Шрифт:
– Татошка, стоять! – приказали из-за стола.
Он послушно встал.
– Ай, какая умница, на косточку! – и тётя Маша бросила ему плохо обглоданную куриную косточку.
Татошка радостно поймал её на лету и тут же жадно захрустел.
– Татошка, хорошая собака! – похвалила тётя Маша.
Ирка захихикала, а потом поинтересовалась:
– А меня он будет слушаться? А ну-ка, Татошка, лежать!
Татошка тут же лёг. Ирка была в восторге.
– Молодец, Татоша! Возьми! – и она бросила ему другую косточку.
Татошка голодными глазами проследил её траекторию, подскочил и снова поймал. Ирка снова захихикала.
– Попробовал бы он не послушаться! – мрачно буркнул Коля, отрываясь от тарелки. – Э, где твоё место?!
Татошка поплотнее вдвинулся в свой угол. При этом он не переставал хрустеть косточкой и всем своим видом показывал, что рад дрессировке и готов продолжать её.
– Ну что, дядя Жора, ещё по одной? – предложил Коля.
Дядя Жора, не отрываясь от курицы, согласно кивнул и пододвинул свой стакан. Коля вытер жирную руку кухонным полотенцем, взял бутылку и налил: ему и себе. Тётя Маша недовольно покосилась на стаканы.
– Не напейтесь тут, смотрите! Вот когда всё закончится, тогда все напьёмся… Ну-ка и мне немножко плесни!
Коля опять взял бутылку и налил водки тёте Маше.
– Стоп, хватит! Куда ты мне столько льёшь?!
– Да ладно, тёть Маш, из себя целочку строить! – Коля поставил бутылку на стол.
– Я те дам, "целочку"! – усмехнулась тётя Маша и взяла стакан. – Ну, за скорейшее окончание!
Ирка, между тем, опять повернулась к Татошке.
– Татошка, сидеть! – приказала она.
Он сел, подвернув под себя ногу.
Ирка засмеялась:
– Ну как ты сел? Разве так собаки сидят? Ну-ка сядь, как нормальная собака!
Татошка сел по-собачьи.
– Ну вот, теперь молодец! – сказала Ирка и бросила ему очередную косточку.
Но на этот раз косточку он не поймал.
– Эх ты, – огорчилась Ирка. – Нет, так ты её не получишь!
Она встала, шагнула к Татошке и отобрала у него косточку. Татошка безропотно отдал. Лишь виновато и чуть обиженно поднял на неё глаза.
– Теперь заслужи, – сказала Ирка, помахивая косточкой. – Какие там ещё команды должны выполнять собаки? А, знаю! А ну-ка, голос!
Он удивлённо посмотрел на Ирку. Ирка нахмурилась.
– Так, я кому сказала: голос! Все собачки гавкать умеют, а ты, значит, нет?! А ну-ка голос!
От Иркиного хорошего расположения не осталось и следа. Она смотрела на Татошку злыми глазами.
– Голос! – закричала она.
Татошка торопливо гавкнул.
– Ещё голос! – приказала Ирка
Он загавкал.
– Ну хватит там, – сказал Коля. – Чё придумали. Заняться нечем? Не хватало ещё, чтобы сюда соседи припёрлись. Ещё подумают, что у нас здесь живодёрня.
– Не поймаешь – не получишь! – сказала Ирка и бросила Татошке косточку.
Он поймал.
– Ну ладно, так и быть, ешь, – сказала Ирка и повернулась к столу.
– Дядя Жора задумчиво посмотрел на хрустящего косточкой Татошку.
– Да, брат, запаршивел ты быстро, – сказал он. – И что же с тобой теперь делать? Только место зря занимаешь. И воняет уже от тебя. Того и гляди гадить под себя начнёшь! И насекомыми откуда-то обзавёлся… Где ты их взял, тебя же отсюда никуда не выпускают?
Татошка виновато смотрел на дядю Жору. Впору было униженно завилять хвостом.
– Ладно, сейчас решим, что с тобой делать, – сказал дядя Жора.
Потом усмехнулся и приказал:
– Место!
И Татошка поспешно взобрался на табуретку в углу.
Коля заржал, захихикала Ирка, заулыбалась тётя Маша.
– Ни хрена себе собака! – сказал Коля и взял бутылку. – Дядя Жора?
Дядя Жора кивнул.
– Может, хватит уже? – воскликнула тётя Маша.
Коля согласно кивнул и налил ей тоже. Тётя Маша махнула рукой.
– Давайте решим, что мы будем с этим делать? – дядя Жора поднял стакан и рукой со стаканом указал на угол.
– Вот и я говорю, – подхватила тётя Маша. – Это самое главное теперь. И, считай, дело сделано!.. Коль, может ты это на себя возьмёшь?
– Ага, самая умная? – возразил Коля. – Может, сама это на себя возьмёшь? Или, вон, Ирке доверим?
Ирка опять хихикнула.
– А Татошка ваш сегодня свою порцию получал? – спросил дядя Жора.
– Нет ещё, ответила тётя Маша. – Ещё ж утро!
– Налейте, – распорядился дядя Жора.
Взяли ещё один стакан, Коля налил половину.
– Лей полный! – сказал дядя Жора.
– Твою мать! Жалко же на эту собаку водку тратить!
– А что не жалко? Лучше уж водку, – возразил дядя Жора.
Коля налил стакан доверху и передал Ирке.
– На, отдай.
А потом громко сказал Татошке:
– Смотри не разлей, как в тот раз. Слышишь ты, собака? Разольёшь, тварь… – Коля показал Татошке здоровый кулак.
Татошка мелко закивал. В ожидании стакана руки у него затряслись.
– Ну, за успешный бизнес! – произнёс дядя Жора.
Все чокнулись и выпили. С Татошкой не чокались. Он в своём углу, сглотнув слюну, поднёс дрожащими руками стакан ко рту и начал жадно пить. Быстро, большими глотками, не отрываясь. Как будто его мучила жажда, а в стакане была вода. Допил до дна и протянул стакан, благодарно тряся головой. Ирка забрала стакан, и Татошка счастливо привалился спиной к стене. Мир стал поворачиваться куда-то налево и вниз и никак не мог остановиться. Только стены были надёжной опорой.