Чтение онлайн

Пока стол застилали скатертью, герцог велел принести ему чернила и бумагу и быстро набросал срочное письмо своему главному доверенному лицу.

«Мой дорогой Скривен, — писал он, — по получении сего будьте так любезны послать ко мне Нитлбеда с одеждой, которая может мне понадобиться и двумя или тремя сотнями фунтов в банкнотах. Он может поехать в моей карете и привезти с собой лакея. Мне было бы также удобно иметь мой экипаж с подходящими гнедыми, их можно привести небольшими перегонами, вместе с моим Пурци и серой кобылой. Я пошлю это письмо с нарочным и умоляю вас не откладывать исполнение изложенных в нем указаний. Ваш, и т. д., и т. п., Сейл.»

Он уже стряхивал песок с этого послания, когда ему пришло в голову, что его доброжелатели были бы не прочь получить о нем некоторые сведения. Он добавил постскриптум: «Пожалуйста, сообщите лорду Лайонелу, что я в прекрасном здоровье».

Таким мастерским образом утешив тревогу и любопытство, которые могли возникнуть у его домочадцев, он запечатал письмо, надписал адрес и нанял для его доставки в Лондон специальную почтовую карету. После этого он присоединился к своим юным друзьям за обеденным столом, принял участие в простой трапезе, поторопил Тома в театр и убедил Белинду лечь в постель. Сам же критически осмотрел свой дорожный наряд. Никакие приключения не могли скрыть покрой и качество его шотландского оливково-зеленого пальто или превосходное качество высоких сапог с отворотом, но дорожное пальто и бриджи из оленьей кожи, даже в прекрасном состоянии, никак не могли рассматриваться в качестве пригодной одежды для вечернего выхода. Неделей раньше герцог сразу отбросил бы мысль появиться на Лора-Плейс в таком наряде, но приключения, через которые он прошел, настолько ожесточили его чувствительность, что он оказался в состояний встретиться лицом к лицу со швейцаром леди Эмплефорд, отворившим ему дверь, не покраснев. Звуки скрипки и огромное количество шляп и плащей в прихожей свидетельствовали, увы, о том, что леди Эмплефорд принимает гостей. Он подчеркнуто не обратил внимания на то, что швейцар неодобрительно покосился на его костюм и спокойно сказал:

— Леди Хэриет Престижн дома?

— Ну, сэр, — с сомнением ответил швейцар, — в некотором смысле, да, но сегодня миледи устраивает один из своих музыкальных вечеров.

— Да, я слышу, — сказал герцог, проходя в прихожую и кладя свою шляпу. — Я не одет для приема, и я не побеспокою ее. Будьте так любезны передать записку леди Хэриет!

Швейцар, к этому времени оценивший всю чудовищность его костюма, твердо сказал, что едва ли это возможно, так как леди Хэриет очень занята.

— Нет, я думаю, это вполне возможно, — спокойно проговорил герцог. — Сообщите леди Хэриет, что герцог Сейл прибыл в Бат и желает видеть ее — лично!

Эта речь поколебала швейцара. Он знал, конечно, что леди Хэриет помолвлена с герцогом Сейлом, но ему казалось совершенно невероятным, что такая высокопоставленная особа нанесет визит леди в мятом пальто и испачканных брюках. Он сказал хитро:

— Да, ваше сиятельство. Я отнесу визитную карточку вашего сиятельства наверх к миледи.

— У меня ее нет.

Услышал это бесстыдное заявление, швейцар со всей ясностью понял свой долг. Он приготовился вытолкать незваного гостя.

— В таком случае, сэр, вы простите меня, но я не могу принять на себя ответственность и потревожить ее милость!

К счастью для достоинства герцога, в этот момент в прихожую вошел дворецкий леди Эмплефорд.

— А, вот и Уимпл! Я надеюсь, вы не собираетесь отречься от меня, Уимпл. Я бы хотел наедине поговорить с леди Хэриет.

