Чтение онлайн

«Все это для него, – уныло сказал он себе. – Я хотел доказать ему, что не трус.

Но как ему еще доказать? Я не стану убивать его исподтишка, как наемный убийца. Я встану лицом к лицу. Я скажу ему. И в последние мгновения своей жизни он будет уважать меня. Будет!»

* * *

Абдиэль наблюдал за Дайеном; от него не ускользнула ни одна из мыслей юноши. Возможно, он видел их, даже не прибегая к проникновению в разум, поскольку от юноши исходил яркий свет, пропущенный через прозрачный и чистый хрусталь его души.

Ловец душ потягивал кальян. Зелье не заглушало боль, как он говорил Дайену. Скорее увеличивало ее. Он наслаждался этой болью, так как она была его выбором, постоянным напоминанием о его могуществе.

И тут сквозь боль ему привиделась приятная картина: мальчик-король вытаскивает меч из камня... и тут же сам бросается на клинок.

– Милорд, охранники сообщают, что двое... два субъекта задержаны у ворот базы. Они утверждают, что посланы Снагой Оме.

– Так и есть. Их имена?

– Они назвались... – капитан слегка поморщился, – Рауль и Крошка.

Командующий кивнул.

– Ясно. Я их знаю.

– Я могу показать их на видеоэкране, милорд...

– Нет нужды. Я жду сообщение от адонианца, – сказал Саган, бросив взгляд на Мейгри. – Это оно и есть, миледи.

– Да, – тихо согласилась она.

– Проводите их сюда, – приказал Саган капитану.

– Есть, милорд. Мы их просветили. Они без оружия.

– Да нет, с оружием. Но вы его у них ни за что не найдете. Не волнуйтесь, капитан. Они пришли не за тем, чтобы меня убить.

Отдав честь, капитан отправился выполнять приказ.

Саган не сводил глаз с Мейгри, сидевшей в кресле напротив него. Они уже более получаса находились в его апартаментах на борту челнока, и это были первые слова, которыми они обменялись вслух или мысленно.

Беседа Командующего с Богом проходила не слишком гладко, но он не счел нужным делиться с Мейгри. Мейгри же была преисполнена собственных дурных предчувствий и сомнений, с которыми тоже хотела разобраться одна. И он, и она были чрезвычайно чувствительны к прикосновению друг друга, и сейчас, словно раненые животные, они скрывались во мраке своих убежищ.

Тишина становилась оглушительной.

– Мне сказали, ты ничего не ела целый день, – внезапно прервал молчание Саган.

– А мне сказали, что и вы ничего не ели, милорд. Саган чуть не спросил, кто сказал, но передумал.

Ответ известен. Его собственные охранники.

– Я постился.

– Я не была голодна.

– Не могу позволить, чтобы вы занемогли, миледи.

– Если я вам понадоблюсь, я буду здесь. Я не оставлю вас, вы это знаете...

Мейгри вдруг вспомнила, как когда-то оставила его. Или наоборот. Она замолчала, и вновь наступившая тишина обрушилась, казалось, с грохотом, отдававшимся эхом вокруг них.

Саган поднялся. Сцепив руки за спиной, он прошел к обзорному экрану и посмотрел на улицу. Была ночь, и все еще шел дождь, мелкий и неровный. Огни Ласкара светили ярко, как всегда, может быть, даже еще ярче, отражаясь от облаков.

– Мы не могли спасти короля... Его величество сам приговорил себя. Но мы могли бы спасти Семели и наследного принца, если бы мы, Мейгри, действовали сообща.

Она вскинулась, тут же вскочив на ноги, и подошла к нему сзади.

– Ты не можешь этого знать!

– Но я знаю, – ответил он, поворачиваясь и безжалостно глядя на нее. – И ты знаешь.

Мейгри оборвала разговор, резко махнув, словно отрубив, рукой.

– Спорить бессмысленно. Что прошло, то прошло и быльем поросло. Значение имеет только настоящее. Думаешь, Абдиэль собирается убить Дайена, как убил остальных?

– Да. Королевская кровь всегда останется угрозой для него. Много лет назад он сделал все, чтобы уничтожить тех, до кого смог добраться.

– Во всяком случае, Дайен еще жив...

– Конечно. Абдиэль предпочитает живую приманку. Мейгри покачала головой

– Я чувствую Дайена. Я знаю, что он жив, но вижу его расплывчато. Он очень далеко от меня. От нас, – добавила она.

– Влияние Абдиэля. Можешь представить, что с ним делает ловец душ.

– Тем больше причин спасти его.

– Первым делом, миледи, надо самим спастись. Дайен не единственный представитель Королевской крови, которого собирается уничтожить похититель разума. Я всегда был ему не по зубам, и он не осмеливался меня трогать. И он думал, что тебя нет в живых. А теперь мы снова вдвоем, вместе. Что может быть опасней для него? Когда ему представится лучшая возможность?

Саган помолчал.

– Мы снова вместе, миледи? Мейгри поежилась.

– Похоже, у нас нет другого выбора...

– Тогда поклянись.

– Что? – изумилась Мейгри, решив, что ослышалась.

– Поклянись, Мейгри. Снова прими присягу.

Она колебалась, раздумывала, подозрительно смотрела на него.

– А что будет с Джоном Дикстером? Что будет с Дайеном? Нет, слишком многое нас разделяет...

– К черту Дайена! К черту Джона Дикстера! Саган протянул руки, крепко схватил ее.

– Все это сейчас неважно, Мейгри. Это между нами – тобой и мной. Я понял кое-что вчера вечером. Семнадцать лет назад мы предали друг друга, и не потому, что не верили друг другу. Мы слишком верили... в нечто, чего не существовало! Хоть мы и были связаны мысленно, крепче, чем кто бы то ни было, мы не знали друг друга. Наши наставники учили нас держать при себе часть себя из гордости. Из гордости мы скрывали наши истинные чувства – сомнения, страхи. И это было ошибкой. Это делало нас похожими на любую другую пару людей, не такими, какими нас хотел видеть Бог!

Мейгри не сводила с него глаз, удерживаемая на месте больше его словами, чем руками.

Саган глубоко, прерывисто вздохнул.

– Когда-то, давным-давно, каждый из нас принес клятву – тогда это были лишь слова. Неудивительно, что мы нарушили то, что казалось нам таким малозначащим. Но пойми, Мейгри, как понял я, что на этот раз клятва свяжет нас прочно. На этот раз она будет выкована из стали, закаленной не небесным – как в юности, – но адским пламенем.

Она содрогнулась. Он ощутил эту дрожь, словно ее разрывало на части. Она попыталась отстраниться от него.