Шрифт:
========== Глава 1. Заткнись и поцелуй меня! ==========
Дахи закрыла свой шкафчик и, задыхаясь от быстрой ходьбы, провела рукой по взлохмаченным волосам. Поправив сползшие на нос очки, она собиралась направиться в библиотеку, но неожиданно кто-то толкнул ее, вынуждая ноги подкоситься, из-за чего девушка рухнула прямо на пол. Ее книги разлетелись вокруг, а отдельные страницы рассыпались по жесткому полу, о который она болезненно приложилась задом.
Дахи вздрогнула, тем не менее догадываясь, что нечто подобное должно было с ней произойти.
Тупой Бён Бэкхён.
— Четыре глаза, тебе обязательно стоять у меня на пути, когда я иду? — Он игриво склонил голову набок, и злостный огонек зажегся в его глазах. Она вздохнула, больше раздраженная его появлением, чем испуганная бессмысленными угрозами, которые теперь были постоянным напоминанием о том, что произошло. Парень подошел ближе, напоминая надоедливого комара, которого не прогонишь, даже если сильно ударить.
Сегодня был точно не обычный день.
Парень Дахи, Ким Мёнсу, бросил ее вчера.
Из-за другой девушки.
Из-за которой? Пак Сохи.
Она видела все, начиная с того, как он скользил губами по лицу Сохи, а его руки умудрялись лапать ее задницу, несмотря на то, что она практически вся вжималась в его тело, не оставляя пространства между ними. Дахи почувствовала, как внутри все стянуло от боли, как он вдруг поднял глаза и сделал самую ужасную вещь.
Он ухмыльнулся.
Ей казалось, что у нее еще есть шанс, что все это было простым недоразумением и что он сейчас рванется в ее сторону, поцелует и станет бормотать труднообъяснимые оправдания.
Но не в этот раз. Он просто продолжал жадно целовать ту девушку, подобно животному. Не выдержав такого отношения, Дахи убежала, не в силах сдерживать слезы, выжигающие глаза.
Это больно. Чертовски больно. Она чувствовала себя так, словно часть ее сердца была вырвана с концами, в то время как вторая осталась умирать от боли. Ее разум онемел, чувства трещали по швам. Ее глаза покраснели и опухли после долгой ночи рыданий, хотя не он стал этому причиной. Перед глазами постоянно стоял образ того, как Мёнсу страстно целует ту девушку, будто никогда прежде не целовал ее.
Боже, если это то, что называют любовью, то она ни за что не хотела бы пережить это заново. Потеря была слишком велика и тяжела, поэтому ее сердце превратилось в камень. С этого момента она пообещала себе ненавидеть и презирать всех мужчин.
И тут появляется Бён Бэкхён.
Будучи застенчивым ботаником, Дахи не позволила бы себе ответить, но после того, что с ней произошло, сил вытерпеть это просто не нашлось.
— Какого черта ты хочешь от меня, Бён Бэкхён?! — наконец прошипела она, опасно сузив глаза.
Парень, казалось, был озадачен ее странным ответом, но очень быстро оправился, хихикнув:
— Ох, наконец-то котенок обнаружил, что у него есть язык.
Парни позади, его друзья из группы, старались выглядеть равнодушными, но один из них, макнэ, хохотнул, что повторил и Бэкхён, словно Дахи была какой-то нечистью, кажущейся ему забавной.
— Меня тошнит от тебя и твоего дерьма, — ядовито прошипела девушка.
— От меня и моего дерьма? — Он сделал шаг вперед, и игривая ухмылка появилась на его губах.
Она старалась не дрожать под пристальным взглядом парня, который буквально прошивал ее кожу, как пули, насквозь. Почему его глаза заставляют ее чувствовать себя как желе? Почему он появился именно сейчас? Тот, кого она боялась больше всего? Ведь Бён Бэкхён — это чертова рептилия. Он никогда не смеялся искренне, но когда приблизился, на его губах застыла странная улыбка.
— Это все, что ты смогла придумать, Юн Дахи? — Он придвинулся еще на шаг, и девушка поспешно встала на колени, чувствуя, как дыхание застряло где-то в горле. Она мысленно стукнула себя по голове из-за того, что ляпнула. Теперь она в опасности. Черт, ее душа проклята.
Но Дахи не собиралась отступать. Не сегодня. Бэкхён нашел неправильный камень (ее сердце), чтобы спокойно наезжать.
Она огрызнулась:
— Тебе весело? — Девушка резко поднялась с пола. — Ты любишь издеваться над людьми, не так ли? Ты не знаешь, каково это, да?
Не ведая, что творит, Дахи двинулась к нему, схватила чужой галстук и с силой притянула парня к своему лицу.
— Да, меня тошнит от тебя и твоего дерьма. Ты просто больной.
Она толкнула его, прежде чем собрать свои книги и уйти как ни в чем не бывало. Студенты, что в это время находились в одном с ними коридоре, изумленно таращились на разыгравшуюся сцену и на Дахи, которая не ожидала, что ее так просто отпустят. Однако она чувствовала себя далеко не так плохо, как хотелось бы. Кажется, ей значительно полегчало. На этот раз она обязана была постоять за себя, и это действительно было круто с ее стороны.
Бэкхён мог лишь пялиться на ее удаляющуюся спину, слышать ее гулкие шаги, распространяющиеся по коридору и тающие в общем шуме. Он стоял с открытым ртом, но глазеющая на него толпа студентов вернула парня к реальности. Очевидно, что никто не ожидал такой реакции на подколы принца-задиры.
Бён сглотнул:
— Куда уставились?!
Толпа поспешно рассосалась, а он сгреб рукой и без того растрепанные волосы:
— Чертова Юн Дахи…
— Хён, она так несправедливо обошлась с тобой! Просто трахни ее! — агрессивно заявил Чанёль, приблизившись к другу.
— Успокойся, чего ты так разнервничался? Это же просто Юн Дахи, — пожал плечами Чен, глядя на Чанёля, а затем повернулся к Бёну. — Я имею ввиду, что она обычный ботаник. Почему ты волнуешься об этом ничтожестве?
— Черт, да не волнуюсь я! Какого черта ты несешь? — раздраженно рявкнул тот.
— Это же очевидно, — Лухан протянул руку к лицу Бэкхёна и, склонив голову набок, ухмыльнулся, — что ты слишком остро на все реагируешь.
Бён оттолкнул его ладонь и яростно крикнул:
— Заткнись! Почему мне не должно быть все равно?