Под чужим именем
Шрифт:
Зелено-белый ковер заполнял всю долину, окруженную неприступными каменными скалами. Людей отсюда не было видно, но я был уверен, что они там. Как сказала Света?.. «Республику контролируем мы». Конечно, не Света ее контролирует, и даже не Партизан, а кто-то много выше. И пусть идет война, пусть устраиваются перевороты и революции, плантации будут, как и прежде, обслуживаться рабами и поставлять опий. Пока существует спрос, будет и предложение…
Толя выровнял самолет, и плантации исчезли. Теперь мы летели немного в другую сторону — солнце светило в кабину сзади и справа — наш курс был северо-восток.
Я пошарил в карманах сигареты и наткнулся на деньги. Вытаскивая руку из кармана, я обнаружил, что случайно выдернул потрепанную стодолларовую банкноту. Ту самую, что служила паролем для Партизана и покойного Рифата Мирзагуллуева…
Купюра словно жгла мне пальцы. Я вынул спички и аккуратно поджег ее. Толя взглянул на меня с недоумением и покрутил пальцем у виска.
— Фальшивая, — крикнул я, склонившись к его уху.
Толя понимающе кивнул и снова стал смотреть вперед — туда, где нас ждала Россия.