Шрифт:
Прошла зима. Настало лето. Спасибо партии за это!
Юрий Александрович Влодов.
Глава 1. Удали меня из друзей, плиз
Палящее солнце. Белый песочек, прям как в рекламе «Баунти». Гигантские пальмы с кокосами-убийцами. Райские птицы с именами типа капский голубок, бурокрылая ржанка и обыкновенная глупая крачка. А главное – никаких людей.
Степан закрыл глаза и представил, как он просыпается там, на собственном острове в Тихом океане. Задница программиста уже перепорхнула с навороченного офисного кресла в уютный гамак, где ничего, кроме искривления спины, не могло помешать отдыху.
– Степан! – ворвался мужской голос в затуманенное сознание программиста.
Степан приоткрыл левый глаз. Увы, вместо райского пейзажа он увидел лишь привычный ему рабочий комп. Из-за монитора, вытаращив глаза, выглядывал Макс, коллега Степана. Безмятежная улыбка медленно сползла с лица Стёпы. Он поджал губы и указал Максу на свои уши, где торчали его любимые белые наушники-вкладыши с прошивкой, которую он написал сам. Степан спросил:
– Не видишь что ли, что я в режиме «Не беспокоить»?
– Не до этого! Это ты взял мои таблетки? – воскликнул Макс.
Голос у Максима был высоким. В офисе все уже давно поняли, что Макс вообще не умел говорить спокойно.
– Зачем мне брать твою наркоту? – спросил Степан.
– В который раз говорю: это не наркотики! И как это «зачем»? Модафинил повышает продуктивность – ты, очевидно, хочешь обогнать меня по показателям!
– Я и так тебя обгоняю.
Макс пропустил его замечание мимо ушей и продолжил возмущаться:
– Ты бы ещё знал, как тяжело было достать эти таблетки в России!
– Пш-ш, – задумчиво буркнул увлажнитель воздуха на столе Макса. Помимо разных гаджетов и побрякушек из Юго-Восточной Азии у коллеги Стёпы на рабочем месте был ещё и так называемый целительный кристалл голубоватого цвета, который тот купил за несколько десятков тысяч рублей.
Степан оглянулся: он, а также ещё около пятидесяти сотрудников, сидели в офисе российского филиала Соцсети, самой большой корпорации в мире. Столы в помещении, по наставлению обожающего фэн-шуй начальства, были расставлены так, чтобы лица сотрудников были направлены на восток. Между рабочими местами не было перегородок, из-за чего о звукоизоляции и приватности можно было лишь мечтать. Большинство сотрудников компании ходили по тёплому полу офиса босиком – считалось, что таким образом лучше устанавливалась сакральная связь с землёй.
Макс залез под стол, где у него была подушка, на которую он обычно ставил свои босые ноги. Приподняв её, он нашёл то, что искал – маленький полупрозрачный контейнер с таблетками.
– А, закатился! – воскликнул Макс.
Степан покачал головой и постарался сфокусироваться на экране своего монитора. В отражении он увидел себя: бледного вида парня с короткой стрижкой, с неровной щетиной и с заметными мешками под глазами. Стёпа был одет в поношенный тёмно-синий свитер с абстрактным геометрическим узором. Ещё дед Степана носил этот свитер, поэтому он ни за что не променял бы его на что-то более модное.
– А ты сдал анализы, о которых я тебе говорил на прошлой неделе? – спросил Макс.
– Угадай с первой попытки, – ответил Степан и бросил на коллегу тяжелый взгляд.
Несмотря на страсть к навороченным витаминам и приверженность совершенно безумным правилам жизни относительно сна и питания, Макс внешне совсем не был похож на супермодель. Он был молодым, слегка подкачанным брюнетом невысокого роста с серебряной серьгой в ухе. В тот день Макс надел бежевый пиджак и яркие красные штаны. А на руке у него, как обычно, была навороченная белая перчатка, которая каждый час брала у него кровь на анализ.
Максим скрестил руки на груди и сказал:
– Ума не приложу: почему такой образованный парень, как ты, даже не знает, сколько у него витамина D? А мы ведь в Питере живём, между прочим!
Степан повернулся к окну, где вдалеке показывался исторический центр его родного города. Сегодня, увы, культурную столицу скрывал смог. Степан посмотрел на коллегу и спросил:
– Можно я просто буду платить тебе, чтобы ты молчал?
Макс скорчил недовольную рожу и продолжил возмущаться. В ответ на это Степан включил режим шумоподавления в наушниках, однако слова типа «биохакинг», «слёт-2023» и «инсулин» все равно просачивались в его уши.
Степан взглянул в угол экрана своего монитора, там было написано: «11:31 22 августа 2023 года».
«Только начало рабочего дня… За что мне всё это?..»
– Пшш, – понимающе булькнул увлажнитель воздуха.
Вверху экрана монитора отобразился логотип Соцсети: мультяшная паутина, в центре которой было изображено всевидящее око внутри треугольника.
Степан открыл список задач по работе. Все они были связаны с алгоритмом новостной ленты Соцсети. Именно этот код и решал, что видели пользователи на сайте. Представители корпорации неоднократно заявляли, что алгоритм новостной ленты работает абсолютно объективно. Однако Степан знал, что у совета директоров Соцсети был способ повлиять на алгоритм так, чтобы обычные смертные этого не заметили.
Пробежавшись по списку задач, программист выбрал себе ту, где нужно было оптимизировать огромный участок кода. Казалось бы, зачем было браться за сложное? Всё просто: эту задачу можно выполнить, ни с кем не общаясь.
– Степан? Ты меня слушаешь вообще? – донёсся голос Макса.
– Нет.
– Неудивительно, что с тобой мало кто хочет дружить, – ответил Макс.
– Вообще-то… – начал Стёпа, но его прервал возвышенный голос:
– А стоило бы послушать тебе его, Степан, ибо не занимать мудрости ему.
Программист поднял глаза и увидел, что сзади к Максу подошёл высокий лысый мужчина в коричневой тунике из грубого хлопка и в чёрных шароварах. Это был начальник Степана. Вид у менеджера был такой, как будто он каждое утро вместо завтрака внюхивал чистую нирвану. На месте «третьего глаза» на лбу у него была красная точка, глаза были подведены черными тенями, а на его шее висело ожерелье из разноцветных бусин.
– Когда же достигну я уровня мудрости твоей, о, мистер менеджер? – сказал Степан.