Чтение онлайн

— Питт, не превышаешь ли ты свои полномочия, — сказал Сэндекер, подавляя раздражение.

— Да, сэр, до некоторой степени. Однако мне кажется, что у меня есть некое моральное право поступать именно таким вот образом.

— Объяснись, — приказал Сэндекер, вид у которого в тот момент был весьма воинственным. Адмирал старательно играл свою роль, проявляя более чем явные актерские задатки.

— Дело в том, джентльмены, что в моем распоряжении имеются данные, которые позволяют мне заключить, что «Титаник» не сможет выдержать ураган, движущийся на нас. Этот ураган обладает слишком большой разрушительной силой.

— Что правда, то правда, это корыто со времен египетских пирамид выдержало такие нагрузки, которые не доводилось выдерживать более ни одному рукотворному объекту, — заметил Спенсер. — А теперь, господа, великий предсказатель будущего Дирк Питт смеет уверить достопочтенную публику в том, что после всего, что «Титанику» довелось испытать, лайнер спасует перед каким-то вшивым штормом и при первом же ударе урагана отправится на дно.

— Я формулирую несколько иначе. Я лишь хочу сказать, что нет решительно никаких гарантий, что «Титаник» во время шторма не пойдет ко дну. Вот как я сказал бы, — произнес Питт. — В любом случае, поскольку существует реальная опасность, мне кажется целесообразным и логически оправданным сократить число потенциальных жертв до минимума. Лишние жертвы после всего, что мы сумели сделать, нам решительно ни к чему: я настолько в этом убежден, что не буду даже и обсуждать сей тезис.

— Постой-ка, постой… — сказал Драммер. — Значит, если я сейчас тебя правильно понял, все наши усилия коту под хвост?! Несмотря на то, что мы сделали за эти девять месяцев, поджать хвосты и убраться в безопасную кают-компанию «Каприкорна», так получается, что ли?! — В состоянии бешенства орлиный профиль Драммера казался еще более грозным. — Значит, все мы убираемся на «Каприкорн», пережидаем там ураган, а вы двое будете тут, а? Я правильно тебя понял?

— Ты великолепно понял меня, Драммер.

— С ума ты спятил, мне кажется.

— Да ведь это и невыполнимо в самом буквальном, в практическом отношении, — подал свой голос Спенсер. — Ведь только для обеспечения бесперебойного функционирования всех дизельных помп требуется четыре человека.

— И кроме того, — сказал Ганн, — в ближайшие часы, как только шторм начнет болтать «Титаник», в корпусе ниже ватерлинии могут во множестве открыться новые трещины и вообще все, что угодно. Никто не скажет сейчас наверняка, как именно поведет себя корабль в экстремальных условиях.

— Ох, Господи ты Боже… — протянул Драммер. — Почему-то все, кто метит в герои, мыслят абсолютно одинаково. Всякий раз они подают ценные идеи под предлогом спасения всех остальных. Во-первых, кто и когда говорил, будто кроме такого-то и такого-то всех остальных нужно спасать?! Я, например, никогда никому не говорил, будто меня требуется спасать. Это — раз. И во-вторых. Все-таки, не будем забывать, что какие бы замечательные люди тут не оставались, но физически два человека не могут управиться с такой махиной, как «Титаник». Спенсер тут сказал, но как-то на его слова мало внимания обратили. А ведь сказал он совершенно правильно. Не смогут двое справиться со всем оборудованием. Так что я вношу предложение: не суетиться, не дергаться, всем оставаться на местах и заниматься своей работой. Господь, он ведь тоже милостив. Я буду настаивать на этом предложении.

Спенсер внимательно изучил лица всех шестерых человек, входящих в команду. Все они смело посмотрели на него; у всех от усталости и перенапряжения были измученные лица и покрасневшие глаза. Все, как по команде. согласно кивнули, выражая солидарность с Драммером. Спенсер обернулся к Питту.

— Извини, наш достопочтенный лидер и вожак, но дело в том, Спенсер и его банда водососных специалистов единогласно приняли решение оставаться на своих местах и выполнять свою работу.

— И я тоже, — откликнулся молчавший все это время Вудсон.

— Я с парнями, — сказал Ганн.

Шеф Баском тактично коснулся рукой плеча Питта.

— Вы уж извините нас великодушно, только я с моими парнями, мы присланы сюда, чтобы помогать вам, и мы намерены вам помогать до того самого момента, пока не завершится вся эта экспедиция. Тем более, что по буксированию кроме нас тут нет специалистов, а буксировка, скажу вам по секрету, это очень сложная работа, ведь за тросом нужно все время следить. Глаз да глаз, так сказать. Как только шторм начнется, мы с коллегами будем каждый час проверять, не протерся ли буксировочный трос в местах, где он касается металла, нет ли на тросе «барашков». И потом, кто кроме нас умеет смазывать трос, а? Вот то-то и оно. Так что мы с парнями остаемся.

— Так что извини, Питт, мой дорогой, — сказал Сэндекер, не скрывая своего торжества по поводу обсуждения проблемы. — Извини, на сей раз ты проиграл.

Послышался приближающийся шум вертолета, который умелой рукой Стерджиса был мягко посажен на палубу «Титаника».

Питт пожал плечами и сказал, обращаясь ко всем присутствующим в гимнастическом зале:

— Ну что ж, раз вы такие все умные, раз вы все уже решили, пусть так и будет. Потонем — так вместе. Будем плавать — опять-таки вместе, а вместе, как известно, плавать всегда веселее, — он устало улыбнулся. — Советую всем до начала шторма хорошенько перекусить. И попытайтесь отдохнуть, а еще лучше — вздремнуть. Нам всем предстоят не самые легкие часы. Может, будем спать в последний раз. Через несколько часов здесь будет Аманда, и мы как раз окажемся на линии ударной волны. А о последствиях я и говорить не буду. Все всё увидят, прогнозы тут ни к чему.

С этими словами Питт повернулся на каблуках и вышел из зала, направившись прямиком в сторону импровизированной вертолетной площадки. «Что ж, — думал Питт, — кажется, удалось сыграть недурную сцену. Все-таки, что там ни говори, а в каждом человеке сидит лицедей. Конечно, за это представление мне едва ли дадут театральную премию, однако не следует сбрасывать со счетов тот факт, что я сумел полностью подчинить себе аудиторию. Это чего-нибудь да стоит…»

Джек Стерджис был щуплым низкорослым мужчиной с вечно грустными глазами, какие очень нравятся сексуально озабоченным женщинам. Стерджис курил сигареты, засовывая их в длинный мундштук, который предпочитал не выпускать из зубов. Он также имел привычку выпячивать подбородок — поскольку давным-давно кто-то сказал, что с выпяченным на этакий вот манер подбородком он напоминает Франклина Рузвельта.

Стерджис только успел вылезти из своей машины, когда на площадку пришел Питт.

Стерджис вопросительно посмотрел на Питта и спросил:

— Будут какие пассажиры, нет?

— На сей раз нет.

Стерджис вместо ответа этаким мужественно-безразличным жестом сбросил пепел сигареты.

— Я так и думал, когда сюда летел, что лучше всего было бы мне оставаться в теплой уютной кабине на «Каприкорне», — он горестно вздохнул. — Ведь летать перед самым носом у мощного урагана — много ума не надо. А разбиться я еще успею, сколько угодно возможностей у меня будет.