Чтение онлайн

— Его задержали в Москве, — Гамзало посмотрел на гостя своим жестким отрешенным взглядом, столь явно входившим в диссонанс с тембром его голоса. — Его надо уничтожить. Этим должен заняться ты. Этого требует джихад, Муса. Я даю тебе в помощники своего брата, Назырбека. У него есть обученные люди в Москве. Ты можешь рассчитывать на них. Разумеется, мы не забудем дать тебе столько денег на жизнь, сколько тебе требуется для борьбы с неверными. Назымбек уже в курсе моего плана. Он в лагере. Мои люди отвезут тебя к нему… Что скажешь, Муса?

— Я готов, — спокойно ответил тот.

Гамзало поднял автомат и дважды стукнул по полу прикладом. Тут же в комнате появился вооруженный охранник Расадулаева.

— Отведи нашего гостя к Назырбеку, — распорядился Гамзало.

Свердловская область. Лесной массив неподалеку от Грибова

— Почему такая задержка, Умар? — Используя свой собственный ремень, Хафиз монотонно и скрупулезно оттачивал лезвие ножа. — Почему мы не уезжаем? То, что мы торчим тут почти неделю, слишком рискованно. Вчера я опять наблюдал в окрестностях группу охотников. Человек пять или шесть… Если они случайно набредут на нашу землянку…

— Я знаю. — Умар сделал обжигающий горло глоток чая. — Но ничего пока не могу изменить. Приказ!

— Чей приказ?

— Гамзало. Федералы догадываются, что Кеплера могли похитить, чтобы получить за него выкуп, так что нам придется еще немного переждать. Гамзало считает, что так будет безопаснее. И он прав, — многозначительно заключил Абдулин.

Хафиз пожал плечами и бросил короткий взгляд в сторону спящего на диване Ваххита. Последний даже не счел нужным разуться, и с подлокотника картинно свисали его здоровенные бутсы с налипшими на них комьями грязи. Ваххит только что вернулся с дозора. Хафиз знал, что нынешней ночью наступит его очередь дежурить. В паре с Айратом.

— И сколько ждать?

— Думаю, что день или два. Не больше, — откликнулся Умар, смеживая веки.

Входная дверь резко распахнулась, и через порог стремительно перешагнул Салих. От одного его вида сонливость Умара как рукой сняло.

— Что случилось? — Он весь подобрался.

— Этот шакал пытался бежать! — выпалил Салих.

— Что?!

Крик Умара заставил распахнуть глаза и Ваххита. Он сбросил ноги с подлокотника и принял на диване сидячее положение, растерянно моргая. Нож Хафиза завис в воздухе, не завершив очередного движения по заданной траектории.

— Какой шакал? Кеплер?!

— Кеплер, — Салих кивнул.

— Ах он, сучье отродье! — Умар скрипнул зубами. — Значит, в прошлый раз ему показалось мало? Ну что ж, — на его лице появился уже столь знакомый группе соратников оскал хищника. — Сейчас он у меня узнает. Выводите его во двор, Салих. Вы ведь схватили его, не так ли?

— Да, конечно, Умар…

— Выводите!

Едва Салих скрылся в дверном проеме, Абдулин решительно прошел к висевшей на стуле наплечной кобуре и выудил из нее оружие. Снял пистолет с предохранителя.

— Что ты собираешься делать? — с тревогой в голосе вопросил Хафиз.

— Успокойся! — Умар отмахнулся от него, как от назойливой мухи. — Я в своем уме и отлично знаю, что делаю. Или ты решил усомниться в моих действиях?

— Нет, что ты? Разумеется, нет…

Держа пистолет на изготовку, Умар покинул пределы комнаты. Хафиз с Ваххитом коротко переглянулись и поспешно двинулись за ним.

По-весеннему холодное солнце не грело, но довольно ярко освещало прилегающие к землянке окрестности. Умар, чуть сощурив глаза, стоял возле того самого дерева, где два дня назад Кеплер был подвергнут болезненной и унизительной экзекуции, когда шесть человек по очереди прикладывались к его тщедушному и дрожащему от холода телу металлическими цепями. Сколько продолжалась эта «игра», сам Кеплер точно не смог бы сказать. Истекающий кровью, он потерял сознание уже после десятого по счету удара. Конечно, в дальнейшем Умар и его люди пытались привести банкира в чувство, чтобы продолжить издевательства над ним, но Кеплеру уже хватало одного-единственного удара, чтобы вновь погрузиться в небытие. Экзекуция, к великому разочарованию Умара, потеряла свою остроту гораздо быстрее, чем хотелось лидеру группировки.

Сегодня, как полагали его собратья по оружию, Абдулин задумал что-то новое.

Кеплера вывели из дома и бросили лицом в грязь. Салих и второй провожатый замерли на некотором отдалении от пленника.

— Поднимите его и тащите сюда, — распорядился Умар.

Салих собственноручно подхватил Кеплера под мышки и поволок в сторону Абдулина. Минут шесть или семь ему понадобилось на то, чтобы, как и в прошлый раз, привязать цепями банкира к дереву. Умар отошел от пленника шагов на десять. Внимательно посмотрел на него. Вид у Кеплера был, мягко говоря, жалкий. Покрытое крупными рубцами и более мелкими кровоточащими ссадинами тело дрожало, как осиновый лист на ветру. И не столько от холода, сколько от страха. Он смотрел на Умара, как кролик на удава. Губы чеченца разъехались в улыбке.

— Мне сказали, ты собирался бежать, червяк, — Умар подбросил на руке пистолет, словно проверял его вес.

— Нет, я только хотел…

— Заткнись! — На лице у Умара хаотично заходили желваки. Ничего хорошего для пленника в этом не было. — Ты хотел бежать! А знаешь, что мы делаем с теми псами, которые пытаются слинять от своих хозяев?

— Нет…

— Мы их убиваем!

Умар поднял руку с оружием на уровень лица. Его приспешники взирали на действия своего лидера с тревогой и недоумением одновременно. Однако никому из них и в голову не приходило что-либо сказать или как-то попытаться остановить Умара. Вставать поперек его решения было бы крайне опасно для жизни. Ваххит дернулся было вперед, но Хафиз благоразумно удержал товарища за плечо.

— Пожалуйста… Я не… — пролепетал Кеплер.

— Ты согласен с тем, что ты пес? — строго вопросил Умар.

— Да, конечно… Я согласен…

— А мы кто?

— Вы — мои хозяева. — По щекам банкира покатились слезы, но заметить их на грязном и окровавленном лице было трудно. — Я буду слушаться вас во всем… Я больше никогда… Только не убивайте!..

— Слишком поздно, пес! — Умар прицелился. — Можешь помолиться своему богу, если он существует, конечно.

— Не-ет! — Голос Кеплера сорвался и перешел в нечленораздельный хрип. — Нет! Не надо!

— Так ты уже помолился? — Умар шагнул вперед. — Тогда умри, пес!

Грянул выстрел, и тело Кеплера обмякло. Однако не потому, что Умар попал в него, а по причине того, что пленник потерял от страха сознание. Пуля, выпущенная из пистолета Абдулина, лишь выбила щепку из ствола дерева чуть выше левого уха банкира. Чеченец осклабился.

— Приведите его в чувство, — сказал он.

Четверо присутствующих во дворе мужчин дружно заржали. План моральной деморализации заложника стал наконец понятен каждому. Хафиз первым оказался рядом с Кеплером и от души влепил ему звонкую пощечину. Затем еще одну и еще… Голова банкира моталась из стороны в сторону. После пятого или шестого по счету удара Кеплер открыл глаза.