныривал; наносил свой молниеносный удар, словно гремучая змея, и тут же исчезал, растворяясь во мраке.

То, что он вот уже в течение многих лет вел неустанную охоту на Варяга, было Шраму на руку. Он помнил, что Варяг вроде был повинен в случайном убийстве брата Сержанта: снайпер по ошибке подстрелил его, приняв за Варяга. Мало того, что брата пристрелил, да еще так непростительно для классного снайпера лопухнулся – есть отчего ненавидеть Владислава Игнатова!

Впереди показался проселок. Шрам бросил «Ниву» вправо, резко свернул, и «русский джип» запрыгал по ухабам. Скоро он углубился в лес.

Проехав метров триста, Шрам снова свернул – на этот раз прямо в заросли орешника. Метров через пятьдесят он заглушил мотор. Сразу нашел подходящее место для безымянной могилы – в сыром овражке под старой сосной.

Вооружившись саперной лопаткой, Шрам быстро вырыл яму: сырая земля податливо принимала в себя острое плоское лезвие. Потом он приволок сумку, в которой лежали кровавые свертки, и баул да так целиком все и сунул в яму.

Засыпав яму свежевыкопанной землей, он забросал ее сверху ветками и, для верности, сухими листьями.

Выехав на шоссе и развернувшись в сторону Питера, Шрам поймал себя на том, что никак не может успокоиться. Нервное возбуждение, охватившее его еще днем, никак не отпускало. Ну да ладно, самое главное, что с одним покончено. Теперь – черед Варяга.

Шрам вынул мобильный и набрал Иркин номер. Она не брала трубку. Либо дрыхнет, либо… шляется, курва! Шрам глухо матерился. Ну какова сука! Нет, пора менять. Пора. Задержался он с ней. Хоть она и трахательница знатная, но та еще стерва…

Он стал думать об Ирке и еще больше накрутил себя.

Поставив «Ниву» на стоянку около «Прибалтийской», Шрам пересел в свой синий «БМВ» и рванул к Ирке.

Ирка не спала.

Более того, несмотря на позднее время – было уже половина двенадцатого ночи, – она и не думала ложиться. Шрам сразу заметил на столе грязные бокалы, две пустые бутылки шампанского, вазу с недоеденным салатом «оливье».

– Гости были? – неприветливо бросил он Ирке, которая сидела перед телевизором и грызла соленые орешки.

Передавали городские новости.

– Да, Любаня забегала.

– И принесла две бутылки шампанского под мышкой? – с недоверием спросил Шрам.

– Так она не одна. С Колюней.

– Я тебе сколько раз говорил – не хера сюда этого студента водить!

– А что, ты ревнуешь? – огрызнулась Ирка. Она явно нарывалась на разговор. Ирка отлично знала, что Шрам ревнив и что он терпеть не мог, когда ему этим тыкали в рожу.

Шрам подошел к телевизору с намерением его вырубить, но в этот момент прилизанный диктор слащавым голосом сообщил о пожаре на Васильевском острове, во время которого полностью сгорела помещавшаяся в старом трехэтажном доме книготорговая контора. Шрам опять запаниковал. Он и сам не мог понять, что с ним происходит. Разозлившись еще больше, он резко выключил телевизор.

– Ну какого хрена? – завизжала Ирка. – Сейчас там будет «Эмманюэль»!

Он повернул к ней перекошенное от ярости лицом. Перерезающий щеку шрам побагровел.

– Так что вы тут с Колюшей делали? Почему молчал телефон?

– Да ты че, Саня? – перепугалась Ирка. – Шампань пили, языком трепали. Я тебя ждала.

Он схватил ее за руку и с силой рванул к себе. Она вскрикнула.

– Больно.

– Больно? А так? – Шрам ударил ее по роже.

– За что? – закричала она навзрыд. – Ты что, ошалел? Опять убил, что ль, кого?