Чтение онлайн

— Как пожелаете, — ответил он, а я уселась на своё любимое место у окна и поинтересовалась у Клода:

— Скажи-ка, друг мой Фаустус, а всё ли барахлишко ты мне прикупил вчера?

— Конечно, — кивнул мой личный помощник. — Все покупки находятся в гостиной.

— Со жнецами вместе? — усмехнулась я, глядя на то, как демон методично превращает овощи в салат. Кстати, он снял перчатки, в отличие от Михаэлиса, и это породило новую неприятность — ногти у демона были абсолютно чёрными. И что делать?..

— Спирс ушёл вчера вечером, — отрапортовал Клод, не глядя на меня. — Нокс с раннего утра отправился на свидание, Гробовщик и Грелль ночуют у Вашей подруги, Серых.

— Как так? — отнюдь не немного прифигела я, воззрившись на пофигистичную мордаху демона и даже забыв о его когтях. Дина что, мазохистка, что ли, этих психов к себе тащить?

— Ваш брат уговорил её приютить господина Сатклиффа, — пояснил мужчина, откладывая нож и начиная заправлять салат. — Причём самого жнеца он поставил в почти безвыходное положение, сказав, что если тот не уйдёт наверх, он сам туда отправится. А оставить Вашего брата наедине с его подругой господин Сатклифф не осмелился. Гробовщика же Ваша подруга позвала к себе по собственной инициативе.

— Спелись, блин, — проворчала я и встряхнулась. Динка всегда странной была и эксцентричной, так что, наверное, не так уж и удивительно, что она прикипела душой к этому моральному извращенцу в странной шапке. Хотя, учитывая, что Гробовщик до ужаса умён, а Динка любит учиться, они могли спеться именно на этой почве…

Ответом меня не удостоили, да он и не требовался. Я же, вернувшись к наблюдению за руками Клода, вновь наткнулась взглядом на безобразие в виде чёрных когтей. Повторюсь: и что с этим делать?! Образ банкира они рушили на корню…

— Клод, — краем глаза покосившись на Михаэлиса, крутившегося у плиты, решила озадачить своими опасениями помощника наглая я, — а у всех демонов ногти чёрные?

— Да, — кивнул Фаустус и посмотрел на меня всё тем же снисходительным взглядом, что и в нарко-парке.

— А как бы нам их обесцветить?

Фаустус замер, Михаэлис прыснул в кулак, а я надулась. Ну вот, решишь доброе дело сделать — тебя засмеют и за дурака посчитают. Есть в мире справедливость? Скрестив руки на груди, я фыркнула и, оперевшись спиной о спинку стула, уточнила:

— Вы ведь оба наверняка припрётесь в мой офис! А у нас там дресс-код и злобная начальница. Так что если она подобную генетическую аномалию увидит, не сносить мне головы. Вы-то уйдёте, вам по барабану, а мне промоют мозг нотацией на тему «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Ко мне даже Лёшка с Диной не заходят, чтобы я потом не мучилась, слушая, как злая на жизнь старая дева разносит в пух и прах современную моду, «безалаберную молодежь» и людей, «не уважающих самих себя и солидные заведения, в которые приходят». Так что с такими ногтями вам ко мне вход запрещён! Я дорожу своими нервами.

— Но их невозможно обесцветить, — напряжённо ответил Фаустус, а Себастьян вновь беззвучно, но очень ехидно хихикнул. — Я могу надеть перчатки перед тем, как пойти в офис, но изменить цвет ногтей не представляется возможным.

— Белые перчатки к чёрному костюму? Боже упаси! — впала в трагизм я. Нет, я не настолько против демонических варежек. Просто надо же с лица Михаэлиса ухмылку согнать? А то он второй раз над Клодом смеялся, а не надо мной, вот пусть и получает фашист гранату…

— Я могу купить чёрные, — продолжил искать лазейку Фаустус.

— Было бы шикарно, — удовлетворённо кивнула я, а в беседу влез Михаэлис:

— Мне тоже прикажете приобрести чёрные перчатки?

— А у тебя со слухом плохо? — вскинула бровь я, на манер Драко Малфоя. — В белых в мой офис соваться не стоит, без перчаток вообще — тем более. Каков вывод?

— Госпожа не хочет решать всё сама?

— Она уже решила, но надеется на сообразительность слуг, которые поймут её без слов! — пафосно изрекла я и добавила уже нормальным тоном: — И вообще, кормите меня, а то работа ждать не станет. Как и злая начальница.

— Через минуту всё будет готово, — отчитался Михаэлис.

— Прошу, — водружая передо мной миску какого-то жутко навороченного, многокомпонентного салата, отрапортовал Клод.

— Ммм, красота! — протянула я и начала накидывать салат в свою тарелку.

Фаустус же на достигнутом не остановился и начал выуживать из холодильника другие блюда собственного приготовления, а именно: несколько салатов, нарезку, пудинг и сладкие рисовые шарики. Они хотят откормить меня до состояния бройлера?..

— Граждане, вы что, готовите на роту солдат каждый раз? — озвучила я собственные мысли.

— Жнецы тоже будут завтракать, как и Ваша подруга, полагаю, — блеснул логикой Михаэлис.

— Вряд ли, — хмыкнула я, накидываясь на еду, как голодающий на корку хлеба. Время-то не ждало! — Динка, скорее всего, сама их накормит.

— Господин Сатклифф наверняка откажется.

— А Лёшка может предпочесть Динкину готовку. Так что всё равно вы переборщили.

— Как скажете, — проявил покорность Михаэлис. Вот только ощущение, что надо мной мысленно стебутся, меня не покидало…

— Нет, конечно, я не против подобных кулинарных подвигов, если вы собираетесь их совершать на свои деньги, — решила внести уточнения я. — Но если оплачивать буйство вашей кулинарной фантазии должна я — увольте. А точнее, увольтесь сами с поста расхитителей чужого имущества! И готовьте адекватно.

— Как прикажете, — Михаэлис приложил ладонь к сердцу и с ухмылочкой начал перекидывать на тарелку подрумянившиеся кусочки бекона. Клод же, видимо, решил прояснить ситуацию, потому как, встав у левой стеночки, сказал: