Чтение онлайн

Этот случай лишний раз показал Аурелии истинную суть всех ее соседей. Например, тот же Генрих де Грамон был так убедителен в своих уверениях дружбы… И это его согласие касаемо отсрочки… А ведь он наверняка знал о делишках стряпчего ее брата. Не зря Матье Шаброль первым делом посоветовал не спешить договариваться с де Грамонами. Этот вопрос требовал тщательного изучения и проверки.

Сказать по правде, Аурелию такой поступок графа не особо удивил бы. Что можно ожидать от человека, предавшего собственного брата, и, по сути, обрекшего на гибель своих родных племянников? С этой семьей нужно держать ухо востро.

Хотя не со всеми… В глубине души Аурелия была рада, что Максимилиан Ренар, а ныне маркграф де Валье, более не является частью этой семьи. И пусть это было изгнание, но на самом деле Аурелия понимала, что Макс таким образом сам покинул род.

А еще каждый раз, вспоминая о Ренаре, она ловила себя на мысли, что ее охватывает какое-то странное необъяснимое волнение. И эти мысли… Она много раз представляла себе, как бы все было, если бы их свадьба все-таки состоялась… Аурелию мгновенно бросало в жар. Ее дыхание сбивалось. Сердце трепетало, словно птица запертая в клетке.

О, как ненавидела она себя в такие моменты, и в то же самое время, какой несчастной она себя ощущала… Мысли о человеке, убившем ее родного брата, ставшим врагом рода де Марбо, но с другой стороны – освободившем ее из лап чудовища и тирана, заполняли ее разум сложной смесью чувств.

С одной стороны, она испытывала необъяснимый страх и трепет перед этим человеком. Тот поединок и его кровавый финал, наверное, навсегда отпечатался в памяти Аурелии. Но, с другой стороны, она не могла отрицать, что Ренар проявил отвагу и благородство, при этом, хоть и нечаянно, освободив ее от ужасов, которые преследовали ее последние годы. А еще Макс, по сути, спас ее отца, и этот поступок пробуждал в сердце Аурелии чувство глубокой благодарности и даже невольного восхищения. Эта внутренняя борьба между неосознанным страхом и глубокой признательностью, между желанием увидеть его снова, хотя бы мельком, и пониманием долга перед родом превращала каждый ее день в мучительное испытание.

От тяжелых мыслей виконтессу отвлек звук открываемой двери. Она обернулась и увидела голову Жеральдин.

– Что? – негромко спросила Аурелия.

– Лекарь прибыл, госпожа, – ответила та.

– Проси, конечно, – произнесла виконтесса.

Спустя несколько мгновений в спальню вошел мсье Робер. На его круглом лице появилась добрая улыбка. Несмотря на шестидесятилетний возраст и легкую полноту, он довольно энергично и без особого труда поклонился.

– Добрый день, мсье Робер, – доброжелательно произнесла Аурелия. – Вы один из немногих, кому по-настоящему рады в этом доме.

– Благодарю вас, ваша милость, – снова поклонился лекарь. – Это честь для меня. Позвольте поинтересоваться вашим самочувствием и самочувствием вашего батюшки? Есть ли какие-то изменения?

– Только положительные! – улыбнулась Аурелия. – И все благодаря вашим чудодейственный настойкам!

– Великолепно, – улыбнулся лекарь и произнес: – Я бы хотел произвести осмотр его светлости.

Спустя несколько минут, когда осмотр графа был окончен, мэтр Робер бодрым голосом произнес:

– Динамика положительная. Еще недели две и можно будет увеличить дозу.

– А ускорить процесс никак не получится? – с надеждой в голосе спросила Аурелия и взглянула на спящего отца.

– В нашем кругу есть выражение, – складывая свои инструменты в пухлый саквояж, наставительно произнес мсье Робер. – Лучшее – это враг хорошего. Организм вашего батюшки ослаблен. Увеличенная доза зелья сейчас только навредит.

Аурелия глубоко вздохнула, но потом ее лицо осветила улыбка:

– Мэтр Робер, я полностью вам доверяю и обещаю, что буду непреклонно следовать вашим указаниям.

Лекарь улыбнулся в ответ и хотел было уже раскланяться, но виконтесса остановила его.

– Мсье Робер, полагаю, вы не откажете составить мне компанию за обедом? Сегодня мой повар обещал приготовить свое знаменитое блюдо – куропаток в винном соусе.

Лекарь, судя по его телосложению явно знающий толк в хорошей кухне, заметно оживился.

– С удовольствием принимаю ваше приглашение, ваша милость.

Покинув спальню графа, Аурелия и мэтр Робер в сопровождении Жеральдин, которая шла сзади, двинулись в сторону обеденного зала.

– Кстати, мсье Робер, – произнесла Аурелия. – Я хотела бы поблагодарить вас за ваш совет обратиться к мэтру Шабролю. Я довольна тем, как он ведет дела.

– Я рад, ваша милость, – ответил лекарь. – Матье Шаброль очень помог мне с оформлением надлежащих документов для открытия здесь моей практики. После переезда я осел в торговом квартале старой столицы. Говорят, что с некоторых пор то место заметно преобразилось. Его без преувеличения сейчас можно назвать одним из самых безопасных мест в Эрувиле.

– Любопытно… – задумчиво произнесла виконтесса и спросила: – Вы упомянули о переезде…

– Да, ваша милость, – охотно ответил мсье Робер. – Еще недавно я жил и вел дела на западе. В маленьком, никому не известном городке под названием Абвиль.

– Абвиль? – слегка нахмурилась Аурелия. – Хм… Что-то знакомое… И что же вас заставило переехать в столицу?

– Письмо с приглашением от моего давнего знакомого, – ответил мсье Робер и с задумчивой усмешкой добавил: – Когда-то он тоже был моим пациентом…

– Знаете, мэтр Робер, – с улыбкой произнесла Аурелия. – Окажись я на месте вашего давнего знакомого, то обязательно поступила бы также! Кстати, вот мы и пришли…

Если бы Аурелия, переступая порог дверей обеденного зала, на миг обернулась, она бы обязательно заметила, как многозначительно переглянулись между собой Жеральдин и мсье Робер.

Эрувиль. Замок «Лисья Нора».

– Вынужден признать, вы смогли нас удивить, – салютуя мне бокалом с бренди, улыбаясь, произнес Курт фон Харт. – Эти ваши фургоны… Вот уж поистине, как вы говорите, дома на колесах. А эта ваша походная кухня… Впервые вижу такое отношение аристократа к своим бойцам.