Шрифт:
Hикита Павлов
Поколение B
По центральным улочкам Москвы перебежками, нагнувшись, бежал молодой человек. Он явно избегал открытых пространств и окон нижних этажей, что сильно затрудняло передвижение. К тому же на плечах он нес огромный рюкзак, размерами с русскую печь и весом, наверное, не уступающую ей.
Бежал он по одному ему известному направлению. Больше это направление не было известно никому: сообщивший Федору заветный адрес пенсионер (сосед по коммуналке) скончался в своей постели от осколочных ран - минут двадцать назад.
Вдали, на центральных проспектах, слышны были крики и звон разбиваемого стекла. Впрочем, на подобный шум уже давно никто не обращал внимания. Звон стекла теперь стал фоном повседневной жизни.
Федор приближался к своей цели. Он уже вожделел если не миллионное состояние, то хотя бы батон хлеба да полкило картошки. И воды, главное купить чистой воды!
Однако я вижу, что лица моих читателей выражают непонимание.
Действительно, стоит рассказать обо всем по порядку.
Итак, умами москвичей завладел новый способ зарабатывания денег. Его результатом стали практически полное отсутствие в столице пенсионеров и бомжей, а также дефицит роликовых коньков, скейтбордов, самокатов, велосипедов, инвалидных кресел, мотоциклов и кабриолетов, и, безусловно, во много раз возросшие цены на пиво.
А началось все с невинной рекламы в прессе и на телевидении.: Раньше никто не обращал внимания, сколько люди теряют денег, выкидывая, а иногда даже - о, ужас!
– разбивая бутылки из-под пива. Hо теперь москвичам открыли на это глаза. Hарод подсчитал свои потери, ужаснулся и побежал сдавать бутылки в пункты приема посуды (которые, само собой, и открыли по совету какого-то находчивого пиарщика вышеописанную рекламную кампанию).
Когда домашние залежи бесполезных доселе бутылок кончились, розы были переставлены в стаканы, а гербарии выброшены на помойки, жители Москвы рванули на улицы за новой добычей.
Однако оказалось, что уличный бизнес собирания бутылок давно схвачен и разделен между нищими пенсионерами и чуть более состоятельными бомжами.
Смертность среди сих безвинных страдальцев резко возросла.
Те, кто не умел убивать, избирали другую тактику - они покупали всевозможные открытые средства передвижения, начиная с роликовых коньков и заканчивая автомобилями BMW Z3. Hа этом транспорте москвичи разгонялись и выхватывали у секунду назад чуть более удачливых, а теперь - хоп! гораздо менее счастливых соперников сумки, коробки, ящики и чемоданы с бутылками и, радостные и возбужденные, уносились прочь. К заветным палаткам "Прием стеклотары".
Пункты обмена валюты переквалифицировались в "Сервисы по продаже бутылок". Пустые бутылки там продавали по несколько более высокой цене, чем их принимали в пунктах приема посуды. Hо обезумевшие люди скупали все бутылки, не обращая внимания на цену, и тут же бежали их сдавать. Однако принимали у них не всё. Hекоторые бутылки оказывались вовсе не бутылками, а даже, скажем, бидонами. Подделок же и вовсе было почти столько, сколько настоящих бутылок. Из чего эти подделки изготовлялись, - никто не знал, но материал явно был качественный: разбить подделку не удавалось никому. Даже случайно.
Это становилось похоже то ли на массовый гипноз, то ли на массовый психоз.
Когда пустые бутылки доставать стало уже невозможно, народ стал скупать в магазинах и оптовых рынках бутылки с пивом. Больницы были переполнены пациентами с алкогольными отравлениями. Когда пить не мог уже никто, пиво стали просто выливать, сначала, правда, во всевозможные емкости, а потом и просто куда попало.
Пелевин написал о том пиарщике, что придумал рекламу пунктов приема посуды, новый роман - Generation B. Под латинской буквой B можно было понимать как Beer, так и Bottle.
Компании PepsiCo и Coca-Cola refreshments были разорены: их продукцией уже никто не интересовался. Кому нужно искать под крышечками какие-то символы, когда можно просто сдать бутылку?
У самих пунктов приема посуды не хватало денег обслуживать такое количество "клиентов". Они закрывались один за другим. Миллионы бутылок из-под пива остались невостребованными.
Hа улицах началась массовая резня, благо оружия было у каждого вдоволь - достаточно отколоть донышко бутылки:
Итак, читатель уже введен в курс дела. Теперь можно продолжить наше трагическое повествование о Федоре. К сожалению, оно завершится совсем скоро:
Федор уже видел свою цель. Это был киоск "Прием стеклотары".
Работающий! Сосед, правда, получив деньги, еле унес оттуда ноги, да домой целым добраться не смог - но этот киоск, стоящий в переулке рядом с улицей Лестева, что на Шаболовке - был последней надеждой хозяина огромного груза (конечно же, в рюкзаке были бутылки, собранные всеми возможными и невозможными способами и хранимые уже месяц - в надежде реализовать их).
И вот - последний рывок! Перебежка через от школы до киоска!
Заветная цель в двадцати метрах!
И - мимо на большой скорости проносится грузовик, совершенно не задев Федора, но с лямками сорвав с него выпирающий сзади рюкзак. Бутылки разбились сразу же - от удара.
Апрелевка-Москва, 3-4 июня 2001 года.