Чтение онлайн

– Comme vous voulez, – простодушно сказала я и, изогнувшись, впилась в него губами. Миша отпрянул, словно поцеловавшись с льдом, и от волнения подавился чаем.

– Вы… Вы специально затащили меня сюда, чтобы устроить это испытание нервов?

– Не знаю, – с сомнением пробормотала я, – а что, я не нравлюсь тебе как женщина?

Подобных поступков я не позволяла себе никогда. Вот так, прямым текстом, обозначить свои желания. И, что ужасно, я утратила над собой контроль. Теперь за меня говорило мое подсознание.

– Но это же глупо! – в отчаянии воскликнул он, – кто я такой, чтобы целоваться с Вами?

– Мой лучший студент, – ответила я ему и в ту же секунду обхватила его руками.

То, что творилось в последующие пять минут, можно назвать проявлением животной страсти. Мозг отключился, провалившись во тьму, а все мое я очутилось в чьей-то власти. Мы быстро разделись и прямо на полу в нелепой позе отдались инстинктам. Чудной финал не менее чудного дня. А впрочем, так обычно и бывает в жизни…

Если кто думает, что у меня было много мужчин, спешу огорчить – это далеко от истины. Почти десять лет, проведенные с Ильей – львиная доля моей взрослой жизни. И я, настоящий ангел во плоти, все это время хранила верность мужу. Не потому, что боялась потерять семью, а потому, что другой мне был не нужен.

Так получилось, что до знакомства с ним в моем архиве завалялось только два романа. И оба – с мужчинами, которые на тот момент вполне сгодились бы на роль гуляющего с дочкой папы. Так что, признаться, я была не сильна в общении с юношами двадцатилетнего возраста. И близость с Мишей – не рядовая глава, а исключение из однообразной повести.

Наш секс затянулся на пару часов: сначала – в ванной, потом – в кровати. Я будто вырвалась из сдерживавших меня оков и улетела в неземные дали. Мне было стыдно, но хорошо до слез, и я рыдала, содрогаясь от оргазмов. И вдруг все кончилось. И превратилось в дождь. И я опомнилась. В одно мгновенье. Сразу.

– Вам плохо? – Миша побелел как снег, – у вас такой вид, будто Вы вот-вот умрете…

– Тьфу на тебя, – через силу улыбнулась я, – просто я вспомнила, что завтра еще зачеты.

Он тут же поник и, тяжело вздохнув, неловким движением избавился от одеяла. Что ж, мне хватило двух часов, но для него этого было мало.

– Ты куда? – рассеяно спросила я, едва оторвав голову от подушку.

– Домой, – машинально ответил он, – уже почти семь, и меня ждут на ужин.

– Позвони и скажи, что задержишься до утра. В конце концов, ты достаточно взрослый мальчик.

– Не надо. Мне кажется, ты сама должна понимать, что не стоит углубляться дальше.

Я с изумлением приняла обращение на «ты», а про себя отметила свою победу. Тем более, в целом Миша был совершенно прав – нормальные люди не остаются у любовниц в среду.

– Ты позвонишь? – пожалуй, неуместный вопрос. Но как промолчать, когда внутри – затмение?

– Да. Если хочешь… – тихо промолвил он. И снова уставился на меня с удивлением.

Странное утро, странный день и – о, всевышний! – не менее странный вечер. Закрыв за ним дверь, я прижалась к холодной стене и только тогда осознала бессмысленность этой встречи. Да, наконец-то я получила секс. В полном объеме и в соответствии со своим желанием. Но, черт возьми, что мне делать с Мишей теперь? И как вообще вести себя на втором свидании? На данный момент нас связывало лишь одно – Хулио Санчес, лежащий в больнице в коме. Возможно, я даже сумею познакомить их. Но в этом случае придется обратиться к Оле. И тогда… Меня охватила дрожь. Что скажет подруга, узнав о моих похождениях? Да, ее опыт еще более «хорош»… Но все же – она встречается со своим поколением.

Нить размышлений оборвал телефонный звонок. Такой же пронзительный, как и ранним утром. Только сейчас мне было уже все равно – я сделала шаг и машинально схватила трубку.

– Алло, – прогремело у меня в ушах, – Вера, ты дома? А почему отключен мобильный?

– Так получилось, – обреченно вздохнула я. Своими расспросами Жанна запросто сведет в могилу.

– Понятно, – резко обрубила она и неожиданно переменила тему, – надеюсь, ты сегодня одна? Мне очень плохо и требуется твоя поддержка.

– А…? – не сразу сообразила я. Обычно у Жанны немного другие просьбы.

– Так что? – нетерпеливо спросила она, – я собираюсь и приезжаю в гости?

– Угу, – промычала я в ответ, прекрасно зная особенности ее поведения. Если хоть раз категорично сказать Жанне «нет», потом до смерти не допросишься у нее прощения.

– Тогда жди меня через полчаса, – она подобрела и положила трубку. Я застонала, накинула халат и полумертвая пошла на кухню.

Вообще-то, Жанна бывает у меня раз в квартал. А то и реже, в зависимости от обстоятельств. Но неизменно каждый ее визит кончается ссорой и потоком отборных ругательств. С завидным упорством вот уже несколько лет она пытается сделать из меня человека. С ее точки зрения, моя непутевая жизнь никак не укладывается в широкую поступь века. Возможно, в чем-то она права – общение с Ильей не прошло для меня бесследно. Но эти упреки, перетекающие из года в год, скорее не помощь, а раздражитель нервов. Впрочем, я все равно благодарна ей. Что бы я делала, если б не она и Ольга? Наверно, попала бы в сумасшедший дом. Или, что хуже, подсела бы на наркотики…

В правилах Жанны – не опаздывать никогда. Пусть даже весь мир провалится в преисподнею. Поэтому где-то через полчаса из коридора донеслась мелодия. Пронзительно грустная, доводящая почти до слез, она наполнила мою квартиру стоном. Я обомлела и дослушала ее до конца, прежде чем щелкнуть открывателем домофона.

Через минуту Жанна была у меня, слегка растрепанная, с синяком под глазом. Такой несчастной я не видела ее никогда. Даже в больнице после инцидента в Глазго.

– Ну… Что стряслось? – виновато спросила я, будто сама наградила ее фингалом.

– Так… Ничего… Банальный семейный скандал. Господи, Вера, ну зачем я выходила замуж?

– У-упс, – меня словно окатили водой в десятый раз за эти сумасшедшие сутки. Я поперхнулась и, не чувствуя под ногами пол, стала гадать, что произошло у нее с супругом.

– Дурак, – озлобленно процедила она, вложив в одно слово необъятное море гнева, – только подумать, он поверил своей сестре, по мнению которой, я продажная стерва.

– А повод?

– Повод? – она опустила глаза и рассмеялась раскатистым нездоровым смехом, – скорее зависть и нежелание признать, что женщины тоже способны достичь успеха.