Чтение онлайн

— Нет. Говорят, Чао был болен.

— Здоровья ему явно не хватало. — Она потрясла полупустым пузырьком. — Эпивир, или, по международной классификации, ЗТС. Реверсивный ингибитор. Знаете о таком?

— Понятия не имею.

— Это энзим, способствует репликации ДНК. — Маргарет сняла с полки пачку таблеток. — Криксиван, протеиновый ингибитор, еще один энзим, участвующий в репликации. — Пальцы ее коснулись розового флакона. — Так-так-так, АЗТ. На Западе вы вряд ли найдете человека, который не слышал бы этих названий.

Ли Янь развел руками.

— Взятые вместе, эти препараты используются в противодействии вирусу иммунодефицита человека, ВИЧ. Они препятствуют его размножению. Похоже, наш друг мистер Чао лечился от СПИДа.

Полисмен смотрел на обоих со все возраставшим любопытством. Раздражало его лишь одно: эти двое общались меж собой на непонятном английском.

Ли начинал убеждаться в том, что янгуйцзы была права: тело генетика сожгли, пытаясь скрыть неизвестные пока следствию факты.

— Выдумаете, убийца не хотел, чтобы мы обнаружили в крови Чао Хэна ВИЧ?

— Нет, не думаю. Если это так, то он свалял дурака. Практика забора крови и тканей для анализов общеизвестна. Конечно, на ВИЧ кровь исследуют далеко не всегда, тому должны иметься особые причины. Да и зачем тогда они оставили на виду лекарства? Но прежде всего, какой вообще во всем этом смысл? Ради чего им могло потребоваться сохранить смертельный диагноз Чао в тайне?

Ответа Ли Янь не знал. Тщательно обдумав услышанное, он нахмурился.

— Почему вы все время говорите про «них», если мы знаем, что убийца действовал в одиночку?

— Но ведь его же наняли, тут у нас нет разногласий? Ни в одном из трех случаев убийца не руководствовался личными мотивами. Смерть Чао Хэна была нужна другим людям — «им». Мы бы здорово продвинулись вперед, если бы поняли — для чего.

«Вот где кроется фундаментальное различие между нами и американцами, — подумал Ли Янь. — В Штатах полиция делает основной упор на мотивы преступления, мы же собираем факты, кроху за крохой, до тех пор пока их совокупность не выстроится в строгую систему доказательств. «Для чего» является не ключом к ответу, а самим ответом. Может, работая плечом к плечу, нам удастся извлечь пользу из обоих подходов?»

Они вновь спустились в вестибюль подъезда, осмотрели лампу над входом, пересекли двор: там, где должна была стоять машина убийцы, припарковал свой джип детектив. Маргарет осмотрелась. Густая листва деревьев вдоль каменного забора не пропускала свет уличных фонарей; при отсутствии лампы над входом убийца мог, оставаясь невидимым в темноте, донести тело Чао Хэна до машины.

— Наверное, стоит проехать в парк, — предложила она. — Покажете место, на котором нашего старину Чао предали огню.

— Вы прониклись к нему симпатией? — неприязненно осведомился Ли.

Маргарет остановилась.

— Думаю, Чао был не лучшим из людей, но он медленно умирал от СПИДа, а кто-то сжег беднягу еще живым. Все-таки это больше того, что он заслуживал. Так мы едем?

— Да.

К джипу старший инспектор подошел в тот момент, когда из кабины послышался писк полицейской рации. Устроившись на заднем сиденье, Маргарет с интересом ожидала конца разговора.

— Я должен вернуться в отдел, — недовольно сообщил Ли. — Шеф вызывает, срочно.

— Зачем?

— Он не сказал.

По четвертому этажу здания плавали клубы табачного дыма, в воздухе ощущалась нервозность. Подъезжая, Маргарет заметила в соседнем переулке темно-серый «БМВ» Лили Пэн с юной Шимэй за рулем. Сама дама-констебль сидела в углу комнаты детективов, лицо ее было непроницаемым.

Ли Янь присутствия констебля не заметил. На пороге его мгновенно охватило тяжелое предчувствие: коллеги отводили взгляды в сторону.

— Что, черт побери, случилось?

— К шефу явился Игла со своим адвокатишкой, — мрачно процедил сквозь зубы У. — Ли не сразу понял, о ком идет речь. — Чэнь в ярости, приказал отыскать тебя.

Сыщик вышел в коридор. Маргарет с недоумением повернулась к Лили.

— Возникли какие-то проблемы?

— Заместитель начальника первого отдела угодить страшный переплет. — Губы Лили растянула счастливая улыбка. — Я отвозить вас гостиница. Очень долго ждать здесь.

— В таком случае подождете еще немного, — отрезала американка.

Наркоделец и его адвокат сидели в мягких креслах возле окна. Юрист оказался человеком лет тридцати, облик его выдавал преуспевающего стряпчего из породы цепких крючкотворов: самоуверенный, почти наглый, в дорогом костюме и с подчеркнуто модной стрижкой. Во взгляде, которым Игла смерил Ли Яня, пылала ненависть. За столом возвышалась подтянутая фигура Чэнь Аньмина; лицо шефа было строгим.

Старший инспектор по-дружески кивнул посетителям и сделал шаг к столу.

— Хотели меня видеть, шеф?

— Этот господин и его законный представитель выдвигают против вас, Ли, весьма серьезные обвинения, — бросил Чэнь, даже не предложив ему сесть.

Ли Янь удивленно поднял бровь.

— Позволю себе спросить: обвинения в чем?

Слово взял лощеный юрист:

— В том, что вы вынудили моего клиента отправиться вместе с вами на стадион «Гунжэнь», где, приложив к его голове револьвер с одним патроном в барабане, нажимали на курок до тех пор, пока он не сказал все, что вам требовалось услышать.