Чтение онлайн

Оля вытащила из сумки и помахала перед Иркиным носом двумя какими-то цветными картонками. Ирка взяла, глянула – это были приглашения на празднование женского дня в ресторан «Три медведя».

– Что это за тусовка?

– Это меня вчера позвал один клиент, из Заксобрания, я ему ногти полирую. Он мне собирался дать только одно, но я хорошо подумала и сказала – дай два. Он и дал, ему норм. Это, как он сказал, какая-то частная вечеринка, на которой буду разные интересные люди, ну, он счёл меня достаточно интересной.

– Оль, ты чего? Мне и пойти не в чем, и выгляжу я стопроцентно на мой хреновый доход.

– Сёма, забей. Платье у тебя есть, тёмно-красное, ты прошлой осенью покупала, я помню. А красавицу из тебя завтра сделаем. Приедешь с платьем в салон, там и сделаем. Поняла? Не вздумай слиться, не прощу!

А и правда, чего бы не сходить и не развлечься? Весь окружающий мир гуляет, чем она, Ирка Семёркина, хуже?

Восьмое марта у Ирки началось с телефонного звонка мамы в половине десятого – куда она делась-то, чего не поздравляет-то с праздником, скоро же день кончится! Эх, вот что значит – забыть выключить звук на ночь! Ирка еле слышным со сна голосом поздравила маму, выслушала ответное поздравление и напоминалку не забыть позвонить тёте Любе и бабушке. Ну да, ну да, сама-то она безмозглая и не знает, что им тоже надо позвонить, конечно. Тут же, не отходя от кассы, позвонила и тётке – маминой сестре и бабушке – маме их обеих. Получила обычное количество стандартных пожеланий (чётче всего их выразила бабушка – когда ты там уже замуж-то выйдешь), промычала положенное в ответ, и пошла умываться.

По дороге заглянула в большую комнату – там был разгром. Вчера они с Олей не угомонились, пока не уничтожили весь нежданный подарок – ну, кроме цветка в горшке, и цветок-то хорошо бы полить, кстати, пока не загнулся. Ладно, кто сказал, что восьмого марта нельзя убираться? Можно, ещё как можно.

Зато голову можно не мыть, Оля сказала – будем красить, красить лучше на грязные волосы. Просто умыться, поубирать лишние волосы, подстричь ногти на ногах, которые уже почти когти. Остальное потом, в Олином салоне. Ну, пока ещё не Олином, но Ирка не сомневалась – подружка с её деловой хваткой или подгребёт тот, в котором работает, или откроет свой, а то и несколько.

Ирка поставила вариться кофе и включила музыку – погромче. Настроение было вполне подходящее для великих свершений, и пока варился кофе, она успела прибрать в туалете и ванной. Кофе выпила, читая ленту в ФБ и ВК, поздравляя коллег и подруг и отвечая на поздравления. Ой, кстати, что это тут? Заявка в друзья. Андрей Пяточкин. Город – СПб. Место работы – какой-то фонд. Окончил что-то там геологическое – ну да он и говорил, что геолог. И, судя по всему, старше её на три года. То есть ему уже тридцать пять. Жён и детей нигде не отмечено. Ирка подумала и нажала кнопку – принять. Это ж вообще ни о чём, сейчас все добавляют всех, с кем хоть раз пересеклись, а он у неё аж целую ночь проспал, и ел, и мылся.

В чём огромный плюс маленькой квартиры – убирать её легко и быстро. К часу дня квартира выглядела намного лучше, чем вечером в пятницу, когда Ирка привела в неё нежданного гостя. И можно было скоренько заскочить под душ, потом достать платье, о котором вчера говорила Оля, к нему – чулки и туфли, и кулон из бордовой яшмы с черными прожилками в филигранной серебряной оправе, и такие же серьги, и браслет. Кольца – ну их, будут цепляться за чулки и за платье тоже, хоть у Ирки они и водились. Тоже – из местных самоцветов, в политеховском минералогическом музее есть магазинчик, где продают невероятную красоту по очень гуманным ценам, потому что себе или вообще ничего не берут, или минимальный процент, не как в среднем по городу, и уж точно не как в туристических местах. Накрасит Оля, она мастер, она же и ногти сделает. Платье в кофр, остальное в пакет, туда же маленькую сумочку. И ок, можно лететь.

