Чтение онлайн

— Дело в том, что эти двое иду рука об руку. Я не говорю о том, что вы все забудете, но вы будете двигаться дальше. Вы признаете, что все люди совершают ошибки. Идеальных не существует.

— А если я не смогу? — спросила Кайли.

Кайли наблюдала, как пчелу прожужжали, пролетая мимо нее.

— Значит, ты его отпустишь — сказала Холидей.

Кайли вспомнила, как она обнимала своего отца, когда она пришел к ней в последний раз, и сказал, что ему очень жаль. Было очень тяжело его обнимать, но это выглядело правильно. Она не была готова отпустить его. Это было слишком больно. Больнее, чем признать правду, что если она его отпустит, будет еще больнее. Она надеялась, что во время приема будет легче.

— Ты собираешься написать ему по электронной почте насчет Родительского Дня?

— Наверное, но мама и папа будут постоянно уступать друг другу. Я не думаю, что они могут находиться в одной комнате. Возможно, даже в одном доме.

— Все может измениться, — сказала Холидей и смахнула насекомое со своего плеча.

Кайли решила рассказать Холидей о своем страхе насчет мамы.

— Я думаю, что моя мама готова для новых отношений.

— Опаньки! Я помню, когда мои родители сделали также. Даже говорить неловко.

— Да. Она готова, но еще не совсем уверена, — сказала Кайли поджав губы, — думаю, я всегда надеялась, что отчим и мама будут вместе. Я бы хотела, чтобы все стало также, как раньше. Немного нормальных вещей в жизни ведь не повредит?

— Да, но «нормальность» слишком завышена, — сказала она усмехнувшись, — может расскажешь мне о сойке?

Кайли обняла ноги и начала рассказывать. Тогда она решила задать главный вопрос.

— Как много души можно отдать за оживление?

— Если ты отдаешь ее кому-то, то это совсем маленькая часть. Ты даже не заметишь этого.

— Но что происходит, когда я ее отдаю? Это значит, что я умру раньше положенного? Если я не буду этого делать, то попаду в ад? Какая ценность у моей души?

Холидей пожала плечами.

— Ну, у тебя есть способности воскрешать мертвых, поэтому все зависит от того, как ты воскрешаешь. Соответственно, варьируется и цена. Если воскрешение было запланировано Богами, то это не будет тебе ничего стоить. Скорее наоборот, будет в плюс.

— Как узнать, что это было предопределено? — спросила Кайли.

— Ты поймешь. Они дадут тебе понять.

Кайли немного поежилась при упоминании Богов. Она не решалась задать ей вопрос, но, как она ранее сказала Холидей, неведение не является защитой.

— А что, если это не было предопределено?

— Тогда цена исходит из качества твоей жизни. Если они живут хорошо, после воскрешения, то цена низкая. Если плохо или они портят жизнь другим, то они могут забрать. Их грехи мало что значат, в отличие от твоих. Я не знаю, как все это действует, но я слышала, что могут сделать тебя эмоционально пустым. Кстати, чем меньше у тебя души осталось, тем короче жизнь тем, кому ты ее дала.

Кайли нахмурилась.

— Звучит так, будто не стоит вообще кого-либо возвращать.

— Я предполагаю, что все было задумано для того, чтобы регулировать население Земли. Как бы тяжело это не было, смерть, основная составляющая жизни. Но мы говорим ни о чем, Кайли. Ты думаешь, что оживила птицу, так что это еще ничего не значит.

Кайли хотела ей верить, но не была уверена, что не воскрешала.

— А когда я лечу людей, моя часть души уходит к ним? То есть, исцеление имеет смысл в нашей жизни.

— Не воскрешай мертвых, — сказала Холидей, — это истощает тебя.

Кайли вспомнила, как устала после того, как вылечила Сару, а потом, Лукаса.

— Я бы хотела, чтобы ты и Хелен работали над этим вместе, — сказала Холидей, — может даже регулярно, как своего рода группой.

Кайли удивилась и с подозрением сказала.

— Это из-за того, что у меня нет специализации? Ты все это устроила только из-за этого?

Холидей закатила глаза.

— Ты принадлежишь Тенистому Водопаду. Это твое место. Не имеет никакого значения, что у тебя нет группы.

— Я люблю Хелен, — сказала Кайли.

Спустя несколько минут, они слушали природу и обсуждали с Холидей синюю сойку. Холидей не могла дать объяснений по поводу ее поведения, она сказала, что возможно, птица посчитала Кайли своей матерью.

— Боже, надеюсь это не так. Потому что, если я буду жевать червей, могу проблеваться. Я знаю, что делают мамы-птицы.

Холидей рассмеялась. Кайли посмотрела на свою подругу и не смогла сдержаться.

— Ты же не имеешь понятия, кто я?

— Я хочу знать, — сказала нахмурившись Холидей.

— Что, если я никогда не узнаю? Что, если моя жизнь пройдет, а я так и не пойму?

— Это невозможно, — сказала Холидей — почти каждую неделю, мы что-то узнаем. Рано или поздно что-то покажет нам на правильное направление.

Кайли посмотрела вниз и наблюдала за муравьем, которые ползал по крыльцу.

— Я думаю, что Лукас хочет, чтобы я была оборотнем.

— То, что хочет Лукас — не важно.

Что-то подсказало Кайли, что Холидей знает причину, по которой Лукас этого хочет. Она чуть не спросила ее об этом.

— Вы будете тем, кем будете. И все будет хорошо. Каждый должен любить нас такими, какие мы есть. Это единственное, что имеет значение.

По какой-то причине, Кайли вспомнила, что Дерек говорил тоже самое.

У Холидей зазвонил телефон. Она посмотрела на номер и подняла взгляд на Кайли.

— Кто это? — спросила Кайли, чувствуя, что это относится к ней.

— Снова Дерек.

Кайли вздохнула. Почему его имя может все еще жалить?