Дворецкий уставился на него, потом раскрыл рот от удивления.

— Ваше сиятельство!

— Благодарение Богу! — сказал герцог, улыбаясь. — Я боялся, что вы позабыли меня и собираетесь велеть этому крепышу, чтобы он спустил меня с лестницы.

— Нет, в самом деле, ваше сиятельство! Я… я подозреваю, что ваше сиятельство только что прибыли в Бат? Ваше сиятельство хочет, чтобы я объявил о вас или, может быть…

— Как вы сами видите, я не могу предстать перед леди Эмплефорд. Леди Хэриет, я думаю, простит меня за то, что я пришел прямо с дороги?

— Непременно, ваше сиятельство! — просиял Уимпл, весьма тронутый этим проявлением любовного нетерпения. — Может быть, ваше сиятельство снизойдет до того, чтобы подождать в столовой, где вас никто не потревожит? Я немедленно сообщу леди Хэриет о вашем прибытии!

Герцога, который изъявил желание подождать в столовой, проводили в помещение в задней части дома. Пока младший лакей зажигал свечи, дворецкий отправился искать леди Хэриет. Герцогу не пришлось ждать долго. Через несколько мгновений Уимпл открыл дверь для леди Хэриет. Он мечтательно вздохнул, так как был по натуре романтиком, и ему льстила роль посланника любви.

Герцогу бросилось в глаза, что его нареченная выглядела не лучшим образом — она была даже несколько бледна и, казалось, страдала от какого-то волнения. Он была изысканно одета в платье из белого крепа, отделанного кружевами, ее волосы были красиво завиты локонами, но ей не помешало бы немного румян. Когда дверь за Уимплом закрылась, она почти отпрянула от герцога и слабым голосом произнесла:

— Джилли! Бог мой!

Он шагнул к ней, беря ее за руку и целуя ее. Она задрожала, и он почувствовал ее неровное дыхание. Он удивился, почему Хэрнет, которая знала его всю хизнь, так его испугалась. Он удержал ее руку.

— Хэриет, я испугал тебя? Я негодяй, что пришел к тебе в таком ужасном виде!

— О, нет! — прошептала она. — Нет, нет!

— Право, я прошу прошения! — сказал он, улыбаясь ей. — Но я в чертовском затруднении, Хэриет, и я пришел к тебе просить о помощи!

Ее бледность стала еще более заметной. Она мягко высвободила свою руку.

— Да, Джилли, — кивнула она. — Конечно, я помогу тебе.

— Ты всегда была лучшим другом, Хэриет! — продолжал он. — Но у меня необычная просьба! У меня нет права просить тебя об этом!

Она подняла руку, словно чтобы заставить его замолчать, а потом снова ее уронила. Немного отвернувшись, она сумела сказать только лишь со слабой дрожью в голосе:

— Тебе не нужно говорить мне, Джилли. Ты никогда этого не хотел. Я — я знала это с самого начала. Ты хочешь, чтобы я объявила о… разрыве нашей помолвки?

— Хочу ли я, чтобы ты объявила о разрыве нашей помолвки? — повторил он как громом пораженный. — Боже милостивый, нет! Почему, Хэриет, что заставило тебя так думать? Она начала скручивать концы своего газового шарфа, накинутого на плечи.

— Это не так, Джилли? Пожалуйста, не старайся щадить мои чувства! Я знала, что была неправа. Я не должна была… Но еще не поздно! Ты видишь, я знаю! И я в самом деле не упрекаю тебя!

— Хэриет, у меня нет ни малейшей догадки, о чем ты говоришь! — недоумевал герцог, — О чем таком ты знаешь? Что я должен был сделать, чтобы заслужить непонятные намеки?

Удивление дало ей храбрость взглянуть на него. Она сказала, запинаясь:

— От Гейвуда я узнала, что ты пропал. Конечно, я не верила гнусной клевете, которая ходит по городу, как он говорит! Но…