Подрывник
Шрифт:
Саша дождался последней машины, выскочил на дорогу и, догнав грузовик, ухватился за борт, подпрыгнул и вскочил ногой на фаркоп. Держась одной рукой за борт, второй поднял брезент.
В кузове в три ряда по высоте лежали зелёные ящики. В глаза сразу же бросилась маркировка чёрной краской. Да это же стодвадцатимиллиметровые мины к миномётам. Ясно, это — артиллерийский склад!
Саша спрыгнул с машины. Не устояв на ногах, упал, перекатился и тут же бросился в кусты, за деревья. Вот-вот должен был появиться пост с часовыми и шлагбаум. Главное — он узнал, что это за склад. Вот бы взорвать его!
Саша вернулся к Борису.
— Идём в схрон.
— Узнал?
— Миномётные мины в грузовиках.
Дальше они шли молча, но вернулись в схрон уже в потёмках, немного поплутав в поисках люка.
На следующий день в полдень Саша только сосредоточился, чтобы обдумать план диверсии, как в люке показалась голова Сергея.
— Командир, по лесу идёт кто-то. Голоса слышны, треск сучьев.
— Тревога!
Они с Борисом выбрались из схрона. Оставаться в нём — всё равно что запереть себя в ловушке.
Точно, посторонние в лесу! Едва заметны среди деревьев. Вот они остановились, и вперёд двинулся один. Да это же комиссар, целую группу привёл!
— Не ждали так скоро? Принимайте пополнение!
Подошедший комиссар был доволен, а Саша был слегка обескуражен. Договаривались о десяти, а тут верных пятнадцать человек, и один — прямо совсем мальчишка, лет пятнадцати. Не хватало ещё детский сад опекать!
— В одну шеренгу стройся! — скомандовал Александр.
Встали медленно, не по росту. Саша не был поклонником муштры, тем более здесь не армия. Но приказы командира должны исполняться быстро и неукоснительно.
— Разойдись!
Вновь прибывшие переглянулись, но разошлись. Некоторые закурили. Стоявшие в сторонке Сергей и Борис ухмылялись, предвкушая предстоящее действо.
— В одну шеренгу становись! — снова подал команду Саша.
И опять все построились.
— Разойдись!
И через пару минут — опять:
— В одну шеренгу становись!
До парней кое-что стало доходить, и на этот раз построились они быстро.
— Встать по росту! — последовала новая команда.
Долго толкались, но встали.
— По порядку рассчитайсь!
— Первый, второй… четырнадцатый.
— Значит, так, бойцы. Я командир отряда, для вас — Иванов. Беспорядка и неисполнительности в своём отряде не потерплю. Да, у нас — не регулярная армия, но приказы следует выполнять быстро. От этого в бою будет зависеть ваша жизнь и жизнь ваших товарищей. Все допущенные вами ошибки будут исправлять немцы — из пулемётов и автоматов. Ясно?
— Ясно, — послышались нестройные голоса.
— В армии отвечают «так точно». А теперь давайте познакомимся поближе.
Саша прошёл вдоль шеренги, спрашивая фамилии бойцов, возраст и род занятий до войны. Особое внимание уделял умению новоприбывших стрелять.
Семь человек — половина из пришедших — имели значок ГТО или «Ворошиловский стрелок». «Уже хорошо, — отметил про себя Саша, — не надо учить обращаться с винтовкой, а главное — не надо учить стрелять. На выстрелы в лесу все полицаи и каратели сбегутся».
— Что у вас в сидорах?
Двое принесли обещанные «чекистом» тол в шашках, а один — подрывную машину и моток провода. Саша, как увидел допотопную ПМ-1, обрадовался. Машина старенькая, эбонитовая, корпус потёрт и надтреснут, но она есть. От избытка чувств он едва не закричал «ура».
— Старшина Шередин!
— Я! — Борис шагнул вперёд.
— Расположите бойцов в схроне, мест хватит.
— Сержант Рогозин!
— Я!
— Назначаю вас командиром взвода. Раздать винтовки и патроны, научить обращению с оружием — чистка, разборка, заряжание.
— Так точно!
Парни посерьёзнели, полезли за сержантом и старшиной в люк схрона.
К Саше подошёл комиссар.
— Ты не слишком ли круто взял?
— Так и надо, партизанской вольницы не будет. Либо они подчиняются командованию, либо пусть уходят. Не в игрушки играем.
— Правильно.
— Вот и будешь комиссаром отряда. На тебе — связь с Анатолием Терентьевичем, с городским подпольем и политическая работа — чтобы не разлагались, чтобы дух боевой у ребят был.
— Саня, ты и правда сержант?
— А что?
— Как опытный командир себя ведёшь, минимум — как лейтенант.
И началась учёба. Сергей и Борис учили парней разбирать и собирать оружие, причём не только трёхлинейки, но и немецкий автомат МР-40 и пулемёт МГ-34. Бойцы должны знать трофейное оружие. Сам Саша рассказывал им, как маскироваться, как ходить, не издавая шума.
Через неделю обучения Саша вместе с Сергеем и Борисом уселся в схроне.
— Что скажете о ребятах? Толковые есть?
— Двое — Шурыгин и Клепиков. Всё хватают на лету.
— Уже хорошо. Я думаю взорвать артиллерийский склад, что за деревней. Пойдём я, вы оба и новички — Шурыгин и Клепиков. Пора ребят вводить в работу. Глядишь, остальные подтянутся. Выход завтра утром.
О предстоящей диверсии Саша сказал комиссару отряда Покидько. Молодые партизаны оставались на его попечении.
После завтрака — салом со шкварками и хлебом — диверсанты гуськом направились к деревне Ровное. Шли почти налегке — только оружие у всех, да сам Саша нёс подрывную машину, детонатор и провода в сидоре. Такую ценную вещь он не доверял никому.