Поэна
Шрифт:
Буквально через несколько дней, я узнал, что человек, который был виновен в доведении моей жены до самоубийства, откупился от наказания. Во мне снова закипела ярость, и снова моя дочь стала причиной не бросаться на путь мщения.
Прошло пять лет. Я усердно трудился на благо нашей скромной семьи. Моя маленькая принцесса подросла и не переставала радовать меня своими успехами в учёбе. Я гордился дочерью и опекал её как только мог, из-за чего она достаточно часто жаловалась мне, что я не даю ей дышать свободно. Выслушивая её упрёки, я не раз говорил ей, что просто боюсь за её благополучие и не хочу, чтобы с ней случилась какая-нибудь беда. Но как бы сильно я не старался уберечь мою маленькую принцессу, ничего у меня не вышло.
В день шестилетней годовщины смерти моей жены, я сидел на кухне с рюмкой водки и был погружён в свои мысли, когда телефон вдруг зазвонил и я, ответив на звонок, услышал механический голос незнакомца:
– Ваша дочь, у нас. Принесите двадцать тысяч долларов к завтрашнему вечеру на заброшенную стройку в северной части города и она не пострадает. Но не смейте сообщать об этом в полицию, иначе вы получите вашу драгоценную девочку по-кускам.
– Как я могу знать, что вы не лжёте? – голос невольно дрогнул. Незнакомец не мог этого не заметить, он что-то кому-то сказал, что именно я не разобрал, но очень скоро я услышал испуганный голос дочери:
– Папа? Папочка, помоги мне… Я шла с тренировки и меня схватили и затащили в какую-то машину, а потом… – её речь прерывалась на всхлипы и моё сердце упало. Я был готов сорваться с места и помчаться куда угодно, отдать что угодно, лишь бы моя принцесса была жива и невредима.
– Надеюсь, мы поняли друг друга, – снова раздался этот трескучий голос и незнакомец повесил трубку, не дав мне сказать и слова.
Мне понадобилось некоторое время, чтобы усмирить свой гнев и не разгромить квартиру. Двадцать тысяч долларов! Двадцать тысяч… У меня не было таких денег. Даже если я начну сейчас ходить по друзьям и знакомым, в лучшем случае смогу собрать только пять тысяч, но даже в этом я был не уверен. Рука так и тянулась набрать номер полиции, но страх потерять дочь был намного сильнее здравого смысла.
Когда пришёл срок отдавать деньги, я стоял у огороженного входа на заброшенной стройке в северной части города. В руках у меня был небольшой кулёк с очень скромным выкупом – мне удалось собрать по друзьям и знакомым всего лишь каких-то три тысячи. Ближе к полуночи ко мне подошёл мужчина, скрывающий своё лицо под детской, карнавальной маской свиньи. Дрожащими руками я протянул незнакомцу пакет, тщетно надеясь, что собранной суммы будет достаточно. Он развернул кулёк и хрипло произнёс:
– Этого не достаточно, чтобы она вернулась к вам целой, но может быть вы ещё застанете её живой. Вот адрес, – и мужчина протянул мне бумажку с какими-то каракулями.
Желания врезать негодяю и помчаться на спасение дочери не долго боролись во мне. Отцовские чувства оказались сильнее ненависти к похитителям, поэтому я быстро выхватил бумажку из рук подлеца и отправился к машине.
Не сразу я понял, что каракули на бумажке это навигационные цифры, с точным местом на карте. Набирая дрожащими руками цифры, я несколько раз ошибался, пока, наконец, не ввёл всё правильно. Мне понадобилось около получаса, чтобы добраться до места, где находилась моя дочь – это был старый, покосившийся сарай на окраине города.
Конец ознакомительного фрагмента.