Чтение онлайн

– Короче, пешком нельзя, Не дойдем. Значит, нужен транспорт. Троих мы уложили, а в «Хаммере» они по четверо ездят, не меньше. Да и должны же были они на чем-то мешки перевозить.

Костян замолчал на секунду.

– Короче, тут где-то рядом должен быть целый «Хаммер» с одним человеком на стреме. Берем его аккуратно, и катим в сторону посольства, сколько повезет. Вопросы есть? Вопросов нет. Голуаз, помоги Ивану Петровичу. Идете сзади, остальные за мной. Журналист, вперед батьки в пекло не лезть.

Гризов кивнул. Костян опять возглавил колонну и направился к видневшемуся справа огромному проему, в котором, судя по геометрии, должны были находиться двери. Они там и оказались. Высокие, массивные, вызывающие почтение у простолюдинов. Почти все наглухо запертые, кроме одной. Через которую американские мародеры и собиралась переправить экспроприированные ценности. Едва выглянув наружу, Костян заметил метрах в ста темневшую посреди площади на фоне полуразрушенного дома громаду «Хаммера». У пулеметной турели в джипе стоял во весь рост и курил последний морпех. Дуло пулемета смотрело четко в сторону музея. Огонек его сигареты горел в ночи словно маяк.

Не ясно было, слышал он выстрелы или нет, но уж больно гулко перестрелка отдавались под куполом. «Не мог не слышать», решил Гризов, выглянувший из-за спины Костяна. Надо было найти обходной путь и подобраться с боку или с тыла, но старший решил по-своему.

Не таясь, он вышел на открытое пространство и зашагал вразвалочку в сторону военного джипа. Огонек сигареты разгорелся ярче. Человек за пулеметом напрягся.

– Билли, зис из ю? – крикнули из «Хаммера».

– Йес, итс ми, бразер, – ответил Костян, продолжая двигаться вперед.

– Вэар из кэптен? А ю олл райт? Ай хиа шуттинг.

– Йес, эврисин олл райт, – ответил Костян.

Расстояние до джипа сократилось со ста метров почти вдвое. Тогда он резко вкинул руку и выстрелил из пистолета в сторону тлевшего в ночи огонька. Американец вскрикнул, ткнулся лбом в пулемет. Сигарета потухла. Обмякшее тело сползло вниз.

– Быстрее, – крикнул назад Костян, осмотревшись вокруг, – Грузимся, пока никого нет.

Он первым достиг «Хаммера», в котором, как и предполагалось, находился только один солдат. Теперь мертвый солдат. Костян быстро открыл заднюю бронированную дверь, вынул за ноги труп и оттащил его на пару метров от машины, чтоб не мешал посадке. Затем сел на место водителя и завел мотор. «Хаммер» утробно заурчал. Костян проверил приборы, с топливом было все в порядке. Фары включать не стал.

За это время вся группа русских разместилась в машине. Голуаз помог Ивану Петровичу сесть сзади. Петрович был плох, раненое плечо сильно кровоточило, но пока держался. Рядом с ними притулился Коля Быстрый, который, надел каску убитого американца и встал за пулеметную турель, мало ли что может по дороге случится. Гризову ничего не оставалось, как сесть на место штурмана, рядом с Костяном.

– Все готовы? – обернувшись назад уточнил старший, – тогда поехали.

Тяжелый «Хаммер» резво взял старт и покатил по улице в сторону центра, объезжая завалы. Поглядывая на Костяна, журналисту стало казаться, что тот не плохо знает Багдад и, даже в разрушенном состоянии, найдет дорогу куда нужно. «Хаммер» уверено колесил по разбитым улицам к известной Костяну цели, – российскому посольству.

«Скорее бы там оказаться, думал Гризов». Хотя тот факт, что ему скоро придется покинуть Ирак в самый разгар так бурно развивающихся событий, немного огорчал журналиста. Да что там немного, сильно огорчал. Ведь, по сути, вся эта каша заварилась именно из-за него с Натальей. Ее убили, но русские уже отомстили армии США, пристрелив, по крайне мере, четырех ее солдат. Гризов оглянулся на раненого Петровича, подумав о том, что и у самих есть раненые. Но, в любом случае, он впервые находился в центре самых настоящих боевых действий. Был военным корреспондентом в самой гуще событий. О чем еще может мечтать журналист? А уж Свен Иванович будет доволен на двести процентов и рейтинг «Северной стрелы» взлетит в заоблачную высь, если только сидящие рядом ребята доставят его, куда надо без потерь, а потом родное командование не попытается запретить написать о том, что видел.

«Хотя, – журналист осмотрелся по сторонам, – надо еще отсюда выбраться». США стараются разбираться со своими врагами, а он сейчас представлял прямую угрозу демократии. Гризов инстинктивно сжал свой редакционный «Никон», который теперь представлял колоссальную ценность для всей свободной печати. Американцы сделают все, только чтобы уничтожить аппарат и его хозяина.

«Хаммер», подпрыгивая на ухабах, преодолел уже почти пять кварталов. Пока все шло гладко. По пути попадались только запоздавшие арабы-мародеры, тащившие из полуразрушенных особняков богатых все, что плохо лежало. Увидев подкравшийся американский джип без габаритных огней, они прижимались к стенам домов, стараясь казаться невидимыми, или прятались в подворотнях. Но местные жители сейчас не интересовали сидевших в джипе русских. Гораздо больше их заботила возможность встречи с вероятным противником, который издалека мог принять их за своего. Но, если придется общаться, то все быстро встанет на свои места. Ни кодов, ни паролей оккупационной армии наши бойцы не знали. Так почему-то думал Гризов. А потому и теплая встреча с американцами на аналогичных «Хаммерах» в их планы вряд ли входила.

– Еще три квартала и мы дома, – заметил сзади и сверху Коля Быстрый, который, похоже, ориентировался в ночном Багдаде, не хуже Костяна.

– Ага, – отозвался Костян, притормозив и объезжая очередной завал на дороге, – Пока все тихо. Слишком тихо.

– Может у них какой-нибудь праздник? – вставил слово Гризов, – Ну, там «День независимости Америки от Англии».

Костян усмехнулся.

– Да нет, парень, это тебе не родная армия с пьяными прапорами. Эти козлы даже по таким дням не спят. Бывают, конечно, отклонения от нормы. Но на такой случай есть масс электронных штучек.

Переехав поваленный столб. Джип подкатил к небольшой развязке, от которой в разные стороны отходили три дороги. Две из них были почти завалены рухнувшим домом, а, перегородив третью своим корпусом, метрах в пятидесяти стоял американский танк «Абрамс». Рядом с ним притулился «Хаммер» и пятеро пехотинцев. Свободный путь вперед закончился. Увидев выезжающий на площадь джип, американцы сначала напрягались, подняв винтовки, но потом расслабились, замахали руками. Один из них, видимо старший, даже вскинул вверх руку с бутылкой «Виски», приглашая разделить ее на всех.

– Отдыхают сволочи, – проговорил Голуаз.

– Может, выпьем по рюмашке, – пошутил Гризов, – за дружбу народов. Спросим, как там крепкий хозяйственник Шварценеггер поживает.

– Ага, по две, – съязвил Костян, – сейчас они нас расколют, и выпивка отложится надолго.

Командир блокпоста поднес к губам рацию и в кабине «Хаммера» раздался его трескучий голос:

– «Браво эйт», «Браво эйт»! Зис из кэптэн Родригез. Вот-с хеппенд, хау а ю?

– Значит мы «Браво эйт», учтем, – заметил Голуаз.