Подвиг
Шрифт:
– Сколько просите за пальтецо?
Костя обернулся. Перед ним в неизменном плаще и шляпе стоял учитель Назар Степанович. Беря у Кости из рук пальто, старик тихо шепнул:
– Жди сегодня богомольцев.
Тщательно, с видом завзятого покупателя, он рассматривал пальто, а затем, возвращая его, сказал с притворным вздохом:
– Нет, не годится. И цена неподходящая и пальтецо мне не по росту.
– А сколько он запрашивает?-спросил высоченный мужчина, явный перекупщик.
Он выхватил у Кости пальто, небрежно осмотрел его и снова спросил:
– Сколько?
Назар Степанович тем временем уже исчез в толпе. А Костя, взволнованный неожиданной встречей, не стал особенно запрашивать, и, сбавив чуть не половину намеченной цены, быстро продал пальто перекупщику и поспешил домой.
Матери дома не оказалось. Соседка на его расспросы сообщила:
– Мать велела тебе одному тут хозяйновать. Она денька на три в Камышевку отлучилась. Сестра за ней оттуда приходила, просила помочь ей по хозяйству управиться. Картошку перебрать, капусту засолить и ещё что-то. Ты, хлопчик, не беспокойся, я за тобой пригляжу.
«Вот и хорошо»,- подумал Костя, а вслух сказал:
– Что за мной глядеть, я и сам не маленький.
Глубокой ночью раздался тихий звонок. Костя на этот раз не спал, ожидая Назара Степановича. Он быстро выскочил в садик и приоткрыл калитку. Возле неё стоял неизвестный человек высокого роста. Костя в нерешительности сделал шаг назад.
– Скажи, мальчик,- тихо заговорил незнакомец,- не у вас ли остановились богомольцы?
«Свой»,- подумал Костя и так же тихо ответил:
– Были, да недавно в Лавру ушли.
– Я их подожду.
– Пожалуйста, проходите.
Костя провёл незнакомца в свою каморку. Он хотел зажечь коптилку, но незнакомец запротестовал:
– Не надо. Без огня спокойнее. А разве к вам никто сегодня не приходил?
– Нет, вы первый.
– Так…- задумчиво протянул незнакомец.- Вот что, пойди-ка ты на улицу и покарауль. Тут один человек должен подойти. Очень он мне нужен. А если что подозрительное заметишь, позвони. Тут есть другой выход?
– Есть. Через огород к оврагу.
– Хорошо. Иди!
Почти час простоял Костя на улице. Посёлок окутал густой туман. Было сыро и прохладно. Костя хотел было вернуться в хату, чтобы одеться потеплее, но в это время увидел торопливо подходившего к хате человека. Испуганный мальчик хотел было уже дернуть проволоку, но услышал прерывистый шёпот:
– Костя? Ты?
Это был Назар Степанович. Он тяжело дышал, держась за сердце. Против обыкновения, даже не обменялся условным паролем, а быстро вошёл в ограду.
– Гость у вас?.
– У нас.
– А мать дома?
– Нет, она в Камышевке, у тёти.
– Вызови гостя сюда, да скорее.
Назар Степанович беспокойно озирался по сторонам. Видно было, что он чего-то опасался. Костя быстро привёл незнакомца.
– Беда!-тревожно заговорил старый учитель.- Явка на Голосеевке провалилась. Я чу amp;ом спасся. Взяли Фому и Почтаря.
– Что же делать?
– Только без паники!- строго оборвал старик.- В Камышевку тебе сейчас идти нельзя. Опасно, да и другие дела тебе предстоят.
– А как же встреча?
– Это моя забота. Дай сюда пакет.
Незнакомец протянул серый конверт.
– А теперь иди. Предупреди наших. Да берегись: в городе идут облавы. Скажешь, сбор в роще, во вторник. Иди, не мешкай.
Незнакомец исчез в тумане. Костю бил озноб. Назар Степанович заметил это и спросил:
– Боязно?
– Нет. Холодно. Пойдёмте в хату.
В каморке, не зажигая света, они сели на скамью.
– Слышал, какая беда стряслась?- заговорил учитель.- Конечно, далеко не всё пропало, но дело усложнилось. Нам надо верного человека в Камышевку послать, а взрослому сейчас не пройти: везде усиленные патрули выставлены.
– А если я?- несмело предложил Костя.
– Вот и я то же думаю, что ты бы легче прошёл. Какой с тебя спрос? Иду, мол, к тёте - и весь сказ тут.
– Я так и скажу.
– А не побоишься?
– Нет, Назар Степанович, не побоюсь. Сейчас идти или как?
– Нет, не сейчас, а днем. В том-то вся и штука. Ночью тебя обязательно задержат, а днём ты не вызовешь подозрений. Завтра после обеда и пойдёшь.
– Пакет понесу? Да?-догадался Костя.
– Думал я пакет передать, да теперь это рискованно. На словах передашь, что надо. Только слушай внимательно и запомни.
– Не бойтесь, Назар Степанович, всё запомню.
– Так вот. Пойдёшь снова к Панасу Карповичу. Там встретишь одного человека и скажешь ему вот что. Первое-оружие для них спрятано в том же лесу у сосны три креста. Пусть заберут. Второе - явка провалилась. Людей пока посылать в нашу группу нельзя, известим, когда можно будет. И третье, самое главное,- планы, он знает какие, достали и на днях пришлём в условленное место с верным человеком. Скажи пока только - подземный завод пусть ищут на Зелёной горе.
Костя внимательно слушал, стараясь не пропустить ни слова.
– Запомнил?
– Да.
– А ну, повтори.
Костя слово в слово повторил. Назар Степанович удовлетворённо кивнул головой и встал со скамьи.
– Я пошёл. Будь осторожен, Костенька. И помни: все мы делаем большое дело для Родины. Она этого никогда не забудет. Прощай!
Он поцеловал Костю и быстро ушёл.
Мальчик почти не спал эту ночь. Наверное, раз десять, не меньше, повторил всё, что ему было велено передать, чтобы лучше запомнить. Под утро неожиданная мысль окончательно отогнала сон: «А как же знамя? Что если без меня придут с обыском и найдут его? А если закопать его в огороде? Положить знамя в отцовский сундучок и… Только вот в каком месте закопать?»