На двери Олиного салона было написано, что восьмого марта – работа до 14-00. Ирка посмотрела на часы – ровно два – и толкнула тяжелую стеклянную дверь.

– Сёма, умочка моя, ты вот прямо точь-в-точь! Или сюда и кидай кости в кресло, начнём с покраски.

Дальше Оля со знанием дела суетилась вокруг Ирки – стригла концы волос, красила, пока Ирка сидела с краской – Оля сделала ей ногти на одной руке, потом мыла-сушила-укладывала волосы, дальше – вторая рука и лицо. Потом прошлась щёткой по своим коротко стриженым блондинистым волосам и погнала Ирку переодеваться, мол, время уже.

Переодетая Ирка взглянула на себя в зеркало.

– Оля, ты волшебница. Ты об этом знаешь? Ну так знай.

– Прикинь, знаю, – усмехнулась Оля. – Так-то мне тётки разные частенько такое говорят. Но слышать такие слова от тебя – особенно приятно, ты ж меня почти что с детсадовского горшка знаешь. Ну и я это, читала и видела поболее, чем среднестатистическая девочка из такого вот салона, могу представить не ногти отдельно и башку отдельно, и ещё плюс глаза на той башке, а всё в целом, в комплексе, так сказать. Преимущество классического образования, не? – подмигнула она Ирке.

А Ирка смотрелась в зеркало и не хотела никуда идти. Ей уже было хорошо. Она видела себя – как будто она не Ирка-Семёркина-займите-до-зарплаты, а кто-то, нормально зарабатывающий и знающий себе цену.

Её невыразительные волосы тёмно-русой масти Оля в некоторых местах высветлила, а где-то, наоборот, затемнила, и их стало как будто вдвое больше. Они лежали, и блестели, и отливали какими-то невероятными отблесками. Глаза стали вдвое больше, а немного блёсток в тон тушевке привлекали внимание к взгляду, не более. Лицо стало гладким, губы – словно кистью выписанными. Эх, а кто-то каждый день так выглядит, подумала Ирка, ну и ладно. А у них сегодня праздник, вот!

Вишнёвое платье до щиколотки с высоким разрезом сбоку, заготовленные туфли в тон на изящной шпильке – прикинуть, но пока не надевать, прозрачные телесного цвета чулки – наоборот, надеть свои яшмы и добавить немного сладких духов. И вперёд!

Оля тем временем тоже переоделась – в маленькое черное платье. Макияж у неё был обычный экстремальный, но Оля не Ирка, она непременно найдёт себе на тусовке кого-нибудь поразвлечься на вечер. Ирка легко завязывала знакомства, но очень тяжело переходила из категории «подружка», а то и «свой парень» в категорию «интересная девушка». С ней трепались и обменивались новостями, ей поверяли тайны и рассказывали свои горести и беды. Поэтому она так и не нашла себе никого за те полгода, что от неё ушёл Димка. Ладно, на хрен Димку, там Оля уже маячит, что такси пришло, пора ехать.

Ресторан «Три медведя» находился недалеко от Иркиного дома – немного в гору и в сторону соседнего микрорайона. Ирка знала, что он там есть, но – чисто теоретически. И вот, благодаря Оле, выпал случай познакомиться.

У них на входе проверили приглашения и показали, где гардероб. Там осталась уличная одежда и уличная обувь, и пакеты с обычной одеждой. И можно было идти в зал, осматриваться.

Но сначала увидели их. С воплем «Ирка! Олька!» откуда-то прискакал Славка, Вячеслав Рыльский, однокурсник Ирки и Оли по истфаку. Да-да, тот самый, который про грудь и жопу. Хотя так-то ничего удивительного, он работает в городской администрации, это Оля красоту на людей наводит, а Ирка преподаванием перебивается, а некоторые однокурсники вполне в политике и в большом бизнесе.