Покаяние
Шрифт:
В ее неизвращенном мозгу никак не укладывалось то, что она услышала. В какой-то момент ей даже пришло в голову, что она просто сошла с ума на почве воздержания. Но этого просто не могло случиться так как секс сам по себе не вызывал в ней никаких эмоций кроме отвращения. «Может показалось?» - согнувшись пополам над небольшим жестяным тазом, Фаина, пытаясь сдержать рвоту, искренне старалась найти разумное объяснение. Возможно, она бы позволила себе поверить в нереальность случившегося, если бы не постоянный звук шлепков назойливо звучавший в ушных раковинах.
«Нет, я этого так не оставлю. Нельзя осквернять подобные места. Это даже не богохульство, это… это…» - как ни пыталась, она так и не смогла подобрать подходящее слово.
Молнией Фаина вылетела из комнаты и в считаные секунды принялась тарабанить в дверь Насти. Но, как она того и ожидала, этой девахи дома не оказалось. «Что ж, я подожду».
Сначала Фаина хотела дожидаться непутевую сестрицу сидя на полу у ее двери, но, во избежание общей паники, решила не рисковать. Кроме их двоих под этой крышей проживало еще шесть сестер и она не имела никакого права нарушать их покой.
Фаина встретила Настю в том же месте, где происходила их последняя встреча – у иконостаса. Та, снова была растрепанной и помятой. Свой платок она уже по обыкновению держала в руках, а ноги еле-еле держали ее саму.
– Скажи мне, на милость, для тебя есть хоть что-то святое в этой жизни? – не размениваясь на приветствия и объяснения начала обозленная до глубины души Фаина.
– Не поняла? – Анастасия, притормозив, уставилась на нее полным непонимания взглядом.
– Не вынуждай меня озвучивать то, что ты «не поняла»! – от подобной наглости Фаина закипела еще больше.
– В прошлый раз ты хотя бы имела смелость сознаться в содеянном сама, даже гордилась этим. Что же не так в этот раз, м?
– Слушай, если ты домолилась до белой горячки, это твои проблемы, а я спать хочу. Устала я до коликов в коленях. Жесть просто. – Анастасия устало зевнула, потерла ладошкой глаза и собралась идти прочь.
Глаза Фаины моментально увеличились в размере, она-то думала, что эта барышня больше ничем не сможет ее шокировать, но ей снова это удалось.
– «Устала», говоришь? Колики в коленях? Господи, Настя, какая же ты потаскуха! Видит Бог, я молилась о твоем прощении, и мне даже удалось в какой-то степени понять и простить тебя в прошлый раз, но это уже откровенный перебор. Я завтра же с утра иду к игумении и все-все ей расскажу – и про аллею, и про церковь…
– Чего? – Последние слова Фаины заставили Анастасию задержаться. – О чем это ты?
На лице обвиняемой Фаина увидела искреннее недоумение и, немного растерявшись, продолжила она уже не так уверенно, как начинала.
– Хочешь сказать, ты не знаешь?
– Нет.
– Еще скажи, что ты не пьяная.
– Скажу. – Твердо заявила Настя и в подтверждение собственных слов приблизилась к Фаине и легонько подула в ее сторону. – Я бы этого могла и не делать, но не люблю, когда меня незаслуженно в чем-то обвиняют и подозревают.
– Странно… - Прошептала Фаина, искренне полагая, что только подумала об этом.
– Ну спасибо. Один раз видела меня выпившей и это автоматом сделало меня алкашкой? – Вяло возмутилась Настя. – Слушай, не знаю что ты там себе насочиняла, но я сегодня практически целый день исполняла свое наказание. Знаешь, я впервые за все время добросовестно отработала свой залет. И, скажу я тебе, подруга, стоять несколько часов подряд коленями на щебне, не такая-то и легкая задача. Курить бросаю однозначно, а то еще одной такой репрессии от благочинной мой организм не вынесет.
– Ты что курила? – Вылетело из уст Фаины, и лишь потом она сообразила, что не то ее ошарашило. – Тебя наказала благочинная?!
«Опять не то»:
– Не хочешь ли ты сказать, что последние несколько часов молилась на заднем дворе?
– Сказать не хочу, но так оно и было.
– Тогда кто это был в церкви? – растерянно прошептала Фаина, а Настя противно хихикнула.
– Господи Боже ты мой, неужели кто-то трахался прямо в церкви?
Фаина поняла, что допустила огромную ошибку, но слово не воробей.
– Нет, что ты, просто…
– Что значит «нет», если ДА. Да, обидно что я до этого не додумалась, хотя знаешь, наверное для меня это был бы перебор. – Настя устало потерла лоб и без видимого интереса проговорила. – Я же говорила тебе что здесь все этим занимаются. Ну, если не все, то через две на третью, точно. А ты, естественно, считала лишь меня исчадьем Ада. Вот и выходит, что ничего у тебя не вышло… Что ж, сестра, приятно было с тобой пообщаться, но я безумно хочу спать.
Настя медленно поплыла в сторону комнат, а Фаина с приоткрытым ртом еще долго пыталась прийти в себя.
Ее глаза блуждали по иконам в поисках ответов. Она всматривалась в лики святых и не могла поверить, что кто-то не побоялся их гнева. А еще она пыталась понять кто был на столько смелым и обезбашенным, что решился заниматься ЭТИМ на чрезмерно опасной территории?
Стоящая у иконостаса и ищущая ответы на многие «почему?» Фаина, так и застала будущую свою сестра Елена, крадущуюся к себе в комнату словно маленький мышонок в потайную норку.
Все, что знала Фаина об этой девушке желающей посвятить свою жизнь служению Господа, это ее имя. Теперь же, информация расширилась – Елена идет к Богу по тому же пути что и Анастасия.
Виновато опустив глаза в пол, Елена невнятно поприветствовалась:
– Благослови, сестра.
– Бог благословит. – Внимательно вглядываясь в «помятый» силуэт рассеянно ответила Фаина.
Увиденного было достаточно. В шоковом состоянии Фаина побрела к себе.
8
Неужели Анастасия была права и некоторые девушки ищут в монатсыре не покоя и Господа, а немного других вещей? Неужели для этих девушек нет ничего святого в этом мире, а слово Бог равнозначно – стул, стол, шкаф? Но главное – неужели все вышестоящие матушки слепы? Ведь Фаине хватило полгода, чтобы разоблачить некоторые натуры.