Шрифт:
Пролог
Весеннее утро взорвало тишину птичьими трелями. Лариса обвела опустевшую комнату прощальным взглядом и подхватила с пола чемодан. Большая часть вещей была отправлена контейнером в город её детства ещё вчера. А того, что осталось, должно было хватить на первое время. Дочь с зятем объявили, что собираются сделать ремонт и купить новую мебель, так что она постаралась забрать с собой всё, что было дорого её сердцу.
Конечно же Лариса понимала стремление молодых свить уютное гнёздышко, полностью отвечающее их вкусам и требованиям, и ничуть на них не сердилась. Разве что слегка грустила о прошлом, а ещё немного страшилась того, что ждёт её впереди.
Когда-то и она мечтала о таком вот тихом семейном счастье рядом с любимым человеком. Да не вышло. Быть может, дочери повезёт больше. По крайней мере, со своей стороны она сделала всё, что могла для своего пусть и повзрослевшего, но всё же ребёнка. Даже оставила молодым двухкомнатную квартиру, в которой прожила без малого двадцать лет. А ведь не каждый отважится на переезд в другой город, разменяв пятый десяток. Пришлось оставить работу, налаженный быт, знакомых и попытаться начать жизнь с чистого листа.
— Мама, иди завтракать, — послышался голос Вероники.
Аппетита не было, но отказаться, значило обидеть дочь, а она и так последнее время чувствовала себя виноватой, хоть временами и не могла скрыть радости от того, что им с Вадимом не придётся уходить на съёмную квартиру, что несомненно съело бы значительную часть их семейного бюджета. Дело в том, что Вадим категорически отказывался продолжать ютиться в скромной двушке втроём. Даже не смотря на сложившиеся между ним и тёщей довольно мирные отношения, ничем хорошим такое соседство закончиться не могло. Рано или поздно начались бы ссоры, выяснения отношений. А с рождением детей всё стало бы только хуже. Все это понимали, взрослые же люди, и потому всё чаще подумывали о том, чтобы разъехаться и жить отдельно. Вот только подходящего варианта всё не было.
Решение о переезде было принято неожиданно. Ларисе позвонил бывший сокурсник, с которым они не виделись много лет. Прозвучавшее предложение возглавить финансовый отдел его фирмы, пришлось очень кстати. А уж обещанные в случае её согласия «плюшки» и вовсе показались женщине даром небес. Чего только стоила пусть и служебная, но вполне себе отдельная однокомнатная квартира в новостройке, да к тому же с правом выкупа, что при обещанной щедрым Лёвой заработной плате и имеющихся у неё накоплениях казалось делом осуществимым.
В реальности же всё вышло даже лучше, чем она предполагала. Коллектив, в котором Ларисе предстояло работать, принял её на удивление радушно. Поначалу она всех сторонилась, потому что никак не могла определиться со своим местом в этой накрепко сплочённой компании, но Светлана Валерьевна из рекламного отдела, а по совместительству жена шофёра Степаныча, взяла над новенькой шефство. И уже через неделю Лариса была посвящена не только во внутренние дела фирмы, но и знала все обстоятельства личной жизни её сотрудников.
Лёва сильно прибавил в весе и расстался с некогда пышной шевелюрой, но при этом не растерял присущего ему обаяния. Сотрудники за глаза называли начальника колобком. Он конечно, об этом знал, но никогда не обижался, напротив, сам часто подшучивал над своим небольшим ростом и немалым весом.
Компания Лёвы занималась импортом товаров для спорта, туризма, отдыха и рыбалки. Неудивительно, что все работающие в ней мужчины были заядлыми рыболовами, а женщины умели приготовить уху на костре так, что пальчики оближешь.
О переезде Лариса больше не жалела. На это попросту не было времени. Её закружил водоворот людей и событий, превращая жизнь женщины в один нескончаемый праздник. И даже возраст перестал иметь для неё какое-либо значение, она словно скинула с плеч груз прожитых лет и вновь ощутила себя молодой и полной сил. Наверное, это можно было бы назвать счастьем, хотя Лариса несколько затруднялась дать определение тому состоянию радостного возбуждения, в котором пребывала последние восемь месяцев.
День, ставший последним в её земной жизни, ничем не выделялся из череды прочих дней. Предполагался очередной совместный выезд на природу. Встать нужно было пораньше, чтобы успеть проскочить автомобильные пробки. Рассвет ещё только занимался, а микроавтобус с сослуживцами уже поджидал Ларису у подъезда.
Синоптики обещали жаркую безветренную погоду, а, значит, ничто не могло помешать активному отдыху трудящихся. Остановились, как обычно, на территории турбазы, так было безопаснее, но ночевать собирались в палатках, как настоящие дикари.
Место было оживлённое, но чистое и хорошо обустроенное. Многие приезжали сюда семьями и за несколько лет существования турбазы люди успели перезнакомиться и подружиться. Встречались уже как старые знакомые, обращаясь друг к другу по именам. Расспрашивали про детей и внуков, делились радостями и достижениями. А после жгли костры, вместе готовили ужин и пели песни под гитару.
Добравшись до места дислокации, Лариса и её сослуживцы разгрузились в рекордные сроки. А после женщины, оставив мужчин устанавливать палатки, отправились пробовать водичку.
Вода сначала показалась им слишком холодной и непригодной для купания, всё же лето было в самом начале. Однако восторженные вопли детворы, доказывали обратное. Вскоре разгорячённые тела трёх женщин привыкли к освежающей прохладе, и они поплыли прочь от берега, подальше от шумной толпы.
Лариса предпочитала плавать брасом. Ей нравился этот размеренный стиль. Можно было долго держаться на воде, не чувствуя усталости. Задумавшись, она не заметила, как заплыла довольно далеко. Её спутницы давно повернули к берегу, а Лариса всё рассекала воду ладонями, наслаждаясь её ласковыми прикосновениями.
Внезапно подул сильный ветер, по воде пошла рябь, а небо заволокло тучами. Умиротворение разом схлынуло, стало как-то неуютно. Лариса окинула взглядом небо и тихо выругалась в адрес синоптиков. Хоть бы словечком обмолвились о приближении грозового фронта.
Летние грозы — явление нередкое, но быстропроходящее. Вот только находиться в воде, когда вокруг сверкают молнии, не лучшая затея.
Свинцовые тучи тем временем обложили всё небо, грозно нависли над землёй, рокоча громовыми раскатами, как бы предупреждая зазевавшихся купальщиков о неминуемой расплате за их беспечность.