Чтение онлайн

Рената оживилась, лишь когда веселое треньканье ее мобильника ворвалось в гомон присутствующих.

– Ребята, я вас покидаю. Пока. Елена, загляни завтра, я тебе еще кое-что покажу.

Через несколько минут со двора послышались автомобильные гудки. Рената, накинув коротенькую шубку, недавно подаренную Игорем, выскочила из мастерской. Я посмотрела за окно: там, прогревая мотор, тарахтела машина Игоря. Так я и думала! Филипп поскучнел и как-то враз постарел.

После ухода Ренаты разошлись и остальные Участники предстоящей выставки.

Я тоже оделась и собралась домой. По садику пробиралась с трудом, балансируя на узких дощечках-мостиках. В последние дни тут все изрыли. Неужели, чтобы построить гараж, надо все так расковырять! Котлован прорыли чуть ли не вплотную к нашему маленькому особняку. Или это канавы для труб и коммуникаций? Я так и не удосужилась посмотреть проект гаража, переложив это скучное занятие на Гальчика. В последнее время у меня поубавилось доверия к ней. Я решительно повернулась и пошла назад.

Директор нормалистов Толик Коровец находился у себя в кабинете. Я поздоровалась и попросила ознакомить меня с проектом гаража и планом рытья траншей.

– Елена Павловна, вы голову сломаете на этих планах. Я смотрел, ничего не понял. Приходится полагаться на подрядчиков.

– Что-то чересчур они размахнулись, Анатолий Иванович. У нас скоро открытие выставки, посетители ноги себе переломают.

– Сочувствую и понимаю. Сами страдаем. Сейчас перед выборами мы проводим собрания. Толпы народа приходят, и все балансируют на дощечках. Что делать. Придется потерпеть немного, Елена Павловна.

– Все-таки покажите мне чертежи, Анатолий Иванович. Как-никак, у меня техническое образование, думаю, сумею разобраться.

Анатолий склонился под столом, начал рыться в ящиках.

– Вот незадача, совсем забыл, я же чертежи на экспертизу отдал. Приходится одновременно все направления двигать – по канцеляриям бегать, строительством заниматься, к выборам готовиться. Приходите, Елена Павловна, денька через три. Думаю, чертежи вернут к тому времени.

– А что, дубликатов не имеется?

– У строителей, возможно.

– Хорошо, я дам поручение Гальчику заняться этим вопросом.

– Вам Гальчик еще не говорила, что мы на несколько дней собираемся уехать? На лыжах покататься в Кавголово.

– Первый раз слышу.

– Вот вернемся, тогда и чертежи посмотрим вместе. Да вы не волнуйтесь. Строители свое дело знают.

Я покинула кабинет предводителя нормалистов в смятении. Если строители нарушат нормы при прокладке коммуникаций, то гараж будет обычным сараем, не приспособленным под автосервис. Или галерея останется без воды и электричества. Решено – возьму это дело под свой контроль.

Своим беспокойством по поводу анархии, царящей в моем дворе, я поделилась с Матвеем. Сегодня у него был выходной, и он занимался привычным делом – чистил напольный ковролин пылесосом. Гудение аппарата соревновалось с громким звучанием радио. При моем появлении наступила тишина – все приборы мгновенно были выключены.

– Ладно, потом закончу. Пошли ужинать, Леночка. Я тебе кое-что вкусненькое приготовил.

Я сбросила офисный костюм, ополоснулась под душем, влезла в желтенькую пижаму в красных уточках и присела к столу (пижаму мне подарил Матвей, и он любил, когда я надевала ее). Салат из мелко порезанной ветчины и вареной картошки был основательно сдобрен чесноком и острым кетчупом. Матвей смотрел на меня, ожидая похвалы. Я не стала его разочаровывать и похвалила блюдо. Однако съела лишь пару ложечек.

– Что ж ты как птичка поклевала? – расстроился Матвей.

– Знаешь, Матюша, меня беспокоит одно обстоятельство.

– Что, радость моя, случилось?

– Мне не нравится, что ради маленького гаражика строители раскурочили весь двор. Я хотела посмотреть чертежи, Коровец увильнул.

– А ты разве прежде их не видела?

– Когда мы предварительно обсуждали этот вопрос, я смотрела черновой эскиз. Картинку, одним словом. Ничего особенного – простой ангар на четыре машины, смотровая яма, мастерская.

– А когда договор подписывала, разве тебе не показали проект в законченном виде?

– Я сама не подписывала. Гальчик по доверенности все бумажки подмахивает.

– Бедная моя Леночка! Значит, ты не в курсе?

– В курсе чего?

– Тут же рядом с нашим теремком собираются строить приличную махину – этажей на семь.

– Матвей, ты знал и мне ничего не сказал? Неужели тебе все равно, что у тебя под носом делается?

– Я и подумать не мог, что ты не в курсе! Ты молчала, и я молчал. Понятно, что уплотнительная застройка мало кого обрадует…

– Ты молчал, это понятно. Не хотел меня расстраивать. Но Гальчик не могла не знать. Почему она не сказала, что план с гаражом переиграли на многоэтажку, – ума не приложу.

– Видимо, у нее были на то основания.

– Ты так спокойно говоришь об этом, Матвей! Надо же что-то делать!

– Что мы можем поделать, Леночка? Если тебя обвели вокруг пальца, значит, на то Божья воля.

– Тебе, Матвей, следовало в монастыре оставаться. Но я не смирюсь с обманом. Я владелец этого домика. И не давала разрешения на небоскреб под окнами моей галереи. Завтра же пойду в администрацию района, чтобы прояснить ситуацию.

– Леночка, не горячись. Сходи, если хочешь, но я бы не советовал. Тебе же вредно волноваться. Пойдем-ка лучше бай-бай. – Матвей встал сам и приподнял меня за локоть.

Но я разволновалась не на шутку. Я чувствовала, как горит мое лицо и как мелкие иголочки покалывают в затылке. Попросила Матвея принести мне таблетку анальгина. Он прав, нельзя нервничать. Надо переждать. Утро вечера мудренее. Я включила телевизор, чтобы отвлечься. Но не успела всмотреться в фильм, как зазвонил телефон.